Глава 34

В себя я приходила медленно и с явной неохотой, будто идя прямиком на тот свет. Боль в затылке была столь отвратительная, что я поморщилась, а потом распахнула глаза, которые сразу же заслезились из-за яркого белого света медблока, что ударил по глазным яблокам.

Проморгавшись, я попыталась пошевелить руками, но вышло только одной — вторая была жгутами прикреплена к кушетке, а к ней была подведена трубка, через которую внутрь сосудов поступала какая-то дрянь.

— Здравствуйте! — послышалось заботливое. Поморщившись, я, отстегнув руку, села, смотря на собеседника со званием старшего лейтенанта, который был в форме госслужащего, что ничего мне не говорило, — как ваше плечо?

Как мое плечо? Так как времени немного, я вкратце матом объясню. Болит оно, мужик! Болит…

Стоп, а какого вообще происходит?! Послав мысленный импульс Веронике, я выяснила кучу интересной информации: пока я в поте лица выгрызала победу, Дар подрался с ректором Академии Департамента Обороны, аргументировав свое поведение тем, что тот, нарушив правила игр, диктовал слабые места противников, вернее, противницы. То есть это именно благодаря ему я сейчас лежу и мне ныть хочется!

Так, Дара надо из карцера вытащить. Любой ценой.

— Плохо, очень плохо, товарищ старший лейтенант! — сморщилась я, показательно потерев левое плечо, — Очень! Товарищи из Академии Департамента Обороны прямо в него и метили, как знали, что у меня там детская травма, — пожаловалась, немного приукрасила, но это совершенно не важно, самое главное, что, быстро кивнув, лейтенант вышел и моментально отдал приказ о дисквалификации Академии Департамента Обороны с игр, а ещё сказал отпустить Суирада Шера! Уф, должен будет!

Буквально через несколько минут мой любимый саррос влетел в, как оказалось, одиночный медблок, и кинулся меня обнимать и целовать. Еле успела камеры и Разум отключить, и то, это было ненадолго.

— Ну все, задушишь! — я показательно захрипела, а Дар быстро отстранился, глядя на меня обеспокоенным взглядом. Воспользовавшись его замешательством, я стремительно наклонилась к его лицу и прикоснулась своими губами к его губам, инициируя долгий и страстный поцелуй, который максимально четко отпечатался в моем сознании.

— Сволочь ты, Санта, ясно тебе? — буркнул он и, встав передо мной на колени, повел носом от моей, спрятанной под броней, груди, к промежности. Включив режим повышенной чувствительности, я сдавленно застонала, — сволочь… — он развел мои ноги руками в стороны и начал тереться о промежность, заставляя меня тихонько постанывать.

— Если это хоть как-то смягчит мой приговор, то я согласна, — усмехнулась я, вцепившись рукой в его волосы и не давая отстраниться.

— С чем? С тем, что ты сволочь? — хмыкнул он, резко поднявшись и нависнув сверху, из-за чего я недовольно вздохнула.

— Нет. И не с чем, а на что… — подсказала ему, ожидая реакции. Посмотрев на мое лицо, Дар напряжённо выдал:

— Санта, я же могу не так понять, — попытался юлить, но я не позволила.

— Озвучь свои предположения, — тихо шепнула ему на ухо, прикусив мочку и оттянув ее зубами.

— Ты согласна стать хиал? — хрипло выдохнул он, поцеловав меня за ушком. Прикусив нижнюю губу, я кивнула, а потом добавила:

— Я хочу тебя себе. Полностью и безраздельно, только сначала, после этих дурацких игр, я расскажу тебе всю правду о себе и о своей семье, чтобы не было недомолвок, ладно? — я внимательно посмотрела на ректора, а после его кивка порывисто обняла.

— Завтра прилетает хаил Рохх, посмотреть на соревнования и лично вручить награду победителю. Вернее, уже сегодня. Шаттл "Резолют" уже возле посадочной площадки, — меня мягко поцеловали в макушку и обняли в ответ.

— Не нравится мне это. Зачем главе Альянса так заморачиваться? — сказала я вслух, прижавшись ещё ближе к Дариус у, — Любимый, у меня нехорошее предчувствие… Сегодня ночью сможешь сделать так, чтобы никто меня не беспокоил от слова совсем? — Дар быстро кивнул.

— Хорошо. Зачем скажешь?

— Мне нужно сделать резервную копию воспоминаний, — сказала я со вздохом.

— Санта, он ничего тебе не сделает, — снисходительно улвбнулся Дар, — ты же у нас законопослушная, идеальная…

— У нас говорят: "И на старуху бывает проруха", я — не исключение. Это раз. Второе — ты сам всё поймёшь, когда я все расскажу, в-третьих — моя интуиция ещё никогда меня не подводила, — я медленно сглотнула, — пора включать камеры и выходить из медблока.

— Согласен, — напряжённо улыбнулся Дар, то и дело обеспокоенно поглядывая на меня.

А я что? Что я? Я — ничего. Просто у моей семьи очень много тайн, делиться которыми очень опасно. И из-за этих тайн я всегда под прицелом.