Глава 3.3.

Я затормозила, взметнув клубы пыли. Не смогла проехать, это было выше моих сил.

Огляделась по сторонам в поисках угрозы. В сложившихся обстоятельствах даже простые мирные жители могут превратиться в разбойников и поехать крышей. Никого. Только тогда я открыла дверь и вывалилась наружу, еле устояв на негнущихся ногах.

— Эй, ты меня слышишь? - я подошла к девушке и осторожно коснулась её плеча.

Та вздрогнула и в ужасе уставилась на меня большими зелёными глазами. Её рыжие густые волосы волнами спадали на грудь и спину. Настоящая лесная нимфа, хорошо, что я заметила её.

— Поднимайся, здесь нельзя оставаться, - я взяла девушку за руку и дёрнула на себя. От этого движения мы обе чуть было не полетели на траву. - Если будут ещё взрывы, то ударная волна положит конец нашим жизням.

— Мама, папа… - бормотала девушка и тянулась к двум окровавленным и неподвижным телам в машине. - Они могут быть ещё живы.

Я вздохнула и снова огляделась вокруг. Мне жутко не хотелось приближаться к трупам, я вообще не любила такие вещи, поэтому закончила только один медицинский универ. Но всё же нашла в себе силы подойти и проверить, живы ли родители этой девушки.

— Мне жаль, но они погибли, - я встала, вытерев кровь о штаны и приблизилась к девушке. - Поехали со мной, потом разберёмся, что будем делать. Как тебя зовут?

— М… М-марина, - заикаясь от рыданий, ответила мне девушка.

— Идём, Марина, поедем к моим родителями, - я осторожно взяла её за локоть и потянула к своей машине.

Усадила её на переднее пассажирское сидение и пристегнула обоими ремнями. Девушка была в шоке и не оказывала никакого сопротивления. Мне было искренне жаль её, увидеть смерть родных это страшно.

Мы мчались по обочине дальше и дальше. Взрывы раздавались всё чаще. Вся трасса стояла и не двигалась, кто-то ещё продолжал сидеть в машинах и чего-то ждать, а кто-то побросал свои авто и ушёл пешком. Ещё несколько раз Салли опускала шлюзы, и мы с Мариной подпрыгивали от ударных волн, дружно вереща.

Вскоре нам удалось съехать с обочины трассы на просёлочную дорогу. Спутниковый навигатор хорошо работал и вёл нас через деревни и глушь к дачному посёлку родителей. Хотя я и так прекрасно помнила все тропы наизусть. Взрывы всё не прекращались, весь мир как будто сошёл с ума. Марина сидела с отстранённым видом и смотрела перед собой пустым взглядом. Салли зачитывала важные сводки новостей. У меня сложилось впечатление, что ситуация выходит из-под контроля, причём во всём мире, и никто не знает, что с этим делать.

«Какого же хрена происходит?» - я мысленно ругалась и досадливо морщилась. На корпоративной почте было тихо, как в царстве мёртвых. А мне нужно было остановиться и достать комп, чтобы влезть в системы и проверить самой, что происходит.

Очередной взрыв за деревней, которую мы проезжали, осветил небо, ударная волна снесла крыши нескольких домов. Одна из них полетела на нас, но бронированная машина выдержала это столкновение, лишь немного накренившись в бок.

— До дачи моих родителей осталось всего-то… - попыталась я подбодрить Марину, и в тот же миг впереди раздалось сразу несколько оглушительных взрывов. Салли еле успела накинуть шлюзы. Нас с силой толкнуло и прижало к сиденьям.

Нет.

Внутри меня всё застыло от ужаса, взрывы раздались как раз там, где находился дачный посёлок родителей.

Нет, нет.

Я утопила педаль газа в пол, двигатели зарычали, и машина рванула ещё быстрее.

Мы вылетели на улицу, где стояла дача родителей. Точнее должна была стоять, а сейчас там было несколько огромных кратеров. Улицы больше не было, она вся была изрыта этими странными ужасными рытвинами, вокруг были размётаны остатки домов, автомобилей, каких-то тряпок.

Я медленно остановилась напротив кратера, где совсем недавно была наша дача. Внутри всё скрутило, я не могла поверить в то, что вижу. Этого просто не могло быть.

Выйдя из машины, я запнулась о торчащие деревяшки и рухнула на колени.

— Мама? Папа? Алиса? - позвала я, рассматривая глубокий дымящийся кратер с такой надеждой, как будто родные вот-вот должны будут из него вылезти целые и невредимые.

