Глава 6

— Ох, — простонал Рагтар, когда я мстительно врезала ему локтем в живот, ведь спросонья сразу поняла чья эта наглая конечность начала свой неспешный забег по моему телу, оглаживая наиболее выпуклые и выдающиеся участки моего  тела.

А еще подумалось мне, что Валерик решил меня проучить таким образом, потому как последнее, что я хотела на тот момент, когда ложилась спать это оказаться здесь. Наверняка мстил мне за то, что не поддалась веселью и не разнесла мастерскую Рагтара. Маленький вредный пакостник — особняк.

— За что, — прокряхтел Рагтар, голосом оскорблённой невинности и уже следующий замах моего локтя блокировал, прижав мою руку к бедру и придвинув меня к своей груди.

— Я же тебе больше не нужна! — вспыхнула я и начала вырываться.

— Я думал, что ты будешь наблюдать за нами из своей комнаты, ведь если наше нахождение в детской еще можно было списать на семейный визит к младшему брату, то твое — без средств для уборки, тем более вечером могло вызвать лишние вопросы.

— На всё у тебя есть ответы,  — буркнула я и все же высвободилась из тесных объятий Рагтара, чтобы взглянуть в его наглую и весьма довольную морду. — Я не стала смотреть, — призналась я и сделала вид, что это вовсе не потому что я обиделась, а просто мне не интересно.

— Что вы решили Демисом делать дальше? И… — я помолчала, но потом добавила. — надеюсь вы помирились? — Рагтар прищурился, но ответил.

— Да мы поговорили с братом и решили действовать вместе.

— Рада за вас, — я слегка приподняла уголки в губ в намёке на улыбку.

— Почему, — от резкой смены ориентации в пространстве я охнула, потому как Рагтар резко навис надо мной, и казалось сканировал на предмет запрещенных мыслей.

— Братья не должны находиться в ссоре. Вы же опора друг другу, самые близкие люди.

— Только поэтому? — снова странный вопрос от Рагтара, и мне возможно слегка показалось, что он ревнует, но ведь этого не может же быть.

— Нет, — ответил Рагтар, а я поняла что последнее предположение высказала в слух. Ну что ж. Это и  следовало ожидать. Мы просто приятно проводим с ним время и всё.

И пока я была поглощена своими мыслями, от которых горчило во рту и странно побаливала сердечная мышца и я думала, что стоит выпить какую-то таблеточку от этого, как Рагтар впился голодным и жадным поцелуем в мои губы.

Да он меня сожрать, что ли решил!? Поцелуй, как наказание, как заявление своих прав на меня, вот на что были похожи его грубые и сумасшедшие действия губами. Его язык нагло проник в мой рот и боролся за власть с моим, ведь я тоже разозлилась на него за то… что он не ревнует меня и не испытывает ко мне чувств,  а — на себя за то, что я такая дура и мне искренне нравится Рагтар.

Я впилась своими острыми ногтями в плечи, а потом еще и мстительно провела одной ладонью по его голой и рельефной спине, оставляя там красные полосы, испытывая от этого удовольствие, что тоже пометила своего мужчину.

Рагтар на это, негодующе рыкнув, прикусил мне губу: зло, отчаянно, сердито.  А когда я двумя руками с острыми ногтями в ответ впилась в его крепкие и аппетитные ягодицы, он начал зализывать место своего укуса. Было больно, ведь нижняя губа саднила и наверняка останется след от укуса, но вместе с тем было вкусно, сладко и нежно. Рагтар успокоился, ураган  стих, и шторм так и не наступил. Я тоже расслабила хватку на его ягодицах и начала просто гладить и дотрагиваться до всего чего могла дотянуться: ребра, ямочки на пояснице, снова широкие плечи, мощная шея. Я гладила его, он начал гладить меня в ответ, как-то ласково, аккуратно и с любовью что ли?

Так же неспешно он толкнулся в меня, я судорожно оторвала свои руки от него и опустила их на простынь. Рагтар спустился поцелуями ниже: подбородок, шея, ключица, грудь, ничего не осталась без его внимания. Я закинула голову назад и не открывала глаз, концентрируясь на его медленных, но глубоких толчках и мягких, невесомых, словно перышко поцелуях. Я таяла в его надежных объятиях, он вел в этом танце любви и я впервые не хотела отбирать главенствующую роль, я желала чувствовать и принимать всё, что он мне давал. Ощущала себя безынициативным бревном в постели, но таким зацелованным и обласканным вниманием Рагтара, что решила забить на это, ведь мужчина, похоже, от своей безраздельной власти над моим несопротивляющимся телом, тоже получал удовольствие.

Я сжала руками простынь и крепко зажмурилась, напряжение, которое поселилось внутри меня за последние дни, наконец-то готовилось оставить мое тело.  И только одна мысль билась в голове: «Если кто-то нас прервёт, я сама лично выйду на тропу войны и убью каждого. Валера мне в помощь!».

— Посмотри на меня, — глухой голос Рагтара заставил широко раскрыть глаза, Я увидела темные, как бездна, глаза  мужчины, который внимательно следил за мной.  

