Глава 13. Самое сильное желание

Вера схватила телефон. Двенадцать дня. Первое января. Ничего так она заломала подушку! Ну здравствуй, здравствуй, Новый год! Она потянулась. Дремоту смыло как рукой: на её левом запястье виднелась красная полоса, как вдавленный след от чего-то довольно узкого, типа браслета. События странного сна вспыхнули в памяти во всех подробностях. Вера схватила себя за уши. Топазовых сережек не было! Она набрала номер подруги. – Оль, привет! Слушай, я совершенно не помню, как попала домой. Чем вообще вчера дело кончилось? С Новым годом, кстати! – И тебя с Новым! – бодро отрапортовала та. – Ты вырубилась, но отказалась оставаться у меня. Вызвала такси на автопилоте и уехала. – Ты не помнишь, на мне были топазовые сережки? – Были! Точно говорю. Ой! – испугалась Ольга по ту сторону сеанса связи. – Неужто таксист ограбил? – Оля! Не говори глупостей! Дома куда-то засунула, не придумывай никаких душераздирающих историй! – Вера хотела добавить «как всегда», но почему-то не смогла. – Всё у меня нормально, Оль, – сказала она взамен. – Не переживай. Просто я сильно устала на работе и уже ничего не соображаю. Конец года. Видишь, даже до двенадцати ночи нормально не продержалась! Нужно отдыхать! – Правильно, – немного растерянно отреагировала подруга. – Отдыхай. Каникулы же. Да. Каникулы. Вера без сил плюхнулась обратно на постель. На душе было пусто и тоскливо, как Горном Хергё будним днём. С одной стороны, она дома. В своей квартирке. На своей любимой постельке. Со своей любимой кофемашиной. Но где она здесь найдёт Олафа? Кто сможет сравниться с Рыжим Олухом в её сердце? Почему Фрейя не могла совершить ещё одно чудо? Что ей стоило?! Сотовый зазвонил, и на экране появилась надпись «консьерж». – С Новым годом! – проявила вежливость Вера, гадая, не набедокурила ли вчера, когда возвращалась от подруги. – Вера Михална, тут к вам какой-то странный мужчина. Говорит, что принёс то, что вы потеряли. – Да? Ну пусть оставит, – зевнула Вера. – Я заберу. – Я предлагал. Но он сказал, что может отдать это только лично в руки. Серьги! Неужто таксист? Вера влёт влезла в джинсы, свитер, сапоги и помчалась к лифту. – Кто меня спрашивал? – Она на бегу заправила волосы за уши. – Вот он! Дядя Ваня, наш бессменный вахтер, указал пальцем на громилу, стоящего у окна, выходящего во двор. Тот развернулся и… снял с рыжей головы вязаную шапочку. – Будь здорова, Вера Кот! – Олаф! Ты? – взвизгнула Вера и повисла у него на шее. – Дядя Ваня, это ко мне! – Она схватила викинга, одетого в куртку, спортивные брюки и зимние ботинки, за руку и потащила к лифту. – Да понял я, понял, – пробурчал он. – Олаф! Я так рада! Я так боялась, что никогда тебя больше не увижу! Что ты загадал?! – Вчерашняя Вера непременно бы увидела в появлении викинга верный признак мошенников. А сегодняшняя даже не подумала об этом. – Я загадал, чтобы ты вернулась домой и была счастлива. – Он раскрыл ладонь. На ней лежал браслет с оконечьями в виде кошачьих голов. – Я бы так не смогла. – Вера взяла его в руки. – Я думала о тебе. – Я тоже думал о тебе! – Олаф с интересом разглядывал кнопки в кабине лифта и испуганно дёрнулся, когда тот поехал вверх. – Но в отличие от тебя я знал, чем заканчивается песня-пророчество. – Чем? – Вера держала его за руку, словно боялась, что он снова пропадёт.  – Луч луны полнойПуть проложит в небо,В мир, где никто преждеИз сынов Инглингов не был.    Пернатой наперсницы ФрейиВзмах крыльев дорогу укажет.Тому, кто тверд волей,Тому, кто душой краше.    С собою сумей сладить,В желаньях познай меру,И коль потерял сердце,То вновь обретешь Веру.