Глава 53

— Да, заходи, — кивнул Лисовский.

Настя бочком просочилась в покои. Вид у неё был какой -то... перепуганный?

— А можно запереть дверь? — попросила она. — Вдруг к вам кто-нибудь ещё придёт...

Кирилл задумался - вероятно, на тему, не планирует ли змея всё-таки обвинить его в попытке изнасилования. Но потом, видимо, решил, что для исключения такой провокации присутствия здесь Ланы и меня достаточно.

— Хорошо, поверни ключ в замке, — разрешил ректор.

Правильно, если что - верхние отпечатки на ключе будут её собственные.

Щёлкнул замок.

— Итак, что ты хотела? — Лисовский выжидательно посмотрел на неё.

— Можно присесть? Что-то меня ноги совсем не держат, — опять же прошептала Настя. Играет или реально от кого-то шифруется?

Ректор кивнул.

Змея опустилась на самый краешек кресла. Кажется, её всё -таки натурально трясло.

— Я тут Мишку разговорила, — наконец начала она. — Выяснить, правда, удалось немного. Но это же просто п... — осеклась паразитка. — Капец! Кошмар, в смысле! Короче говоря, дословно он сказал, что для общего блага поганые холуи должны сдохнуть! Ну это, если исключить матерные слова.

— Что Евтюков - тот ещё матерщинник, я в курсе, — заметил Лисовский. — Продолжай.

— Я сперва подумала, что он просто фигурально так выражается - про «сдохнуть». Но, кажется, эти чокнутые всерьёз намерены убить братьев Бариновых.

— Не помню, чтобы такие мелочи смущали тебя, когда ты взялась отравить моих племянников, — с ядовитым сарказмом припомнил ей Кирилл.

— Ну вы сравнили! — возмутилась Настя. — Отравить - это же не убить!

— А что же, по-твоему? — его тон стал само ехидство.

— Ну, посидели бы они на толчке полдня - ничего бы страшного с ними не случилось.

— Деточка, а почему тогда после твоей отмашки сюда приезжала полиция искать трупы?!

— яд в его голосе заплескался через край.

— Н-не знаю, — вдруг начала заикаться гадюка. — Это ж вроде ч-чья-то глупая шутка была.

— И моему брату позвонили, сказав, что его сыновья мертвы, тоже чисто шутки ради?!

— В-вы хотите сказать, ч-что в пузырьке было в -вовсе не что-то типа касторки? — с трудом вымолвила она, побелев как полотно.

— Чистейший яд мгновенного действия, — жёстко припечатал Кирилл.

Настя выронила на пол кольцо, которое, сняв с пальца, нервно вертела в руках. И даже не заметила этого.

— Выходит, Дэймон с Лисом могли умереть? И виновата была бы я? — проскулила она, хватаясь за голову. — Господи, как же вы меня прямо тогда -то не припи... не пристукнули?

— Не пристукнули, лишь потому что очень хотели выяснить кто твой заказчик, — со всей прямотой ответил Лисовский, и не думая миндальничать. — А теперь ты, между прочим, ввязалась в ещё более грязную и опасную игру, поскольку Рогов... Или и тогда это был он? — вдруг спросил оборотень.

Настя замотала головой:

— Нет, тогда я Никиту ещё знать не знала. Мы только на новогодних праздниках познакомились. Кажется, вовсе не случайно, как я теперь понимаю.

— Можешь даже не сомневаться, — усмехнулся Кирилл. — Ты абсолютно не в его вкусе. Малолетние шалашовки не интересовали его никогда. Он предпочитает уже состоявшихся хищниц. Кольцо, — неожиданно напомнил оборотень.

— Что? — не поняла паразитка.

— Ты уронила на пол своё кольцо, говорю, — пояснил он.

Настя растерянно посмотрела на свои руки, кажется, всё ещё не очень понимая, о чём речь. Её откровенно трясло, пальцы мелко дрожали. Наконец она заметила -таки отсутствие кольца.

— И где оно? — спросила как-то заторможено, в упор не видя украшения.

— Вон, — Лисовский указал взглядом.

Настя ещё бессмысленно попялилась на пол. Потом всё же обнаружила колечко и наклонилась за ним. С трудом надела на палец.

