Глава 12

Хочется присвистнуть от восторга, но сдерживаю себя. Девчонка просто огонь. Я бы даже сказал – огнище! Это ж надо быть такой актрисой. На лице такая вселенская печаль и искренность, что, не знай я правды, однозначно повёлся бы на это. Хотя глазки-то выдают внутреннюю сущность. Ох, какие черти пляшут в этих двух омутах цвета тёмного шоколада! Впрочем, она вся такая… сладкая, что хочется облизать её с головы до ног. Член радостно подпрыгивает от моих мыслей и требует, чтобы мы уже приступили к дегустации этой шоколадной сладости. Её коленки такие стройные и маленькие, что я одной своей лапищей легко могу обхватить каждую. Пальцы рефлекторно вжимаются в нежную плоть, чувствуя тепло тела даже через тонкую ткань светлых брюк. Сука! И почему она не в платье или в юбке?! – Какое… наказание? – напряжённо спрашивает Ксюха, чуть ли не подпрыгивая на стуле. Коленки сводит как можно ближе друг к другу, пытаясь скрыть дрожь, которая по ним прошлась. – Тебе понравится, – мои губы раздвигаются в предвкушающей улыбке. Ладонями и пальцами начинаю водить по её ногам, лаская и очень медленно поднимаясь всё выше к бёдрам. Пристально и многообещающе смотрю в её глаза, словно гипнотизируя, чтобы она не отвела взгляд. И она не отводит. Зрачки расширяются, после чего вижу, как нервно и громко она сглатывает, поддаваясь на мой сексуальный призыв. Давай, Лапуля, начинай уже терять свою голову окончательно и бесповоротно. Время у нас и так поджимает. Уверен, что её подружайка уже мчится назад, захватив парочку, из-за которой вся эта хрень и произошла. А я по-любому до появления лишних свидетелей должен успеть хотя бы поцеловать эту горе-похитительницу. Безумно хочется попробовать вкус этих пухлых алых губ. – Тебя, кстати, как зовут? – чуть ли не шёпотом интересуюсь. Понятно, что имя-то я уже знаю, но вроде как нужно же продолжать подыгрывать ей. – Меня Айс. Начинаю чуть ли не по миллиметру приближать свою харю к её симпатичному личику. – Оксана, – звучит еле слышно на выдохе. – Красивое имя, – куда ж без комплимента. – Ксюша, значит. Мне нравится, – наши лица всё ближе. – А по поводу вранья и наказания… – у меня аж яйца поджимаются от вида кончика розового язычка, который юркой змейкой пробегается сначала по верхней губе девушки, а затем и по нижней. Руками продолжаю наглаживать уже где-то в районе её бедер. – Думаю, поцелуй полностью амнистирует тебя, Лапуля, – хриплю, так как собственные голосовые связки ни хрена не хотят работать в нормальном режиме от перевозбуждения. Я уже особо не торможу. Наши лица всё ближе, а губы практически соприкасаются, когда она делает попытку прийти в себя. Бровки немного сдвигает, очаровательно хмурясь. Головушку свою кукухнутую немного отклоняет назад и моргает часто-часто, будто пытаясь разорвать контакт наших глаз. Понимаю, что пора делать стремительный марш-бросок вперёд, пока она совсем не очухалась. Одну руку всё-таки приходится оторвать от её ноги, чтобы зарыться всей пятернёй в гриву тёмных волос на её затылке, фиксируя намертво положение женской головы. Дыхание сбивается у нас обоих. Ксюха не иначе как от шока широко распахивает глаза и заодно открывает свой соблазнительный ротик. Стопудово хочет что-нибудь ляпнуть. Ну, или послать меня лесом. Но кто бы ей дал это сделать. Уж точно не я. Впиваюсь своими жесткими губами в её так вовремя приоткрытый ротик. Сразу же бесцеремонно вторгаюсь языком внутрь, издавая утробный стон. Волна дикой похоти опалила пах. М-м-м… Какая же она… сладкая. Один поцелуй, а я уже с трудом сдерживаюсь, чтобы не спустить себе штаны. Состояние такое, будто реально несколько лет не трахался, а теперь наконец-то добрался до женского тела. Вроде уже взрослый мужик, а чего кроет-то так?! И всего лишь от поцелуя… Член болезненно дёргается, пока я продолжаю насиловать эти сладкие уста. Мой напор не остаётся без ответной реакции: девушка уже через пару секунд начинает довольно активно отвечать на мой поцелуй. Тихие девичьи стоны набатом звучат внутри моей черепной коробки. Моё тело начинает дрожать от желания содрать с нас обоих эти ненужные тряпки в виде одежды, широко развести стройные ноги в стороны и вогнать уже мой стоящий колом член в женское лоно, куда нам так хочется попасть. И вроде по башке сейчас не получал, а звёздочки перед глазами ярко так засверкали. Лёгкие начинают гореть от нехватки воздуха, поэтому приходится оторваться от нежных губ Ксюхи. На пару с ней дышим тяжело и громко. Открыв глаза, смотрю, как дрожат длинные чёрные ресницы девушки, после чего она тоже распахивает свои глазищи, взгляд которых слегка затуманенный и расфокусированный. Вижу на дне этих шоколадных омутов страсть, а также желание, по силе ничуть не уступающему моему. Всё! Девчуля поплыла. Надо бы закрепить эффект. Начинаю снова склонять голову, чтобы опять поцеловать девушку. И не успеваю этого сделать, как от Ксюхи хриплым голосом прилетает: – Пи… пи… В охренении застываю. – Мда… никогда не думал, что мой поцелуй вызовет у девушки желание поссать, – довольно меланхолично начинаю говорить я. – Слушай, Лапуля, ты уж не хорони моё мужское эго окончательно и скажи, что захотела это сделать от счастья, а не от чего-то другого.