Глава 2.

Да что же это такое? — смотрю на смартфон, из которого раздаются короткие гудки.

Ну нет, Ильин, так не пойдёт. Жениться собрался? Женись! Только с сыновьями разберись сначала!

Снова набираю бывшего, но два длинных гудка быстро сменяются короткими — сбрасывает, сволочь.

Ничего, я упрямая.

Набираю снова и с неприятным удивлением понимаю, что этот козёл блокнул меня. Я тупо не могу ему дозвониться. Ну Илья Ильин, ну сука! Я тебе...

- Юлия Сергеевна, — раздаётся рядом голос.

- А, что?

Поднимаю взгляд и вижу у поста дежурной медсестры контрактника Аляксина. Он у нас в части ещё срочку служил, санитарный автомобиль наш водил. Я его как облупленного знаю. Паренёк простой, но с хитринкой. Своего не пустит. То по старой памяти за справкой освобождения от физкультуры придёт, то бинтов у начмеда попросить, то ещё чего.

- Юль Сергеевна, — сегодня на его лице вместо привычного хитроватого прищура выражение крайней озабоченности.

- Что случилось? — в груди что-то екает.

- Там у Валерии Александровны, кажется, проблемы.

Лера — моя единственная подруга и поддержка. После рождения второго ребёнка, Илья быстро собрал манатки и перевёлся в другую часть. Нас с собой почему-то позвать он забыл. А через полгода объявил, что не вернётся.

К тому моменту я уже поняла, что он из себя представляет, поэтому убиваться не стала, а просто подала на развод.

Сглупила лишь в одном, что повелась на его просьбы не подавать на алименты и раздел имущества. Да там кроме его ТАЧКИ, и делить было нечего. У большинства военных как у латыша... ну вы поняли.

Да и тачка — мечта реального пацана, которая чаще стояла на ремонте, чем ездила по дорогам.

А вот алименты... ладно, разберусь с этим в ближайшем будущем. И с разделом имущества тоже. Не хочет платить кредит по-хорошему — будем платить поровну, как совместно нажитое. Но и половина тачки будет моя!

Встряхиваю головой. О чём это я?

- С чего ты взял?

- Её, ну это, Валерию Александровну командир в штаб вёл, злой такой! Как бы не уволил...

- Твою мать! — вскакиваю из-за стола. Быстро заталкиваю все журналы на полку и подхватываю с вешалки пальто.

Нельзя, чтобы Лерку уволили. Ей эта работа, как мне нужна! У неё сын совсем малыш и муж — дурак, похлеще Ильи.

А ещё мы с Леркой работаем в паре в санчасти. Сменяем друг друга. Работаем сутками, и одна из нас забирает детей к себе, когда вторая работает.

Если Лерку уволят, и она уедет, мне тоже придётся уволиться и вернуться в деревню в старый родительский дом.

Ходить в смены и оставлять детей одних дома я не могу. Няня мне просто не по карману. Да и где её взять в военном гарнизоне?

- Аляксин, — бросаю на ходу. - Позови Ольгу Валерьевну из процедурки, пусть посидит на посту, пока меня не будет.

Я срываюсь и почти бегу в штаб. Сама не знаю, что буду делать и говорить новому командиру. Но спасть Лерку надо! Ей и так в последние дни досталось. Ещё Илья этот...

Я на таком взводе, что вообще соображаю плохо.

На входе в штаб я только киваю помощнику дежурного по части и проношусь мимо. Капитан ничего не успевает мне сказать.

Забегаю на второй этаж, вот она дверь в кабинет командира.

Я останавливаюсь лишь для того, чтобы перевести дыхание и постучать. Но ответа уже не дожидаюсь.

Просто залетаю внутрь и замираю.

- Здрасьте, — выдавливаю я высокому крупному мужчине в полевой камуфлированной форме.

Господи, неужели такие мужики бывают?

Едва восстановившееся дыхание снова сбивается. Мне требуется не меньше десяти секунд, чтобы рассмотреть мужчину с ног до головы. Огромный рост под два метра, крепкие ноги широко расставлены и обтянуты камуфлированными штанами, заправленными в высокие берцы.

Китель плотно обтягивает широкие плечи и мощную грудь. На сложенных на груди руках бугрятся мышцы.

С трудом отрываю взгляд от великана и оглядываю кабинет командира, но не нахожу в нём признаков присутствия Леры. Даже её цветочными духами не пахнет.

Ну Аляксин, убью.

- И тебе здравствуй, Дюймовочка, — щурится мужчина.

А я задыхаюсь от возмущения, смущения и чего-то ещё.

Снова пытаюсь оглядеть кабинет. Может, всё-таки Лера где-то здесь. Под столом, например, или в шкафу.

Блин, Юля! Соберись! Под каким столом?

Но всё-таки я вытягиваю голову и пытаюсь заглянуть под стол, не торчат ли там Лерины ноги.

Вот только сделать это сложно. Этот громила, кажется, занимает всё свободное пространство в кабинете.

И это наш новый командир?

Предыдущий был в два раза меньше и старше. А этот...

Так, собралась, Юля! Ты тут по делу!

- А вы тут... — начинаю нервничать и понимаю, что выгляжу глупо. Но тут почему-то взгляд цепляется за початую бутылку алкоголя на столе, пустую рюмку и пепельницу, полную окурков.

И меня накрывает воспоминаниями из детства, как отец приходил домой пьяный с работы, как мы с мамой и сестрой прятались в коровнике, под крыльцом, бежали через огород к соседям...

Ненавижу алкоголь ни в каких проявлениях! И домой, поэтому не хочу возвращаться, потому что отец всё также пьёт и гоняет уже постаревшую мать. Моим сыновьям такой пример не нужен. Ильи хватает!

- Вы тут пьёте, что ли? — вырывается у меня возмущённо. Но я тут же прикусываю язык, стоит мне увидеть вспыхнувший взгляд этого громилы.

Капец, кажется, я попала.