Глава 11

В преподавательском больничном крыле по-прежнему пахло… Больницей. Этот запах не менялся веками, лишь изредка обрастая новыми деталями — запахом металла, пластика, запахом анестетиков или чем-то в этом роде. Менялся облик и наполнение больницы, но запах всегда оставался прежним, не менялся. Воздух здесь всегда насквозь пропитав травами и лекарствами, запахом крови больных и чем-то еще, едва различимым. Само помещение казалось холодным. И нет, здесь была комфортная температура воздуха, влажность, но, увы, бело-голубой цвет создавал именно холод. Белые лампы, встроенные в потолок, лишь усиливали это гнетущее ощущение пустоты и прохлады. Вокруг было невероятно тихо, будто и живых организмов нигде по близости не было. Звуки роботов, что ездили туда-сюда, хоть как-то разрывали эту гнетущую тишину.

Я была в палате не одна. Дариус пришел вслед за мной, устроился в одном из кресел и все это время безотрывно смотрел на меня, изредка отпивая что-то из гранёного стакана. Губы поджаты, костяшки пальцев побелели, а выражение блондинистого лица можно описать одной фразой: "морда кирпичом". И чем же, интересно, он снова недоволен?

Улегшись на медицинскую лежанку, я вздохнула и одной правой рукой, не глядя на панель, набрала необходимую комбинацию клавиш, так как часто пользовалась ей на корабле. Голубое свечение, сформировав тубус, укрыло меня, отрезав от внешнего мира, начав сканирование. Через две минуты перед моим лицом оказалась схема, изображающая мое тело с функцией переключения на разные уровни. Так как меня интересовали только кости, то на скелет и переключилась. Обнаружилась трещина в ребре, большеберцовой кости и тройной перелом левой стопы. Прикольно. Надо меньше обезболивающих пить, а то болевой порог уже на нуле почти.

Цыкнув, встала с медицинской лежанки и пересела в хирургическое кресло, напротив которого и расположился Дариус, что до сих пор хмуро глядел на меня.

— Сними личину, — буркнула я, прикрыв глаза. Не послушается, я знаю. Усмехнулась и слегка запрокинула голову, подставляя лицо роботу-хирургу. При помощи каких-то сложных приборов и макронитей он начал сшивать края даже царапин, которые под действием физраствора сразу срастались. Класс…

— Блаженная, — выплюнул Дар, а я резко распахнула глаза. Передо мной вновь сидел тот офигенный красавчик, что завладел моим сердцем десять лет назад.

— Так где крылья? — поинтересовалась я, чтобы отвлечься от созерцания его фигуры.

— Заткнись, — рявкнул он, а я невольно вздрогнула. Но сильно дернуться мне не дал робот, что лечил ногу, — где крылья?! А почему я здесь спросить не хочешь?!

— Хочу, но, боюсь ты не готов к такому разговору.

— Ты даже не догадываешься.

— Нет, я как раз догадываюсь, что дело во мне. Осталось понять, что конкретно произошло. Чисто из интереса. И сколько стоит твоя жизнь у Альянса, — пожала я плечами, улыбнувшись и сняв личину.

— Один миллион пятьсот тысяч аров, — сказал Дариус, а у меня челюсть упала вниз. Сколько?! — А сколько за твою запросили?

— Двести пятьдесят тысяч, — прошептала я, смотря в никуда расширенными от ужаса глазами, — а почему так много?

— Дезертирство, укрывательство, пособничество, измена Альянсу, порча имущества Альянса и кража, — усмехнулся он, а я просто молча слушала, — как видишь, Санта, мы с тобой снова по разные стороны закона. Только теперь в бегах я, — он залпом осушил стакан и поставил его с громким стуком на стол.

— А что, собственно, случилось? — спросила я, пару раз вдохнув, — Связь с преступницей, укрывательство еще понимаю, но кража, дезертирство, порча… Это все сделала я, тем более, что крейсер был устаревшим.

— Устаревшим?! — зашипел Дар, резко встав и подойдя ко мне впритык, от чего я вжалась в кресло, — У меня не было устаревших крейсеров.

— Да? А ничего, что на нем были пушки альфа-класса, и все? Альфа, Дар! А про ИИ и роботов я вообще молчу. О навигации речи уже не идет! А пространственные переходы?! Хотя, это все уже не важно, его сынок Рохха растворил.

— Хоть что-то бумерангом к тебе вернулось, — зашипел он снова, уперевшись в подлокотники кресла и нависнув надо мной, — дезертирство… Меня должны были казнить за измену, которой считалась моя связь с тобой. Просто нужен был крайний и им стал я, — он медленно моргнул, а до меня дошло, что же было дальше, — как ты знаешь, пиратка, крылья сарросов слишком ценный артефакт, чтобы ими разбрасываться… Так что, крылышки перед казнью мне отрезали. А после этого я каким-то чудом смог сбежать, так как какой-то самоубийца решил атаковать здание тюрьмы, — поджимаю губы, так как знаю, что это были за дибилы. Мои бывшие напарники решили разнести тюрьму, чтобы у меня даже не было шанса сбежать или спастись.

— Дар, мне жаль, — сказала я неожиданно севшим голосом, — я правда не хотела так и обманывать тебя мне было противно, но, пойми, я хотела жить. Кто же знал, что все так обернется? — спросила я, положив ему ладонь на щеку, а взгляд сам невольно опустился на такие желанные губы.

— Знаю, — коротко выдал он, а после, подавшись резко перед, накрыл мои губы своими, от чего их начало печь. Мой. Не отдам никакой эльфийке! Мой и все тут!