Его толчки стали более размашистыми и резкими. Рагтар до боли сжал мою напряженную вершинку соска и потянул его, я же, не выдержав этого наконец-то соскользнула в пучину наслаждения и удовольствия. Забилась под Рагтаром и открыла рот в низком грудном крике, и все это, не отрывая взгляда от мужчины, который только после этого соскользнул за мной в глубину экстаза.

Рагтар так лежал на мне и вес его тела чувствовался так приятно, так правильно. Он уткнулся в мое плечо и тяжело дышал. Вся его спина была мокрая.

Отдышавшись, я поняла, что в этот раз он не стал выходить из меня, и даже не спросил предохраняюсь ли я. Видимо, воздержание затуманило ему мозги. Хотя какая разница, ведь забеременеть я не могу.

И пока мое приподнятое настроение не испарилось, я постаралась задвинуть грустные мысли подальше. Проглотила ком в горле.

Рагтар откатился с меня и крепко прижал к своему боку. Он прикрыл глаза, но улыбка на губах была как у сытого кота. Любовалась бы вечно таким взлохмаченным и домашним мужчиной.

Я была счастлива, ровно до того момента пока он не проговорил…

— Я не буду расторгать помолвку с Шариссой, — слова меня отрезвили и от былой неги не осталось и следа. А еще… еще мне стало не хватать воздуха.  Хотелось заорать на него, залепить пощечину, надавать тумаков, а еще треснуть по его нахальной пятой конечности.

Я скатилась с кровати молча. Даже не посмотрела на Рагтара. Злость клокотала внутри меня. И я решила во избежание несчастного случая просто убраться. Было обидно, что мной воспользовались, что я просто как приятное времяпрепровождение, что он обманул брата, обидно, что Рагтар оказался беспринципным подлецом, а я такой дурой. Как это по-женски: выдавать желаемое за действительное и видеть то, чего нет на самом деле.

Молча прошла в его гардеробную и взяла его одежду, одела рубашку, закатала рукава. Вышла и увидела, как Рагтар нахмурившись привстал на локтях и, как хищник, следил за каждым моим шагом. Такое впечатление, что он от меня чего-то ждал. Скандала? Выяснения отношений? Чего?

Но я не буду развлекать его.

Валерик на удивление притих и даже не вмешивался, он, как и я, прибывал в шоке от слов Рагтара.

Я просто попросила Валерика сделать так, чтобы меня никто не увидел в таком полуодетом виде и,  получив волну тепла и… сочувствия, я вышла из комнаты и пообещала себе больше не вестись на слова обманщика и не принимать все близко к сердцу.

Дошла до комнаты без происшествия и после теплого душа, когда привела себя в относительный порядок и склеила предательски треснувшее сердце, узнала, что Рагтар покинул особняк.

Что ж. Может это и к лучшему. Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

Целый день я выполняла рутинную работу по уборке особняка и даже не халтурила. Трудотерапия и все дела. И вот так, абсолютно вымотавшаяся и уставшая от того, что постоянно гнала от себя разочаровывающие меня мысли о мужчине не моей мечты я и легла в холодную постель. Даже вспомнила мужа-предателя и подумала, что совершенно не умею разбираться в мужчинах. И, похоже, даже с возрастом не приобрету такого полезного навыка. Эх… вот с такими печальными мыслями я и уснула.

Как же было жарко и… тесно. Сделала пару движений и словно гусеница начала отползать, но меня тут же притянули обратно. Достаточно властно, надо сказать, это я отметила даже на грани сна и яви. И снова уложили руки-ноги на меня.

— Борь, убери конечности. Ты тяжелый, — пробурчала я в подушку и все же толкнула тело благоверного пяткой.

Ответом мне было недовольное сопение. Только вот из-за этого всего сон стал потихоньку уходить, а голова работать.

Боря? Какой к японской бабушке Боря. Я ведь засыпала одна. Да и не может быть здесь этого предателя!

Да ладно! Озарение пришло мгновенно. Но Валерик не мог так пошутить надо мной. Ведь так? От понимания с кем я очнулась в одной постели побежали мурашки.

Бежать. Однозначно бежать. Хотя нет, в моем случае ползти, аккуратненько так и незаметненько. Невольно издала нервный смешок, когда представила лицо Шариссы и Рагтара, если бы я проснулась между ними. Но тут же прикусила себе язык, не хватало еще попасться.

«Я не приметная, меня здесь нет», — повторяла про себя. Где-то я читала, что самовнушение здорово помогает в трудных ситуациях, вот и проверим. Еще пара телодвижений и таки высвободилась из оков мужчины.

Меня здесь нет. Нет. Нет. 

