Глава 23

Однако возражать вслух она не стала. Лишь спросила, когда мы (не «я», а именно «мы»!) приедем в следующий раз.

Я бы хоть на следующей неделе приехала, но у Кира скоро начнутся экзамены, и до Людкиного дня рождения вряд ли сможем выбраться в Москву.

Впрочем, родителей порадовал и данный расклад - они, наверное, думали, что, живя в такой дали, мы появимся лишь где-нибудь весной.

— Ты только звони почаще, — попросила мама, обнимая меня на прощание.

— Само собой, — пообещала я.

На этом и расстались.

Кир, кстати, чтобы не давать повода моим родителям переживать, действительно позвонил своему другу, который жил неподалёку. Тот уже приехал и ждал нас у подъезда. Поэтому мама видела из окна, что садится за руль именно он, а мы с Киром устраиваемся на заднем сидении.

Антон, так его звали, вывез нас из двора. За это время Кир магически отрезвил себя (хотя и до этого захмелевшим не выглядел) и дальше уже повёл машину сам, первым делом забросив Антона домой.

Кирилл

Итак, по счастью, Ланины родители не имеют никакого отношения к людскому магическому сообществу. Хотя у матери способности есть, и она вполне могла бы стать магом. Но у отца - близко нет. Так что если обучать тёщу, тестя потом только обращать.

Ладно, это никак не первоочередной вопрос.

У младшенькой, кстати, тоже неплохой дар - если захочет, может после школы поступать к нам.

Но это также дело не ближайших дней и даже лет.

Главное, что с браком Рогов мне палки вставлять в колёса не будет. Разве только из чистого сволочизма. Но это, в любом случае, проблемой клана не станет.

Ланкиных родителей ни ректор, ни бизнесмен, конечно же, в восторг не привёл, особенно вкупе со «служебным романом», но вроде бы в итоге мне удалось их убедить, что с людскими воротилами бизнеса меня равнять всё же не стоит. А дальше будем потихоньку сближаться.

В общем, тут всё, можно считать, неплохо.

А вот Рогов, тварь... Всё-таки подсунул мне в числе будущих студентов своего четвероюродного племянничка! Фамилия у мальчика, конечно, другая. Только он по-любому из этой поганой многочисленной семейки! Из клана Роговых.

Примечательно, что никого из двух других семейств - столпов Полярной Звезды, в списке студентов нет. Значит, внедрение в мой универ - операция не всех Полярников, а именно Рогова. Иначе бы Шаровы и Цукерманы не преминули всучить мне и своих представителей. Отношеньица между всеми тремя семейными кланами, мягко говоря, далеки от доверия. А если быть точным - они просто люто соперничают... и столь же люто ненавидят друг друга.

Однако в таких условиях Полярная Звезда процветает уже не одну сотню лет, так что, при необходимости, столпы всё-таки умудряются как-то договариваться.

С одной стороны, безусловно, радует, что пока ко мне в универ припрутся только Роговские шпионы-подстрекатели. А с другой, кто сказал, что позже, пронюхав о его затее, Шаров и Цукерман не заявятся с аналогичными «предложениями»?

Кстати, что касается списка, племянничек - ещё не единственная свинья, которую подложил мне Рогов. Никита и Алексей Бариновы - сироты, чьи родители и все прочие родичи погибли на проклятой войне. Круглые сироты - можно себе представить, насколько сильно они ненавидят оборотней!

В общем, во что выльется их обучение среди оборотней, я даже боюсь себе представить.

Рогов, правда, бьёт себя пяткой в грудь, утверждая, будто мальчики на нас нисколько не озлоблены. Но кто ж ему поверит! Особенно с учётом того, что гад наверняка собирается платить за Бариновых из собственного кармана. Хотя раньше точно не платил -переводятся-то они с бюджета. Понятное дело, что эта сволочь не разорится. Только он ведь без веской причины не на себя и лишней копейки не потратит - ибо жаден почти патологически!

Дэйнария

За завтраком Кирилл в общих чертах поведал нам, как прошло знакомство с родителями, -вернулись они с Ланой вчера за полночь, и было уже не до рассказов.

Приняли его не с распростёртыми объятиями, но и не в штыки - по крайней мере, в итоге. Правда, пока что парочка умолчала и об оборотнях, и о магии. Так что главные трудности, чую, ещё впереди.

— В Штаты полетим, надеюсь, четырнадцатого числа, — сообщил Лисовский под конец завтрака. — Раньше американские документы для вас точно не будут готовы. Но главное, что обеспечить вам людскую легенду мне всё-таки обещали. Через третьи руки, правда, ну да неважно.

— А документы-то зачем? — удивился Гирзел. — Думаешь, Рогов потребует их предъявить?