— Мама, папа, Алиса? Полкан? Дядя Хан, Вася, Лена, - бормотала я как в бреду, взрывая руками землю вокруг.

Я рвано вздохнула, ощущая, как дышать становится всё тяжелее. Сейчас меня должна накрыть истерика, я это хорошо понимала, но пока держалась. Огляделась, увидела стоящую кирпичную стену нашего гаража, остатки шланга для полива огорода и несколько оплавившихся пластиковых бочек для воды. Вот и всё, что осталось.

— Мама! Папа! Алиса! - я закричала, рыдание прорвалось наружу, и я плакала не останавливаясь. - А-а-а-а!!!

Всецело предавшись своему горю и накрывшему меня осознанию того, кого я потеряла, я не заметила, как меня осторожно обняли сзади.

— Тшш… Сашенька, - раздался над ухом срывающийся от боли и горечи голос.

— Х-хан? - я обернулась и недоуменно моргнула.

— Да, это я, я жив, - проговорил друг моего отца. - Мне жаль, мне так жаль.

По его загорелому лицу текли слёзы, между глаз залегла скорбная складка.

— А мама и папа? Алиса? Они где? Они с тобой? - окрылённая надеждой и накрытая волной облегчения, я подскочила на ноги и впилась в него взглядом.

— Нет, - тихо ответил он и поджал дрожащие губы. - Меня послали в магазин, а когда возвращался, то увидел взрывы.

— Их больше нет, - сказала я, снова поворачиваясь к котловану. - Папа мог бы быть жив, если бы я разрешила ему поехать со мной!!!

Я тяжело задышала и снова разрыдалась, на этот раз уже надолго, до хрипов и боли в груди. Дядя Хан крепко прижал меня к себе и гладил по голове, как маленькую девочку. Но я не могла успокоиться, это было невозможно. Сегодня я потеряла всех своих самых близких людей. Где-то вдалеке грохотали взрывы, но я не обращала на них внимания. Я была уничтожена утратой и горем, внутри всё скручивалось от дикой сосущей боли, в какой-то момент меня стошнило прямо на землю, где совсем недавно ходили мои живые родители и сестрёнка.

— Идём в машину, - прошептал мне Хан. Затем замер, рассматривая мой BMW и свою Тойоту Лэнд Крузер. Вздохнул и потянул меня к моей машине. Это был правильный выбор, она была хорошо оснащена и куда более безопасна в текущей ситуации. Хан удивлённо нахмурился на Марину, которая всё это время сидела в шоке и не двигалась. Затем посадил меня на заднее сиденье, закутав в плед. Сам вернулся к дому, какое-то время ходил по развалинам и что-то подбирал, складывая в мешок. Затем обошёл также развалины соседних домов. Открыл багажник моей BMW и закинул туда всё найденное, потом перетащил туда же некоторые вещи из своей машины. Всё это время я также, как и Марина, безучастно наблюдала за его действиями. Вот он сел на место водителя, отрегулировал под себя сиденье и зеркала. Шмыгнул носом, вытирая оставшиеся на глазах слёзы, проверил бензин, довольно буркнув на это и на то, что у меня в багажнике есть пара запасных канистр. Я хотела была ему ответить, что машина может ехать и без бензина, я добавила ей функцию питания от солнца, а также у неё была встроенная система, которая работала на воде, расщепляя молекулу воды на кислород и водород, а затем успешно могла ехать на этом самом водороде. Но у меня не было сил что-либо объяснять. Мои веки потяжелели, последнее, что я видела это то, как Хан переключает коробку передач и машина трогается. Я закрыла глаза, слушая, как Салли объясняет ему про то, что такое шлюз и какие последние новости произошли в мире.

Я проснулась, когда мы были в дороге. За бортом уже был день, его можно было бы назвать ясным, если бы не затянутое дымом небо и не зловещая атмосфера напряжения вокруг. Я безучастно смотрела на покорёженные машины на обочинах. На моем железном мальчике была функция выдвижного кенгурятника, точнее конструкции, похожей на него, но мощнее. Там был встроен магнит, моего авторского производства, который отталкивал от себя всё металлическое. Правда, энергии он жрал немерено. И сейчас мы двигались по трассе, раздвигая автомобили, словно ледокол в океане. Хан уверенно вёл авто вперёд, Марина спала на сиденье рядом с ним.

Взрывы продолжали греметь со всех сторон, иногда до нас долетали ударные волны. Я прикрыла глаза в огромном желании заснуть и больше никогда не просыпаться. Вся наша жизнь перевернулась за один вечер, но мы даже представить себе не могли, что это только начало.

«Три, один, четыре, один, пять, девять, два…».