Ух, свобода и даже без жертв. Скатилась с кровати. Бросила быстрый взгляд на мужчину, с которым имела честь проснуться в одной постели. А когда он спит носом в подушку, очень даже миленький. Так, теперь задействуем новый принцип самовнушения, если я не вижу, то этого нет.  Глаза в пол. На носочках начала пятиться к двери. Потом развернулась, предварительно убедившись что моя смерть сладко спит и сопит, обнимая одеяло.  Осталось незаметно открыть дверь. Скривилась  и выпучила глаза от усилия не шуметь, надавила на ручку. Фух, дверь даже не скрипнула. Приоткрыла, выглянула в коридор. Пусто. Отлично, главное чтобы мне и дальше везло и я не встретила слуг в коридоре, прежде чем сама доберусь до своей комнаты. Просить предателя Валерика не хотелось.

«Меня здесь нет», — повторяла я для успокоения, чтобы меня не заметили и о чудо никто мне не попался. Хотя-я… есть у меня идейка кто мог помочь мне добраться незаметной. И если бы я могла, то оторвала бы этому помощнику руку. Но увы. Придется мириться с этим вредителем, который признал во мне… да даже не знаю кого он во мне признал! Хоть бейся головой об стену. Почему только я могу им управлять?

Зашла в комнату и плюхнулась на кровать, переводя дыхание и уже после того как успокоилась громко произнесла, чтобы этот шутник знал:

— Перестану с тобой общаться! Так и знай! — еще и потрясла кулаком. Со стороны, конечно, я могла бы сойти за сумасшедшею, ведь разговаривала и ругалась я со стеной.

И вот как? Как я только могла докатиться до такой жизни?

Тут стена пошла рябью  и моему жадному взору предстало ненакрытое тело Рагтара. Он лежал на животе, но при этом рукой прощупывал пространство рядом с собой и не находя там… меня. А кто еще его навещал почти каждую ночь. Он привстал и нахмурил свое заспанное лицо, его недоуменный и разочарованный взгляд меня порадовал. Я же злорадно оскалилась.

— Обломись, козлина,— прошептала я. И уже Валерику сказала. – Ладно, прощаю тебя. Ведь ночью он явно был в курсе того, что я рядом, а тут такой утренний обломчик.

Теперь я знаю еще один способ как поднять себе настроение: разрушить чужие надежды. К концу контракта я точно стану гуру в этом.

— Хе-хе…

— А ты тот еще шалун, Валерик, — наблюдала я за раздосадованным Рагтаром, который печально взирал на своего утреннего солдата в постойке «смирно».

— Хе-хе…

Половина дня прошла как обычно, я избегала людей в особняке и разумеется Рагтара, хотя уже потом узнала, что он снова куда-то уехал. Демиса я тоже не видела, наверное, их отношения получили новую порцию негатива и теперь уже ничто не примерит братьев. Жаль. Дополнительных распоряжений от Рагтара-предателя не поступало, но я все равно присматривала за детской комнатой, мне почему-то не хотелось верить в то, что Селения способна предать свою семью.

А еще я подумала, что так и не вышла из дома за все эти дни и? что самое интересное, у меня даже и мысли не возникло об этом. Хм.

— Не ты ли тут замешан, Велерик? — тихо протянула я и вытолкнула тачку с моющими средствами из комнаты Селении, в ответ на меня обиделись и ничего не ответили. Оскорбленная невинность. Ей богу.

Махнула на это рукой и пошла бодренько в подсобку, чтобы положить туда свой хозяйственный инвентарь и отправиться на обед. Но то, что случилось дальше, я еще долго буду вспоминать в страшных снах…

День, когда я превратилась в Рембо и устроила локальный Армагеддон в отдельно взятом особняке.

Стоило только попросит Валерика закрыть за мной дверь на замок, как мной овладело дикое желание помчаться в детскую комнату. Мыслеобразы Валеры просто оглушили меня, я все бросила и помчалась в комнату, тем более я была совсем неподалеку. Красный свет пульсировал в голове и Валера «просил» поторопиться. Я задохнулась от переживания, ведь подумала, что там что-то случилось с Лео. Маленьким беззащитным мальчиком.

Стоило только дёрнуть ручку и распахнуть дверь, как я замерла. Мои глаза округлились, а когда красный свет фонаря в голове стих, я проронила.

— Вот, самонадеянный идиот. Я же не Брюс Уиллис и у меня нет крепких орешков, что задержать злоумышленника. Черт, да у меня даже веника нет с собой. Мать моя, — это все я шептала и пятилась в коридор. Понимала, как же меня подставил Валера. Если останусь жива, перезагружу его к чертовой матери, гада, а лучше устрою короткое замыкание.

Это все проносилось у меня за доли секунд в голове и таким образом я хотела успокоить себя, но выброшенный в мою сторону сюрикен дал понять, что живой я отсюда вряд ли уйду.

Только я каким-то чудом смогла уклониться. Реакция моего тела увеличилась, а потом мне показалась, что я стала терминатором в платье горничной, потому что вопреки тому, что мне нужна было бежать без оглядки, я ринулась на опешившего дворецкого, в салатовых лосинах и белой полупрозрачной тунике с намерением вырубить его.