— Документы, в первую очередь, для официального пересечения границ. Туда -то полетим «своим ходом», а вот обратно - уже на самолёте, дабы Рогов мог убедиться, что вы не взялись из ниоткуда, а действительно прибыли из США. Можешь не сомневаться, данный момент он не преминёт проверить со всем тщанием.

— Вот урод! — пробурчал чёрный.

— Давай, пока не закончились новогодние каникулы, наконец покажем нашим гостям Москву, — предложила Лана. — А то потом тебе не до этого станет.

— Не раньше, чем они научатся идеально маскировать свою энергетику, — возразил Кирилл и вопросительно посмотрел на нас: — Как я понимаю, пока до совершенства вам ещё далеко?

Я была вынуждена кивнуть. Хотя мы честно прилагали все усилия и тренировались каждый день, но наука оказалась не самой простой.

Как мы ни старались закончить практику по маскировке драконьей энергетики до конца праздников, не успели. Лишь вечером одиннадцатого января Кирилл пришёл к выводу, что с поставленной задачей мы справились.

Заодно и освоились постоянно держать на людях мороки - причём пока что совсем не те, в которых потом будем преподавать, ведь мы из Америки ещё не прилетели.

Но уже началась экзаменационная сессия, университет наводнили студенты, и Кир теперь просто физически не мог свозить нас на экскурсию в Москву. Поэтому Лана вызвалась сама показать нам столицу. Я, правда, Москву уже видела, но понятно же, что чёрному очень любопытно её посмотреть. А Судогда - единственное место, где побывал он - никак не даёт представления о больших городах.

В принципе, практичнее было бы запрячь Алекса, но в этом случае поездка стоила бы Гирзелу кучу нервов, ну и мне вместе с ним. Кир это прекрасно понимал и кандидатуру Алекса даже не предлагал.

Вечером, за ужином, Кирилл провёл для нас инструктаж по технике магической безопасности и строго наказал ни в коем случае не применять магию и ни с кем не конфликтовать, в особенности с представителями силовых структур. Смотрел он при этом исключительно на Гирзела. На всякий случай показал ему фотографии, как выглядят полицейские и военные.

Мы клятвенно пообещали, что никаких инцидентов не устроим.

Выдвинулись на следующий день сразу после завтрака.

— Прошу, — улыбнулась Лана, открыв нам заднюю дверцу своей машины.

Мы с Мадо залезли в салон: я справа, он слева.

— Как тут тесно! — недовольно заметил Гирзел, устроившись на сидении.

— Поменяйтесь местами, — посоветовала Лана.

— Можно подумать, на соседнем месте просторнее, — скептическим тоном произнёс чёрный.

— И всё-таки настоятельно рекомендую, — не сдавала позиций землянка.

Ладно, поменялись. Я, кстати, тоже не понимала, какое преимущество имеет тот, кто сидит за пустым передним местом.

Лана тем временем что-то нащупала сбоку от соседнего с собой сидения и сместила его вперёд.

— Так лучше? — с улыбкой спросила она.

— Гораздо, — обрадовался Мадо, слегка распрямив ноги. — Но практичнее было бы вообще убрать это сидение. Зачем оно нам сейчас?

— Зачем? — вскинула бровь Лана. — Я на него сумочку кладу.

Гирзел хотел что-то возразить или, скорее всего, предложить разместить сумочку на нашем сидении, но Лана завела двигатель и тронулась с места.

— На лошади быстрее, — заметил Мадо, пока мы ехали к воротам. — Оказывается, это только в фильмах машины гоняют, как бешенные. На самом деле, хороший скакун обгонит машину в два счёта.

— Слушай, пересядь на лошадь и езжай рядом, — подала я ему идею. — Только не возмущайся, если на шоссе от нас отстанешь.

Чёрный оставил мои слова без комментария, лишь высокомерно усмехнулся.

Выехав на дорогу, Лана прибавила скорость.

Мадо продолжал посмеиваться про себя. Его по-прежнему тешило преимущество гужевого транспорта перед автомобильным.

Но когда мы выбрались на шоссе, надменная улыбка всё-таки сползла с его губ. Он понял наконец, что в фильмах его не обманывали. Хотя, чего уж греха таить, герои там частенько превышали скорость.

Первый час Гирзел не отрывался от окна. Но поскольку пейзаж был достаточно однообразный, а больших городов на нашем пути не попадалось, созерцание окрестностей ему всё-таки наскучило. Чёрный достал телефон - Кир, как и обещал, купил их нам - и стал играть в симулятор дракона, который установил ему оборотень.

Но вот когда подъехали к Москве, он убрал телефон в карман и вновь прилип к окну.

— Сколько ж людей! — поражался он. — Это уму непостижимо!

— Гирзел, для Москвы это мало людей, — подлила я масла в огонь его пессимизма. — Вот приедем в центр, тогда сам в этом убедишься.

