11

В темноте смотреть на Стаса не получалось. Я, кажется, сломала пару ногтей, пока усиленно хваталась за его куртку, но сосед не возражал. Бубнил у меня над макушкой что-то успокаивающее. Правда, легче мне никак не становилось.

Наверное, это даже хорошо, что сейчас меня никто не видит. С вытаращенными глазами, жадно хватающая воздух, я понимала, что больше всего похожа на выброшенную на берег рыбу. Вот только поделать с этим я ничего не могла - детские воспоминания оказались сильнее взрослого разума.

Мне на плечи легла шуба, которую до этого момента держал в руках Стас. Видимо, даже он почувствовал, как меня сотрясает от дрожи. Правда, скорее от страха, чем от холода. И куда больше помогали справиться с ним не меховые шкурки, а сильные руки, опустившиеся на мою спину.

Одной рукой мужчина прижимал меня к себе, а второй бережно гладил по вконец испорченной прическе. В прошлый раз в лифте я застряла тоже не одна, а с подругами, испуганными также сильно, как и я. Сейчас же со мной была огромная спокойная гора, у которой ни один мускул от волнения не дернулся. Это я точно знала - прижимал он меня так крепко, что я, кажется, чувствовала каждый сантиметр его идеального тела.

- Мила, хочешь поговорим о чем-нибудь? - предложил вдруг Стас. - Пока ждем лифтера. Страшные истории не предлагаю, хотя обстановка подходящая. Можно веселые.

- Веселые? - эхом отозвалась я. - Ладно. Ты начни. Почему ты вдруг решил подработать купидоном у Романа?

- Судя по тому, что ты сейчас в подъезде своего дома, а не его - эта история вряд ли будет веселой, - фыркнул проницательный сосед. - Давай другую. Хочешь, про работу что-нибудь?

- Это про ту, где ходят идеальные фитоняшки? - пробормотала я, понимая, что кажется, веселых тем мы сейчас не найдем. - Или про ту, где ты танцуешь в ресторанах?

- Могу про обе, - кажется, он все-таки обиделся. - Кстати, Ромка говорил, у вас тоже весело. Это правда, что тебе подарили набор розовых инструментов?

- Мда... - тыкать в друг друга колкими словами, при этом прижимаясь грудью к груди как влюбленная пара, было по меньшей мере страшно неловко. А что, если мы здесь надолго? У нас ведь нет ни еды, ни воды. А если я в туалет захочу?

- Мила... - позвал вдруг Стас. - Я тут подумал. У нас же на телефонах есть фонарики. Можно включить один, чтобы второй оставался для связи. Я сейчас свой включу, не уходи далеко.

- Издеваешься?! - вспыхнула я. - Куда тут уходить-то?

Я отступила на шаг, зачем-то продолжая держать Стаса за грудки. Страх постепенно проходил, только сердце все еще колотилось как обезумевшее. Но застрять в лифте с соседом было определенно мероприятием более комфортным, чем с перепуганными подружками.

Через несколько секунд в руке Стаса засиял телефонный фонарик. А потом вдруг полилась медленная, приятная музыка.

"Можно я дотронусь до тебя...

До твоих ресниц и до волос..." [*]

- Что это?

- Мне показалось, ты любишь танцевать, - улыбнулся Стас. Мягко и без пошлых намеков. - Моя любимая песня.

Он протянул мне руку, и я почувствовала себя невероятно глупо от того, что все еще цепляюсь за него. Можно было перехватить горячую ладонь вместо куртки.

- Ты готов разделить со мной целую любимую песню? - пошутила я. - Вдруг, мне она тоже понравится, и я буду слушать ее за стенкой?

- Слушай, - разрешил Стас. - А сейчас танцуй.

"Я не буду с неба звезд срывать..."

Моя рука оказалась в заточении его широкой ладони, а талию властно обвила его вторая рука. В его жестах, кажется, не было никакого намека на пошлость, но мы вдруг оказались куда ближе, чем были на балконе ресторана.

"Облака на нитках приводить..."

Стас двигался плавно и грациозно, как и подобает человеку, для которого танец - это жизнь. Я любовалась им и тогда, когда он танцевал на сцене, сейчас же я как завороженная следила за его легкой улыбкой, сиянием синих глаз, которые смотрели только на меня одну.

"Буду только в губы целовать..."

- Мила... - хрипло произнес он, приближаясь ко мне. Слишком близко, теперь слишком...

"Буду я ее одну любить..."

Везет кому-то. Для кого-то же автор песни написал эту невероятную нежность. А моя мечта о счастье как раз сегодня разбилась на миллион осколков...

Вспомнив об этом, я подняла взгляд на Стаса, который почему-то перестал танцевать. Он просто стоял, как-то странно меня рассматривая. Кажется, его взгляд задержался на моих губах.

- Стас, я...

"Буду только в губы целовать..."

Дыхание перехватило. Еще мгновение - и он меня поцелует, действительно поцелует! Вот черт! А я, а я-то чего хочу?! Как на это реагировать вообще и...

Все мысли мигом растворились, когда горячие мужские губы накрыли мои. Жалеть обо всем я буду потом. А может, и потом не буду, в конце концов, я взрослая девочка, никто за поцелуй в лифте меня не осудит. И вообще, это терапия от стресса.

Не успела я об этом подумать, как нас ослепил невесть откуда появившийся свет. А потом шумно разъехались двери, и перед нашим взором предстал икающий и распространяющий предновогодний, отнюдь не елочный аромат лифтер.

- Ребятушки, я рановато? - растягивая слова спросил он.

Тут только я поняла, что за картина перед ним только что открылась. Девушка со слишком откровенным декольте, в сползшей до талии шубке, которую обнимает огромный мужик. Да уж, все-таки стыдно мне будет.

Ни слова не говоря, я подхватила с пола упавшую сумочку и бросилась по лестнице вверх, надеясь, что Стасу хватит такта сделать вид, что он бегает медленно. Перевела дух я только тогда, когда плотно закрыла дверь собственной квартиры.

Я подумаю об этом завтра, честно подумаю...