Глава 10. (Не)обдуманное решение

Леся

— Откуда эта машина, дочка? — спросила мама, как только мы выехали из посёлка.

— Напрокат взяла, — ответила я и посмотрела в зеркало заднего вида, кажется, меня преследуют, или это страх?

— А деньги? И вообще, куда мы едем? — озадаченно спросила мама, прижав к себе моего сына. Если нас остановят гаишники — штраф мне обеспечен за то, что ребёнок не в детском кресле. Взяток я никогда не давала, но, как говорится, всегда бывает первый раз.

— Мам, не беспокойся. Продала кое-что из того, что оставила специально на такой случай, — не говорить же, что я продала… себя… опять. Несмотря на то, что сейчас я это сделала неосознанно, о таком упоминать не стоит.

— Как он нас нашёл? — не унималась мама.

— Мама, я не знаю, — немного грубо ответила. — Прости, мам, я на взводе, — да чёрт, возьми себя в руки, Леся. — Это же Слава, я удивляюсь, что он раньше не явился, — наверняка прощупывает почву: всё же чужой город, он здесь никто. Но это точно не остановит этого подонка и его громил.

Больше мама не заговаривала, Давид уснул, а я так и ехала, оглядываясь. Нет, вроде никто не едет за нами. Хорошо, что не поддалась на уговоры консультанта в автомобильном салоне и не взяла красную машину. Уж больно всё это напоминает мой сон, и сумка с деньгами при мне. Может, из-за этого и кажется, что каждый чёрный автомобиль едет именно за мной.

Остановила машину на парковке в аэропорту, взяла сына на руки, он только сильнее прижался к моей груди. Сколько тепла и душевного спокойствия исходит от маленького тела, ком в горле перекрывает кислород. «Не сейчас, Леся, плакать при них нельзя.»

— Сынок, просыпайся, — шепнула я сыну и поцеловала в висок. Он поморщился и открыл свои красивые глазки.

— Мама, идём, — мама взяла небольшую сумку и пошла за мной.

Прошла к свободной кассе, не спуская сына с рук.

— Здравствуйте, девушка, нам два билета в Сочи на ближайший самолёт, — положила паспорта на стойку и улыбнулась сыну.

— Как, два билета? — спросила мама с широко открытыми глазами. — А как же ты?

— Я не могу, мама, — ком в горле увеличивается. — Я должна остаться и любыми способами не дать Славе добраться до вас.

— Ты что, вздумала с ним тягаться? Ты ведь знаешь, что он дьявол, он тебе…

— Ничего не сделает, — прервала я маму.

— Да как ты можешь быть такой наивной? Ты что, думаешь, что он изменился за это короткое время? — руки у мамы начали дрожать, а это плохой знак.

— Мама, мамочка, — я обняла её за плечи и уткнулась носом в её шею. — У меня есть страховка, он меня не тронет, — сама в это не верю, но маму надо успокоить. — Не плачь, пожалуйста.

— Ваши билеты, — отвлекла нас девушка за кассой. — Время вылета и терминал, увидите на билете. Удачного полёта, — я взяла билеты и кивнула с улыбкой девушке.

— Мама, у нас есть ещё время, давай перекусим где-нибудь, — обратилась я к маме после того, как посмотрела билеты.

Мы сели в кафе и, сделав заказ, я начала инструктировать маму.

— Я забронировала вам номер в неприметном отеле, но тебе придётся найти жильё обязательно в какой-нибудь глуши, — мама внимательно меня слушала. — Дай мне свою сумку, — она протянула небольшую дамскую сумочку. — Вот деньги, должно хватить на приличное время, — сказав это, положила пачку денег во внутренний карман сумки. — Я потом что-нибудь придумаю, ведь ты не можешь взять с собой больше десять тысяч долларов.

— Нам хватит, мы не так много тратим на двоих. А как же ты? У тебя хоть какие-то деньги есть? — я только что не хмыкнула: есть, да ещё сколько, только чужие. Или нет?

— Есть, мам, не волнуйся. И я тебя прошу: принимай регулярно таблетки, — строго на неё посмотрела.

— Буду… ты прошла через весь этот кошмар из-за меня, поэтому так просто не следить за здоровьем я не собираюсь, — она сказала это с давно забытой мною интонацией. Мама у меня всегда была сильна духом, позитивный живой человек, а потом….

«Объявляется посадка на самолёт Москва-Сочи…»

Как быстро время пролетело, хорошо, что успели поесть.

— Давай мам, пойдём к терминалу, — мы нехотя направились в нужную сторону.

Я целовала и изо всех сил сжимала Давида в своих объятиях: кто знает, когда мы увидимся. Маленький ничего не понимает, и слава богу, обняла маму, сдерживая слезы из последних сил. Проследила за тем, как они прошли контроль. Помахали ручками друг другу, и как только они скрылись за дверями, я дала волю эмоциям. С тяжёлым вздохом и болью в сердце я почувствовала, как по щекам потекли солёные ручейки.

С пеленой на глазах я направилась к выходу из аэропорта и застыла в паре метров от дверей. Прямо передо мной со спрятанными в карманы брюк руками, с глазами, которые метали молнии, стоял в напряжённой позе сам Господин Орлов.

«Ну что же, Марк, давай, возьми меня, свяжи, закрой где-нибудь в подвале — я готова. Главное, что я обезопасила свою семью. Я сегодня перешла черту, но тебе никогда не понять причины.»