Глава 39

Скрутив меня пополам, наги поволокли меня по коридорам, не давая даже разогнуться. Впрочем, я находилась в настолько шокированном состоянии, что ни о каком сопротивлении и речи быть не могло. Хотя, очень хотелось, чего уж грех-то таить? Просто это было бессмысленно: меня либо потом найдут и уже точно убьют, что, впрочем, и сейчас не исключено, либо я просто не могу и меня схватят через пару метров.

Наги — лучшие воины, после сарросов. И победить их можно, только зная слабые места, а я понятия о них не имею!

Когда нас проводили по холлу, со всех сторон от учеников слышались пораженные ахи-охи-вздохи, но, так как мою голову склонили вниз специальным ошейником вниз, то я совершенно не могла посмотреть, что там проиходило.

Как только нас вывели из здания Академии, то сразу же ввели в кровь транквилизатор, чтобы нас выключить.

Спустя некоторое время…

Когда я пришла в себя, мы были уже в карцере "Резолюта", что, разогнавшись до гиперсветовых скоростей, улетал прочь от Академии. Карцер был кипельно белым, в нем почти ничего не было, кроме белой койки, раковины, туалета и панорамного окна из кидларского стекла, перед которым я села на корточки, смотря в бесконечный космос и прислушиваясь к ровному дыханию Раша, что лежал на койке.

Броню у нас конфисковали, заменив ее дорогими брючными костюмами, которые больше, конечно, напоминали пижаму.

В голове не было ни одной мысли, — я их просто уничтожила. Выбросила, чтобы не накручивать себя ещё больше.

Вскоре Дариус зашевелился и, сдавленно застонав, сел на койке, оглянувшись по сторонам. Как только его взгляд нашел меня, он медленно встал и, подойдя, осторожно положил руку на моё плечо, будто проверяя реакцию. Как только ее не последовало, он медленно сел позади меня, максимально сильно прижавшись ко мне. Его руки притянули меня за плечи, ноги за талию, а нос зарылся в мои волосы, с наслаждением втянув мой запах.

— Санта, я бы никогда тебя не предал. Это все враньё, одно сплошное враньё! Я слишком люблю тебя и никогда бы не поступил так, — тихо прошептал он мне в волосы, ища мой взгляд в отражении кидларского стекла.

— А ты знаешь, Дар, я тебе верю. Вопреки всему, и логике в том числе, — ответила я тихо, — знаешь, ты хотел услышать правду… Я готова ее рассказать. Сейчас.

— Сейчас? — повторил саррос, вздрогнув, — Хорошо, я готов слушать.

— Хорошо. Это началось очень давно, когда Антуан Риа ещё работал на Альянс. Он был гениальным учёным и создал межвременной телепорт, машину времени, если по простому. Проведя некоторые испытания, он натолкнулся на очень интересный феномен, вернее, парадокс. Парадокс "убитого дедушки", что был описан ещё очень давно. Его суть заключалась в том, что… ну, к примеру, ты отправляешься в прошлое, где убиваешь своего деда до встречи с бабушкой. Проходит время и ты не рождаешься. Как следствие, помешать деду встретить бабушку уже некому, а значит, ты все равно появишься на свет. Так же и с любым действием — отправляясь в прошлое и поменяв там что-то ты ничего не будешь знать об этом событии и не сможешь помешать снова. Единственное, что возможно — находиться в прошлом, ведя пассивный образ жизни, — начала я свой рассказ.

— Мда, тяжеловато для восприятия, но я пойму, — кивнул Раш, а я продолжила.

— Так вот, он сообщил об этом Совету Альянса. Что дальше произошло понятия не имею, отец не распространялся, но в результате нас пришлось бежать на Землю, на свою Родину, где у него родилась дочь Вероника, моя сестра. Ей достались гениальные гены отца и талант к работе за компьютером. Но было одно "но", — я сделала драматичную паузу, — сестра была смертельно больна. Тогда она самолично, ну, и с помощью отца тоже, создала машину клонирования, решив переселить свое сознание в новое тело. Некоторое время спустя, после того, как был готов клон-младенец, выяснилось, что аппарат допустил грубейшую ошибку — у меня было собственное сознание. Чтобы скрыть ребенка, отец отправил меня в далёкое прошлое, где я и выросла. Потом меня выдернули обратно и пояснили, кто я. Что я Санта Риа. Сделали мне документы и вставили чип…

— Ты — клон? — пораженно выдохнул саррос, но не отстранился, что вселило в меня надежду, что это его не оттолкнет.

— Да, но не в этом проблема. Гениальность отца передалась и мне, биология — мое призвание. Прошло пару лет до того, как наш покой нарушил Альянс. Отца убили, а умирающую Веронику я спасла только благодаря цифровизации сознания, которое потом перенесла на свой чип, где она и хранится по сей день. Потом я стала космическим пиратом, добилась звания командира, но из-за моего гуманизма чуть не прибили меня, — изо рта вырвался смешок, — а дальше ты знаешь. Ну вот. Я — клон и дочь преступника. Что будешь делать?

Я с затаенной надеждой смотрела на Дариуса, мечтая, чтобы он меня не отверг.

— Ничего, — его глаза блеснули холодом, а после он приподнял мое лицо за подбородок и хрипло выдохнул, — ты просто тогда ещё более уникальна и ценна… — усмехнувшись, он медленно прикоснулся своими губами к моим губам. Играючи провел по ним языком, прикусывал и опалял своим дыханием, заставляя меня льнуть к нему сильнее. При мысли, что это может быть наш последний поцелуй, я заплакала, — тише, девочка, все будет хорошо… все будет замечательно…