Глава 7

“Он – опасен!”, – стучало в моей голове. – “Он – опасен!” Но я тут же отвела взгляд. Чувство неловкости и опасности никуда не делось. Я посмотрела на бледное лицо мужа, который бросил взгляд на часы. – Такого еще не было, – послышался голос старика. – Чтобы поезд не пришел! Но и не было такого, чтобы он опоздал! Все посмотрели на часы. До полуночи оставалось десять минут. – Ты как себя чувствуешь? – шепотом спросила я у мужа, который похлопал меня по руке. – Может, присядешь? Мне показалось, что он почему-то побледнел. Неужели опять началось? – Все в порядке. Хотелось бы постоять на ногах, – заметил муж, усмехнувшись. Его светлые волосы разметались по плечам. – Знаешь, за два года я почти отвык стоять… Фух, я подумала, что моя жертва была напрасной, и страшная болезнь снова вернулась. – Так какое желание ты решил загадать? – спросила я, чувствуя, как сердце бьется в предвкушении чего-то необычного. Несколько нетерпеливых дам и господ, разочаровано вздохнули и направились с чемоданами в сторону вокзала. – Он уже не приедет! Зря мы отказались от ужина у Росвельдов! Там подавали бы мои любимые монмарше! – недовольным голосом заметила дама, погоняя служанку. Господин кивнул в знак согласия. Я вспомнила вкус длинных пирожных, которые здесь называют “монмарше” в честь повара. По вкусу не отличимы от трубочек с заварным кремом. За первой парой стали уходить и остальные. Это казалось заразным. Многие срывались с места, отряхивали свои заснеженные чемоданы, ворчали, что зря согласились на авантюру. – Дедушка, а поезд приедет? – спросила внучка, глядя на уходящих с перрона. – Знаешь, моя звездочка. Это как в любом прибылом деле. Прибыльное дело не любит отчаявшихся и нервных. Сначала оно вышвыривает нервных, потом выдавливает отчаявшихся. И тут случается самое интересное, – усмехнулся старик, положив руку ей на плечо. – Дедушка, а правда поезд способен исполнить любое желание? – спросила внучка. – Любое желание может исполнить твой дедушка, – с усмешкой произнес магнат, вздыхая. – А все остальные лишь жалкие подражатели. Итак, что хочет моя звездочка? Девочка попросила деда наклониться, а он склонился, едва заметно поморщившись. Слуги с тревогой посмотрели на него. – Дедушка не может исполнить это желание, – мягко произнес дедушка. – Если дедушка научиться воскрешать мертвых, то он станет еще в десять раз богаче. А это уже будет неприлично. Я дернулась, глядя на мужа. – А что случилось с родителями этой девочки? – спросила я. – Они ехали в пятом вагоне. В королевских апартаментах. Вагон нашли на самом дне ущелья… Никто не выжил, – произнес со вздохом мой муж. Боже мой, бедная девочка. Душу защемило от чужой боли. В этот момент послышался протяжный гудок.