— Может, ну его, к демонам, этот центр? — засомневался чёрный.

— На окраинах нет ничего интересного, — сказала Лана. — Все достопримечательности сосредоточены в центре.

— На окраинах? — саркастично проговорил Мадо, водя глазами по плотно стоявшим другу к другу многоэтажкам.

— Ну да, такие они у нас, окраины, — засмеялась Лана.

— А куда мы, кстати, едем? — поинтересовалась я.

— Сначала покажу вам усадьбу Кусково, — ответила землянка. — Собственно, мы уже почти приехали.

— Усадьба среди этих каменных джунглей?! — изумился Гирзел.

— Представь себе, — сказала Лана. — И в пределах Москвы это далеко не единственная сохранившаяся до наших дней усадьба.

— В ней кто-то живёт?

— Нет, там музей.

Припарковав машину, мы двинулись в парк.

Если бы ноздри не раздражал запах города, я бы подумала, что мы где -нибудь в таком местечке, как Муромцево. Тут царили тишина и спокойствие, людей почти не было.

Прогулялись вокруг пруда, обошли дворец (не знаю, кто додумался назвать дворцом одноэтажное строение) и оранжерею. Во дворце, кстати, посетили очень занимательную выставку керамики.

Где-то часа полтора потратили на экскурсию.

Отличное место, и лично я бы заглянула сюда ещё раз, когда потеплеет.

Следующим пунктом программы была Красная площадь. Интересно, какие впечатления будут у Гирзела? Я -то там уже бывала.

Ближе к центру на улицах ожидаемо становилось больше машин. Мы всё чаще стояли в заторах, а когда добрались до Таганской площади, Лана поводила пальцем по устройству, именуемому «навигатор», и печально констатировала:

— Дальше одни пробки. Проще оставить здесь машину и добраться до центра на метро. Заодно станции посмотрите. Среди них есть много красивых.

— Мы с Ярнилом, кстати, спускались в метро, — похвасталась я. — А вот Гирзелу действительно будет в новинку.

Мадо, подозревая, что в метро отнюдь не пустынно, что-то проворчал, но протестовать не стал.

Мы вышли из машины и направились к станции метро.

«Марксистская», - прочитала я на табличке перед входом. Не знаю такой станции.

— Только не говорите мне, что это красивая станция, — сказал Мадо, когда мы спустились с лестницы и двинулись по подземному тоннелю.

— Это вовсе не станция, — успокоила его Лана. — Просто проход к ней.

На что Гирзел лишь иронично усмехнулся.

Завернули в небольшой вестибюль. Лана подошла к кассе, вернулась оттуда с пластиковой картой.

— Это тоже ещё не станция, как я понимаю? — тем временем спросил меня Мадо, скептическим взглядом осматривая вестибюль.

— Нет, — мотнула я головой. — Станция там, внизу.

Лана приложила к одному из турникетов пластиковую карту, пропустила нас, потом прошла сама.

Затем объяснила Гирзелу, что, заходя на эскалатор, нужно взяться за движущийся поручень, потому что с непривычки можно потерять равновесие.

Но чёрный лишь отмахнулся. Зашёл на эскалатор гордой поступью... и чуть не растянулся, в последний момент ухватившись -таки за поручень.

Вот упрямец! Я тоже дракон, но это не мешает мне прислушиваться к дельным советам опытного человека.

Спустились вниз. При сходе с эскалатора Мадо был уже осторожнее.

— А вот и станция, — сказала Лана Гирзелу. — С одной платформы поезда уходят в одну сторону ветки, со второй - в обратную.

В этот момент закрылись двери стоявшего на станции поезда, и он тронулся в путь.

От нарастающего, практически заглушающего все остальные звуки гула лицо Мадо исказила страдальческая гримаса.

Он что-то произнёс, но мы его не услышали.

— Теперь можешь высказаться, — улыбнулась я, когда шум поезда затих.

— Как вы вообще здесь живёте?! — возмутился Гирзел так, словно ему предложили навсегда поселиться в метрополитене.

— Да, Гир, это тебе не Соктава, — развела руками Лана. — Ой, наш поезд подошёл, — опомнилась она. — Садимся.

— Там есть, где сесть? — ядовито произнёс Гирзел, скользя взглядом по окнам вагона.

— Так говорят, — усмехнулась Лана.

— Девочки, не подскажете, где тут переход на Таганскую? — обратилась к нам вышедшая из поезда женщина с двумя детьми.

— Эммм... — задумалась Лана. — Кажется, там, — она указала рукой в сторону, противоположную той, откуда спустились мы. — Но я не уверена. Лучше ещё у кого-нибудь спросите.

В этот момент за нашими спинами захлопнулись двери вагона. В груди ужалило: «Гирзел!»