Мать моя! Мной завладел Валера. Но самое ужасное я согласилась с тем, что в этой ситуации стоит ему довериться, ведь подлый шпион-дворецкий может убить меня сюрикеном в спину, именно он стоял согнувшись на полу и что-то вкладывал в папку за шкафом, когда я ворвалась сюда. Оскар Манс собственной тщедушной персоной.

Тут дворецкий встал, готовый поймать чокнутую меня, но я присела и совершила самый подлый прием на свете, но очень действенный, а его секундного замешательства хватило, чтобы я со всей силы треснула его по орехам. Он упал на колени, выпучив глаза. Валера требовал добить его, но пока я сомневалась, этот вражеский лазутчик достал небольшой кинжал и полоснул меня по бедру. Боже мой, как же я завелась! Всё, ему конец!

Хорошо, что рядом со шкафом стоял комод с огромной вазой. Валера с барского плеча разрешил ее разбить, но с условием, что об голову вражины, что я с удовольствием и сделала.

Бздыньк.

Только ваза не разбилась, как это бывает в фильмах. Шпион пошатнулся и мне пришлось еще раз приложить его от всей души. Ваза даже не треснула, а вот за голову гада я не отвечала.

Потом Валера подал мне образ того, что нужно его посадить на кресло.

— Валера, какого? Пытать я его не буду, — рычала я и тужилась, волоча худощавого, но тяжелого дворецкого. Кое-как посадила в единственное кресло, а потом… Потом мне показалась, что меня тоже ударили где-то по голове, потому что подлокотники кресла ожили и спеленали кисти врага, а из ножек кресло выползли лианы и намертво схватили ноги. Рот закрыла лоза.

Мать моя.

Я попятилась.

Вот это да!

Ну что я могу сказать, день когда машины с искусственным интеллектом захватят мир станет последним для человечества.  

— Что за тварь создал Рагтар, — в ужасе прошептала я и попятилась, осознавая возможности «умного дома». Даже боль в бедре меня не беспокоила меня так, как то чему свидетелем я стала.

Валера явно оскорбился. Только вот как мне показалась вовсе не «тварью», а тем, что я приписала заслуги его создания Рагтару. Я решила, что пора убираться. Чокнутый особняк, конечно, но тот кто создал эту систему гений с большой буквы, не могу это признать. Тепло обдавшее меня, дало понять что «дом» рад такой похвале.

Я выбежала за дверь, бросив по дороге, чтобы дверь закрылась.

Мчалась по лестнице, не обращая внимание на то, что царапина кровоточила. А еще не к месту подумала, что у дворецкого могут быть сообщники, поэтому не стала орать, как полоумная, и особняк меня в этом поддержал. И пока я мчалась по лестничному пролету, ведущему со второго на первый этаж. Валера послал мне образ вернувшегося Рагтара. Я так была этому рада, просто безмерно, но только до тех пор пока не увидела его в компании кого он явился.

Дальше была красная пелена.

Пока я рискую собственной жизнью, обезвреживаю иностранный врагов и пекусь о чести этой семьи, этот… этот… смеет заявляться сюда с Шариссой!

Моя злость, в купе с негодованием Валеры вылилась в апокалипсис.

—  Явился не запылился, вертихвост! Пока я рискую жизнью, ты шляешься по свиданиям, — прорычала я, как заправская жена генерала. От моего потустороннего и низкого голоса можно было замерзнуть.

— Мила, что с тобой? Ты ранена? — Рагтар оторвал руку невесту от своего локтя и поспешил ко мне на встречу. Я замерла на середине лестницы, с силой сжимая перила.

— Смертник, — прошипела я в шокированное лицо Рагтара. «Хе-хе».

— Валера, кнут, — фиг знает на что я рассчитывала, видя этого предателя, который даже не постеснялся собственный невесты и помчался ко мне, но я верила в безграничность возможностей Валерки, а тот был просто преисполнен гордостью. Раздался скрип, грохот, лестница затряслась, Рагтар пошатнулся от вибрации идущей по полу и отпрянул от подножия лестницы, так и не ступив на ступеньку. Шарисса взвизгнула и отбежала в сторону диванчика. Дура. Ха-ха-ха.

И пока перила крошились и превращались в тонкий и гибкий кнут, мне хватило одного взгляда, чтобы столик стоящий рядом передвинулся и толкнул девицу на антикварный  диван, а там уже ее в позе гончей спеленал Валера. Она стояла на коленях к спинке дивана лицом и с ужасом взирала на кошмар. Слуги вывались в коридор, но никто не приближался. Кнут ласково лег мне в руку.

Зазвучала злодейская музыка, в желании наказать прапрапра-много-разпра-внука за то, как посмел себя вести.

Что? Но удивляться я перестала. А каким образом прапрапра-много-разпра-дед стал искусственным интеллектом подумаю после…

Рагтар что -то кричал, но я не слышала, мелодия «В пещере горного короля» набирала обороты. Рагтар выставил руки вперёд и, преданно заглядывая в глаза, кричал, чтобы я успокоилась.

Успокоюсь, когда упокою…

«Хе-хе», — веселился Валерик.

