Глава 4.

Меня неожиданно накрывает огненной волной. Всё тело на долю секунды становится ватным или походим на желе. Не знаю.

Если бы этот...этот комбат меня не держал, так и шлёпнулась бы ему под ноги.

Ну Юлька, бери себя в руки!

А как тут взять, если этот громила продолжает меня притягивать к себе, сжимать в объятиях и наглым образом целовать?

Уже и языком краешек губы обвёл, а теперь пытается проскользнуть внутрь.

В груди вспыхивает пожар и ярость такой силы, что перед глазами красная пелена плывёт.

Ну вот хрен вам по всей морде, товарищ подполковник!

Собираю все свои силы и всю свою ярость, что есть мочи упираюсь в пылающую огнём грудь и с трудом отстраняюсь.

А чтобы убрать с его лица самодовольную ухмылку, с размаха залепляю ему пощёчину.

Ух, как больно! Он что, весь каменный, что ли? Лицо тоже тренирует?

Тихонько стону и перехватываю онемевшую от боли ладонь.

Отскакиваю в сторону и исподлобья смотрю на то, как на щеке громилы наливается ярко-красное пятно от моего удара. Вот только самодовольное выражение всё ещё не сходит с его рожи.

Мало влепила, надо было сильнее!

- Вы что ошалели, товарищ подполковник? — рычу я и не дожидаясь ответа резко разворачиваюсь.

Вот только мне на пути попадается тот самый стул, на который это чудовище в погонах меня ставило.

Естественно, я налетаю на него. Роняю его с громким треском и сама теряю равновесие.

Вскрикиваю глухо и валюсь на пол следом за стулом.

Пиздец котёнку, срать не будет. Ну вы поняли!

Сейчас я лязгнусь прямо на этот стул и что-нибудь себе сломаю. И буду лежать жопкой кверху и стонать на потеху этому... комбату.

Вся эта картина молниеносно проносится перед моим внутренним взором. И я в очередной раз ругаю себя за несдержанность, за длинный язык и ещё бог знает за что.

Но долететь до пола мне не дают уже знакомые крепкие объятия.

Комбат Белов ловит меня на лету, легко приподнимает, вместе со мной перешагивает через валяющийся стул и замирает, буравя меня совершенно недобрым взглядом.

- Может, и ошалел, — рокочет он как-то совсем уже не насмешливо, — а может, и нет.

И взгляд у него такой... опасный, тёмный, затягивающий.

Мне катастрофически не хватает воздуха. Словно его кто-то откачал из кабинета. А вместо него разлил напряжение с горстью неловкости и щепоткой конфликта.

Кажется, щёлки пальцами и всё это вспыхнет и рванёт.

Я тяжело дышу, стараясь не смотреть на комбата.

- Что здесь происходит, мля? Белов, кто это? — в кабинет заходит мужчина, ничем не уступающий габаритами комбату.

Если раньше мне казалось, что кабинет у командира маленький, то теперь он вообще становится похожим на шкаф в прихожей.

Вошедший полковник удивлённо и озадаченно рассматривает меня, валяющийся стул и своего товарища.

- Я жду, — приподнимает он брови.

- Это? — снова усмехается комбат. Он вообще спокойно говорить умеет? - Это дежурная медсестра.

- И какого ляда она здесь делает? — начинает злиться, очевидно, новый командир части.

Воспользовавшись заминкой комбата, выкручиваюсь из его рук, вытягиваюсь в струнку, чтобы казаться выше. А то действительно как Дюймовочка.

- Товарищ полковник. Я ищу Валерию Ваулину!

При упоминании фамилии Леры командир морщится так, словно облизал кислую жопку лимона.

- А почему у меня в кабинете? — гневно щурится командир.

А я теряюсь.

- Так её с вами видели...

- Ясно. А пост ты на кого оставила, дежурная медсестра? — он гневно сводит брови на переносице.

- Так я...

- Ясно, — чеканит командир. - На рабочее место шагом марш, к вечеру объяснительная чтобы на столе у начмеда была, почему его личный состав врывается в штаб вместо того, чтобы выполнять свои служебные обязанности. Всё ясно?

- Ясно, — рычу я. Но спорить не решаюсь.

Леры здесь нет. Буду надеяться, что Аляксин обознался, а Лерка сидит дома и не высовывается.

Сама виновата. Надо было не контрактнику верить, а подруге позвонить. А то сорвалась, побежала, а тут...

От воспоминаний о поцелуе с комбатом почему-то так горячо стало в груди и ниже...

О нет! Отставить, Юля! Это ни к чему хорошему не приведёт. Уже не привело!

- Я прослежу, товарищ полковник, — комбат делает шаг в мою сторону и уже тянется к своему бушлату.

Вот скотина! Убью, как только из штаба выйдем. И в первом снежке прикопаю, паскуду.

- Отставить! — рявкает командир. - Ты ещё здесь не все дела доделал.

Мне кажется, или комбат разочарованно вздыхает. Но стоит мне бросить на него победоносный взгляд, как он мне подмигивает и говорит.

- Ещё увидимся, Дюймовочка!

- Обязательно, — цежу сквозь зубы таким тоном, что комбат уже не просто усмехается, а заходится в смехе. А вот командир удивлённо смотрит на нас обоих, но вопросов не задаёт.