Глава 22 · Жалоба от умертвия

— Слитерс, а почему Шичиро назвал себя наследником? Он же младший сын императора. А наследниками обычно старшие являются. Змей, уже по привычке, тусовался у меня в приёмной. Обернувшись вокруг моего кресла, уложил свою морду на мои колени. — Так у лисов наследник не старший, а сильнейший, — без особого энтузиазма пояснил. — А сильнейший тот, у кого хвостов больше?, — вспомнила, что прочла в книге. — Угу, — согласился, — вот у императора нашего — восемь хвостов, а у Шичиро — шесть. — А у ректора?, — у меня непроизвольно вырвался этот вопрос. — У ректора?, — задумчиво прошипел, — я не знаю, Ева. Но явно меньше шести, иначе бы он был наследником. Слитерс и не знает? Этот чешуйчатый, кажется, знал всё и про всех. Как-то это подозрительно.

* * *

Тук-тук-тук. В дверь приёмной постучали, а затем в помещение вошёл…нет втащился полуразвалившийся труп. На одной части лица кожа у него совершенно отсутствовала, а на второй висела редкими лохмотьями. Левый глаз то и дело пытался вывалиться. Одна рука у него отвалилась и он нёс её в другой. А правая нога была сломана и умертие тащило её за собой. — Я к ректору, с жалобой, — важно заявил. Окинув ещё раз взглядом умертвие, еле подавила в себе желание заорать. Но всё-таки, взяв себя в руки, произнесла: — Его нет на месте. — Что же такое? Как не поднимусь, его всегда нет, — возмутился труп. — Вы можете высказать мне свои претензии, я обязательно передам, — вежливо предложила. — Так, я лучше покажу, — воодушевился, — сами посмотрите, в каких чудовищных условиях мне, законопослушному умертвию, предлагают существовать. И мы пошли на кладбище. Правда, двигались мы с такой скоростью, что нас даже черепаха бы обогнала. Но я тактично не показывала своё недовольство, просто старалась подстроиться под темп умертвия. Адепты и преподаватели на ходячий труп внимания совершенно не обращали. Для них это было вполне привычной ситуацией. Даже моя персона вызывала куда более повышенный интерес. Со всех сторон то и дело слышались перешёптывания, когда я проходила мимо. На кладбище была целая толпа адептов, а возглавлял её Бальво. При нашем появлении все затихли и уставились на наш дуэт с одноруким умертвием. Среди некромантов увидела своих ребят, которые вопросительно уставились на меня. А я что? Я здесь по работе. Жалобу пришла принимать. Затем наткнулась на злющий взгляд чёрных глаз. И даже споткнулась. Благо, мой сопровождающий подхватил меня своей костлявой конечностью. Сына императора ещё не отчислили. Эрэссэа подготовил приказ, осталось только ректору поставить свою подпись. Но лис опять куда-то пропал. — Человечка, ты чего здесь забыла?, — рыкнул декан некромантского факультета. — И вам добрый день, Бальво, — вежливо ответила, — я пришла сюда из-за жалобы. — Какой ещё жалобы? — Моей, — выполз вперёд труп, — думал, я на тебя управу не найду, гад протухший? Сейчас, эта милая особа, посмотрит в каких ужасных условиях приходится покоиться с миром и всё ректору передаст. И тут включилась недоведьма. Видимо, вспомнив, что мужчины любят спасать бедовых девиц…то есть, девиц попавших в беду. Закричав: «Живой труп», она начала падать в обморок. Очень метко так падать. Прямо в руки высшего умертвия. Только он такой финт не оценил и спокойно сделал шаг в сторону. И в итоге брюнетка полетела на землю, при этом хорошенько так приложившись головой. Может хоть мозги на место встанут. Ребята начали поднимать девушку. А однорукое умертвие тем временем потащило меня к одному из склепов. — Вот, — возмущённо взмахнул рукой, от этого вторая конечность упала на пол. Я осмотрелась. Обычный такой склеп. Темновато, мрачновато, пыльновато. — Столько пыли, дышать не возможно, — жаловался труп, — я пусть и мёртвый, но о своём здоровье беспокоюсь. Я промолчала. Просто с сомнением посмотрела на собеседника. — А адепты, — воскликнул. — А что адепты? — Ходят туда-сюда целыми днями, — пояснил, — и по ночам ходят. И ладно бы просто ходили, так они то и дело свиданки свои у меня в склепе устраивают. Я лежу, никого не трогаю, а они мне здесь срамоту разводят. Пришлось закусить губу, чтобы не рассмеяться в голос. А возмущения трупа продолжались: — А Бальво бессовестно превышает свои полномочия, — произнёс, — вот, — поднял свою вторую руку, — оторвал мою любимую руку. И даже не извинился. То есть его отсутствие извинений смущает, а не отсутствие руки? Умертвие ещё часа два жаловался мне на свою несчастную жизнь…то есть, смерть. И он продолжил бы и дальше, если бы не вмешался Бальво, который сообщил, что меня разыскивает лорд Эрэссэа. Пообещав трупу, что всё дословно передам ректору, помчалась к Джитуку. — Вы меня искали?, — зашла в кабинет заместителя. — Ты, — ответил, не отрываясь от изучения бумаг. — Что?, — переспросила. — Ты меня искал, — поднял на меня взгляд и указал взглядом на одно из кресел. Я послушно села. — Почему обед пропустила? — На кладбище была, — честно ответила. Мужчина вопросительно приподнял бровь и я поспешила добавить: — Жалобу принимала у чересчур говорливого умертвия. — И на что жалуется? — На пыль, на, устраивающих срамоту, адептов, на Бальво, — начала перечислять. — Совсем охамели, — подвёл итог эльф, — упокоить половину, чтобы другим не повадно было жаловаться. Я улыбнулась. Представляю, как эльф в своей идеально белой рубахе и до блеска начищенных сапогах бегает по кладбищу за охамевшими умертвиями. — Твоя улыбка прекрасна, — произнёс, не отрывая от меня взгляд. Засмущавшись, опустила глаза вниз и начала рассматривать свои руки. Ну как мне реагировать на эти комплименты? Раньше, когда парни говорили мне что-нибудь приятное, я просто отвечала, что и без них об этом знаю. Но сейчас так ответить не могла, да и не хотела. — Ладно, пойдём, — поднялся на ноги. — Куда? — Кормить тебя. Не могу же я таким важным сотрудникам академии позволить голодать, — подмигнул.