А я оскалилась, и понеслось.

— Раз, два, три, четыре, пять — я хочу тебя поймать, — шипела я, как разъяренная и жутко ядовитая змея, гоняя Рагтара по широкому коридору, который плавно переходил в гостиную.

— Мира, Мирочка, девочка моя…

Воздух разрезал свист кнута, но Рагтар уклонился, снова замах и жуткое желание наказать зарвавшегося мальчишку, и дать ему по заднице! Это от Валеры если что, но я тоже этого ой как хотела.

Свист, удар и на кресле, за которым он спрятался остался след. Придется менять обшивку. Но Валерик разрешил кромсать на фиг всё, он им еще покажет где раки зимуют. Распоясалась молодежь.

Ваза на комоде, полетела и разбилась, цветы упали на пол, Рагтар перепрыгнул кресло и отошел, продолжая меня уговаривать. Шарисса верещала и я, зло зыркнув на нее и щелкнув кнутом около ее носа, пригрозила ей. Она замолчала, но тут пожаловала Селения и, увидев меня-фурию, помчалась освобождать свою невестку.

И вот уже спустя минуту, женщина сидит рядом с Шариссой, и не может пошевелиться.

Открылась дверь и вошел Демис, ошарашенно обводя все вокруг и наблюдая за тем, как я гоняю Рагтара по гостиной и как он перепрыгивает мебель и удачно скрывается от моего возмездия.

— Тебя я тоже накажу, мальчишка, — зашипела я говоря то, что хотел передать Валера потомкам. – Поговорить не можете, объясниться? Вздумали враждовать? Вот я вам, — снова увлекаемый моей рукой кнут разрезал воздух. Свист и Рагтар сбивает с ног очумелого Демиса, кнут оставляет росчерк на двери. Слуги попрятались.

Демис упал на софу. И тут же был спеленат ножками и подлокотниками, дергался как муха, угодившая в сети паука, но это бесполезно.

Происходило форменно безобразие, которое я уже не могла контролировать.

Но тут ноты стихли и моя злость стала отступать, я посмотрела на ногу и поняла, что от того как я резво скакала по гостиной, рана начала кровить сильнее и я уже на полу оставляла следы. Обозревая масштаб бедствия, что я натворила и то, что Рагтар же мне ничего в конце концов не обещал и он волен жениться на ком сам пожелает, а их семейные взаимоотношения и проблемы не должны меня волновать, я встала, как вкопанная.

Я вела себя как миссис Смит, а мой мистер Смит стоял и, обеспокоенно протягивая руки вперед, пытался до меня достучаться. А я в ужасе поняла, что Валера злобный прапрапра-много-разпра-дух просто пользуется моей эмоциональной нестабильностью и, что он вовсе и не «умный дом», а злобный старый интриган.

— Выруби меня, мистер Смит, — в ужасе от содеянного прошептала я, пока Валера снова не успел вмешаться.

— Что? — видимо не этого ожидал от меня Рагтар, но я поняла, что просто истеку кровью в следующий раз когда начну бесчинствовать не в состоянии отделить желания бесплотного старика, дорвавшегося до рукоприкладства и воспитания своих приемников, от собственных.

— Выруби меня, — повторила и вцепилась окровавленными ладонями в дорогой бежевый костюм мужчины, с удовольствие понимая, что он его не отстирает.

— Прости, — с сожалением прошептал Рагтар, но слава богу, понял. — Я буду аккуратен.

— Убей меня нежно, — прошептала я и вырубилась с чувством глубокого стыда, после того как Рагтар нажал волшебную кнопку на моей шее. Но я успела еще подумать, что стоит сделать шапочку из фольги, может быть она поможет мне не впускать в своей разум Валеру, ведь не зря доморощенные уфологи так спасаются от проникновения инопланетного разума.

Выплывать из забытья было мучительно стыдно. Пока мечтала испариться, решила еще попритворяться бревном и… послушать. Разведать так сказать обстановку вокруг себя. Шпион я или кто?

Признаться мне не нужно было даже напрягаться потому как люди вокруг меня даже не старались тихо говорить. Оно и к лучшему.

И чем больше я слушала, тем сильнее утверждалась в выражении «чужая семья потемки».

— Ты знал, что она может сливаться с Валериосом и молчал? — зло рычал Демис.

— Знал, но не так давно выяснил это, — как-то устало произнес Рагтар и нежно убрал прядь моих волос за ушко. Я постаралась не шевелиться и следила за дыханием, чтобы грудь размеренно поднималась и опускалась.

— Она же блаженная и не в себе, что теперь с нами будет, — причитала Селения.

— Нормально все будет и она претворялась, — заступился за меня этот предатель.

— Когда нас уже освободят! Я больше не могу находится в такой оскарбительной позе, — всхлипнула Шарисса, а я мстительно подумала, что очень устала и пожалуй еще-ка поваляюсь.

— Она исчерпала все силы, еще была ранена, — огрызнулся Рагтар на невесту.

— Почему ты ее защищаешь? Разбуди немедленно эту служку, — снова запищала Шарисса.

— Шарисса, успокойся, — отдёрнула ее почему-то Селения. Хм. Разве они не заодно? — Она должна сама прийти в себя, это будет означать, что ее эмоциональное состояние более менее стабильно. Не хватало, чтобы она снова поддалась тому безумию. что устроил этот старый интриган.

— Вот почему Валериос тебя и не выбрал ма-моч-ка, поосторожнее с выражениями, — с сарказмом добавил Демис.

— Можно подумать… — начала спорить Селения, но была прервана Рагтаром.

— Хватит вам.

— Хватит? Да по всей видимости твоя служанка влюбилась в тебя, а то почему бы ей так разносить гостиную,— не унимался злой Демис. А я подумала, вот паршивец. Ну-ну, у строю я тебе, даже если это и правда. Не стоит кричать обо этом на каждом углу.

— Это ты предложил пока повременить и не расторгать помолвку, чтобы не вызвать подозрений у… — напомнил ему Рагтар, но не закончил. А вот я поняла у «кого». Что? Так это был план? А сказать мне об этом была не судьба?

— Да зачем ты вообще согласился на эту помолвку? — начал снова заводиться Демис, его даже не смущали свидетели, а именно эта самая невеста и мачеха.  — И вообще я уже устал сидеть, буди немедленно… Миру, — рычал он.

— Не нужно будить, — тихо сказала Селения. — Чтобы молодые девицы не осаждало наш особняк, я решила устроить личную жизнь Рагтара.

— Что? — ошеломленно выдохнул то ли Рагтар, то ли Демис, даже Шарисса подавилась, но на нее, похоже, по— прежнему никто не обращал внимание.

— Не считайте меня дурой. Вам мужчинам только и нужно, что молодое  здоровое тело. Не успела бы оглянуться, как ваш отец развелся бы со мной и нашел другую, а как иначе, если они осаждают наш особняк? — вызверилась Селения.

О-о-о. Подумала я.

— Так ты боишься, что отец бросит тебя? — злость Демиса улеглась, признаться я вообще забыла о размеренном дыхании и затаила его.

— Я не могу ему родить, а он очень хочет дочку, — то с каким страданием она это сказала заставило сглотнуть горькую слюну. Я понимала ее. Очень хорошо. И то отчаяние, которое она испытывала.

Я приоткрыла один глаз и наблюдала за тем как эта холодная и высокомерная женщина повела хрупким плечом и отвернулась, закусила губу, все так же прикованная к дивану рядом с Шариссой. Ее отстранённость не вязалась у меня с тем, как она заступалась за меня. Похоже, не я одна играю здесь роль.

А я вдруг осознала, чего этой семье не хватало: просто сесть за стол переговоров.

Я перестала притворяться и выпалила первое, что пришло на ум.

— Селения, я думаю, что проблемы  в вашем питании.

— Что? — походе, это вопрос дня. Сколько раз он уже прозвучал?

— Как вы можете есть ту ужасно воняющую гадость  по утрам. А еще у вас же явная анорексия.

— Но ведь мне это питание прописала моя подруга— доктор и повара посоветовала, который не будет отлынивать от обязанностей и будет кормить меня только продуктами из одобренного ею рациона.

— Вы простите, но мне кажется, что вот она и вознамерилась вас свести в могилу и занять место супруги.

— Не может быть… — удивленно уставилась она.

— А давайте допросим повара? — воодушевилась я, но тут меня охватил еще больший азарт. — Я кажется поймала шпиона, — и нервно хихикнула.

— Мира! Это он тебя ранил?

— Да, — сказала я слегка ошарашенная заботой и вниманием Рагтара и с его помощью села, а потом задрала платье и уставилась на перебинтованную ногу.

— Приходил врач и зашил тебе рану, пока ты была без сознания.

— Он наверное был очень удивлен, — протянула я, понимая, что предстало перед его глазами.

— Да не очень. Так называемыми живыми домами никого не удивишь

— Как это?

— Просто мой далекий предок решил продолжить жизнь и стал живым артефактом, который слился с домом.

— А мне посчастливилось его активировать?

— Можно и так сказать, — я а вдруг поняла старики они, как дети и, похоже, чем старше этот дух становился, тем вреднее. Надо же живой дом.

— Кхм. Может быть освободишь всех? — Рагтар помог подняться мне, но не отпустил, а крепко прижал к своему боку.

А я отправила мысленный посыл Валере и он безукоризненно выполнил его. Странно. Я ожидала выкрутасов от него, а тут затих.

Ну и хорошо, мне нужно прийти в себя и оценить весь масштаб того, что произошло. Поэтому предпочитаю оставаться в трезвом уме и одна.

***

Спустя два дня после вакханалии

Я тряслась в том же экспрессе, что и ехала сюда и снова была несчастна, раздавлена и разбита. Дежавю.

Похоже, светлой полосы и не предвидится. Меня даже почитаемая магесса целительница душ обходила стороной и странно посматривала. Я сжимала свой досрочно расторгнутый контракт в руке и смотрела в окно, не желая делиться с этой радушной контролёршей своими проблемами и изливать ей свою душу. И в конце концов, смерившись, что не вытянет из меня ни слова удалилась, тихо бормоча под нос:

— Похоже, я стара стала, раз мой дар дает такой сбой.

Я же лишь горько улыбнулась и не удивилась. На мне вообще все дает сбой. Я этакий баг.

За окном мелькали зеленые деревья явно отличающиеся от наших, а значит я еще не пересекла черту отделяющую два мира. Воспоминания снова нахлынули, стало горько. Я сглотнула и позволила себе немного пострадать и окуналась в тот вечер, когда состоялся серьезный разговор с Рагтаром. Разумеется, меня не пустили на допрос, сказав что мне нужно отдохнуть после такого тесного и экстремального слияния с «особняком».

А я не была против, в принципе это уже было не мое дело. Только вот любопытство сыграло со мной плохую штуку, после того как я попросила Валеру транслировать мне  происходящее в кабинете Рагтара.

— Как вы можете, господин, верить этой предательнице, —  пусть я сначала опешила от слов Оскара, но потом разобравшись, почувствовала, что дыхание перехватывает, а спина покрывается холодным потом. Неужели все повторяется…

— Вы знали, что Мира — профессиональная шпионка, хоть и не особо удачливая. Она крадет, а потом продает информацию. Ее поймали практически с поличным на работе, вменив ей корпоративный шпионаж. Мне она сразу показалась подозрительной. Я решил за ней просто понаблюдать, а потом и навести справки, — Рагтар слушал его молча, не прерывая, Демис переводил ошалевший взгляд с брата на Оскара. Я тоже вылупилась на стену своей комнаты, где Валера транслировал мне этот театр одного актера. О боже, неужели Рагтар поверит в это? Хотя… какой может быть ответ, когда мой бывший босс и коллеги постарались запятнать мою репутацию. А как же складно у этого гада получается лгать и как же отлично в эту ложь вписываюсь я со своим «тёмным» прошлым.

Стало горько.

А еще больно.

Не знаю, чем закончился разговор потому как «экран» погас, а я сидела на кровати, прижав ноги к груди и обняв их руками. Положила подбородок на согнутые колени и смотрела в пустоту.

Потом ко мне зашел помятый Рагтар, со следами моего показательного выступления с тандеме с особняком на его одежде, но все равно такой мужественный и притягательный, с хмурой складкой на лбу, которую очень хотелось разгладить. Вся теплота, с которой он провожал меня в комнату перед допросом Оскара Манса испарилась, осталось сожаление, печаль и что-то еще. Никак не могла понять.

— Это правда, что тебя обвиняли в корпоративном шпионаже? — спросил он.

— Да, —  сказала я и опустила глаза в пол.

Дальше он вручил мне досрочно закончившейся договор и сказал отдыхать.

А на следующее утро ко мне зашла Берта и вручила мне, положенный гонорар, ведь магический договор не предполагал неоплаченные услуги.

Потом она же, правда, слегка опасаясь меня, дождалась, когда я переоденусь и держась поодаль, проводила на выход, посадила в местную повозку-машину, на которой я и приехала сюда. За рулем был тот же  маленький пузатенький бородатый дядечка. Разговаривать не хотелось, не на такое прощание я рассчитывала.

Только Валера успел на прощание обдать теплым ветерком, послать мысли сожаления и просьбу «беречь её». Но кого я так и не поняла. Дед совсем из ума выжил.

Вот в таком эмоциональном раздрае я и покинула Рокенстаг.

Длинный гудок экспресса вырвал меня из неприятных мыслей. Когда взгляд стал более осмысленным я поняла, что уже нахожусь на вокзале собственного города.

Печально выдохнула. Надо же пропустила перемещение.

Встала, накинула на себя пальто, взяла сумочку. Затолкала туда договор, все что связывало меня с волшебной страной и отправилась на выход.

Вдохнула наш родной загазованный воздух и отправилась ловить такси.

Всю дорогу думала о словах Валеры, а то к чему я пришла, впервые за долгое время грозилось вознести мое счастье до небес. Если это то о чем я думаю. Поэтому быстро заскочив в аптеку, я уже на всех парах мчалась  в квартиру, крепко придерживая сумочку, набитую золотыми монетами банка России. Удобно, конечно, и продумано. Каждая была упакована в пластмассовую коробочку с пломбой. Оказалось со всеми иномирцами так расплачивались.

Влетела по лестнице, руки дрожали, тест грозился выпасть, наконец нащупала ключи, открыла дверь и застыла…

— Мира? Мирочка! Ты где была? А я тут тебе картошечки пожарил. Все жду, жду, а тебя нет…— Борюсик что-то говорил, а я отупело взирала на него, даже не знала чему в первую очередь удивляться его настолько скоротечному роману и возвращению ко мне или же тому, что он сам в кой-то веки приготовил поесть.

— Что же ты молчишь, любимая… Я был таким идиотом, таким дураком, сам не знаю, что на меня нашло, точно бес попутал. Ты у меня самая лучшая… — он подошел ко мне и начал помогать снимать пальто. Надо же какой обходительный, но тут я пришла в себя и, не отвечая ему, быстро скинула сапоги и пошла в ванную комнату. Закрылась на замок, только чтобы он не последовал следом и не мешал.

И вот я сижу на полу и боюсь открыть глаза. Боюсь разочароваться, боюсь, что так ярко вспыхнувшая надежда на чудо, всего лишь мне показалась.

Досчитала до пяти и широко раскрыла глаза, потому как на тесте было две полоски.

О боже мой!

Но как?!

А потом я начала истерично смеяться, ведь вспомнила, что Рагтар всего лишь с первого раза сделал меня матерью, а ведь мы к этому с Борей шли долгие годы. Верили, надеялись, мечтали, пока мой диагноз о бесплодии все не перечеркнул.

Хм.

А почему так? Задалась я вопросом.

Сжала в руке тест, распахнула резко дверь. Боря нежно и преданно заглядывающими мне в глаза отскочил.

Я ураганом понеслась в нашу спальню.

— Где же? Ну где же эти чертовы бумажки… — рычала я и была готова убивать. Шкаф комода вырвала с корнями и высыпала все содержимое на кровать, документы разлетались по комнате, но меня это не волновало. Я искала бумагу, где врач частной клиники ставит крест на моем желании стать матерью.

Спустя пятнадцать минут я понимаю, что выписки из клиники нет. А еще вспоминаю, что именно Боря забирал заключение и я после того, как врач мне сообщил диагноз по телефону, даже не смотрела бумаги.

— Боря, — вскинула на него глаза и прищурилась. Я ведь дурой не была… или была? Но в любом случае, сейчас я хотела убивать…

— Да, дорогая, — ласково протянул Боря, явно недоумевая от того, что я тут устроила.

— Где моё заключение из клиники?

— Какое?

— Не тупи, Боря, — прошипела я, выходя из себя.

— Я его выбросил, — он слегка попятился, когда я начала на него наступать.

— Зачем, — тихо произнесла я, но это не значит, что во мне не клокотала злость.

— Чтобы ты не расстраивалась. Ведь я люблю тебя и такую. Зачем нам дети, — слушала его объяснение и действительно, ведь Боря принял новость о том, что я не могу забеременеть слишком уж спокойно. И почему я тогда ничего не заподозрила. А ведь это именно он посоветовал мне ту клинику, да и вызвался забрать мои анализы и заключение.

— Тогда откуда вот это! — проорала я и ткнула ему прямо в нос тестом для беременности. Его глаза сошлись на переносице и он побледнел. И чтобы он не зависал, я ткнула его другой рукой прямо в лоб. Отомри, упырь!

— Ты мне изменила, — вызверился тут же он.

— То есть то, что это твой ребенок ты даже и мысли не допускаешь, — зло усмехнулась я. Прокололся гад!

— Я бесплоден, а ты дрянь такая мне изменила, еще и залететь успела! — Боря ругалась, как сапожник, да я его даже не видела никогда таким, обычно спокойный и холодный муж, скупой на эмоции и чувства, вел себя словно вскипевший чайник. Мои брови грозились вылезти на макушку. Особенно, когда он тут же успокоился и озвучил выводы к которым пришел.

— Ладно. Может это и к лучшему. Я тебе изменил, а ты мне. Один— один,— незнакомая усмешка изогнула тонкие губы, серые глаза прищурились. – От недоразумения можно еще избавиться. Я не буду воспитывать чужого ребенка.

— Одевайся.

— Что?

— Что слышал, Борис Викторович. Мы идем разводиться.

— Но ты ведь любишь меня, — опешил он, а я даже не стала спорить с этим уродом, с которым могла пройти моя жизнь. А ведь я даже не знала какой он на самом деле. Вот вроде и жили вместе, создали семью, делили быт, а оказалось, что  совершенно не знали друг друга.

— Борь, давай вот без этого всего, не дави на жалость, не играй на моих чувствах. Я не хочу знать тебя. Иди туда откуда пришел.

— Я не хочу к ней, я же сказал, что это было ошибкой, глупостью. Я тебя люблю, — предпринял он очередную попытку к перемирию, только вот он явно недооценивал моего желания быть матерью и после его злых слов мне вообще было противно находиться в одной комнате с ним. К черту этот брак. Правду говорят, хорошую вещь браком не назовут. Мы с дочерью и сами справимся. Благо в средствах теперь я не стеснена. Рагтар выплатил мне даже премию. Снова горько улыбнулась и постаралась скрыть это.

Я уже надевала сапоги, а Боря все продолжал расписывать, как нам будет хорошо вместе. Идиот.

— Борь, одевайся. Решения я не изменю. Только в следующей раз мой тебе совет. Прежде чем заводить любовницу, успей завести жену, чтобы было кому тебя обслуживать, стирать, готовить и терпеть твое плохое настроение, а то очередная любовница снова убежит.