— Спасибо, — вымолвила еле слышно. А потом подняла взгляд на ректора: — Кирилл Валерьевич, мне страшно, — из её глаз покатились слёзы.

— Раньше надо было бояться, — отрезал тот. — А теперь ты уже увязла в этом дерьме по уши.

— Что если они и меня убьют?

— Вообще могут, — не стал успокаивать её Лисовский. — Но если не натворишь глупостей, мы постараемся, чтобы этого не случилось, — всё-таки дал он ей надежду.

Да, вербовать Кирилл тоже определённо умел, невольно подумалось мне в этот момент. Не знаю, какие там золотые горы сулил змеюшке Рогов. Но вот предавать единственного, кто обещал ей защиту, она теперь вряд ли решится.

— Ой, я ж не всё рассказала! — опомнилась Настя. — Мишка с Федькой велели мне завтра во время занятий что-то подложить в комнату к Бариновым, в их вещи. Вроде какие-то гаджеты.

— Значит, не будем их разочаровывать - подложи, — решил ректор после секундного размышления.

— А вдруг там бомба?! — скульнула Настя.

— Покажешь их мне - я проверю.

— Но они же могут за мной следить! Я сегодня -то чуть со страху не сдохла, пока шла сюда!

— Тоже верно, — согласился Кирилл. — Следить будут даже наверняка, а заодно и прикрывать. Магически, — добавил он одними губами, посмотрев на нас с чёрным. — Чтобы ты не попалась. Значит, проверю уже на месте.

— Но я ещё сама не знаю, куда именно они скажут мне подсунуть свой подклад.

— А когда?

— На третьей паре вроде. Во всяком случае, Мишка говорил, что её мне завтра придётся прогулять.

— Отлично, — обрадовался ректор. — Четвёртой парой у шакалов как раз мой урок -пусть только попробуют не явиться. А мои парни тем временем посмотрят твою «мину».

— Тогда я пойду? — несмело спросила Настя.

— Больше ничего не забыла рассказать? — уточнил Кирилл.

— Нет, — заверила она, замотав головой.

— Я, пожалуй, провожу. Не хватало только, чтобы тебя засекли, выходящей из преподавательской башни.

Они ушли.

Итак, что же случится завтра? Для чего шакалы всё это затеяли? Каков будет их следующий ход?

Кстати, почему бы Кириллу просто не взять гадов на передаче Насте ворованных гаджетов - ведь речь как пить дать о них? Впрочем, обвинить в воровстве наверняка можно будет лишь одного из них. А вот нашу двойную горе-агентшу засветим по полной.

— Пойдём спать, — сказал Гирзел, взяв меня за руку.

Я посмотрела на часы на стене - половина одиннадцатого. Как -то рановато его спать потянуло. Впрочем, вряд ли именно спать.

Ну, тогда я ничего не имею против.

Однако, едва затворив дверь в наши покои, Мадо развернул меня к себе за плечи, но вместо того, чтобы поцеловать, впился пристальным взглядом. Даже каким-то требовательным.

— Белая, ты так и не сказала - переедешь ко мне на Соктаве или нет?

Ах вот, значит, как - решил добиться ответа прямо сейчас. Ладно, только мы ещё не всё выяснили.

— Ты тоже так и не озвучил - в качестве кого?

— Ну не в качестве же прислуги, — попытался отшутиться Мадо.

То есть увиливать от ответа решил?! Ну -ну. Я набрала в лёгкие воздуха, намереваясь выдать ему хорошую такую отповедь.

Но тут он добавил уже с серьёзным видом:

— В качестве моей девушки, естественно.

Все заготовленные было слова так и застряли в горле. Причём застряли натурально. Прежде чем вернуть себе способность говорить, я несколько раз беззвучно открыла и закрыла рот.

Видимо, мою временную потерю дара речи чёрный истолковал как -то по-своему, потому что добавил неожиданно:

— В смысле, жены.

Ну ни черта ж себе его штормит! От не служанки аж сразу до супруги.

Только это ведь фактически предложение. А вот принимать так резко столь судьбоносные решения я, честно говоря, не готова. Мы встречаемся -то даже не без году неделя, а и того меньше. Надо же сперва убедиться, что действительно подходим друг другу. Не только в постели, я имею в виду.

Эх, надо было живей выдавливать из себя ответ, пока просто роль возлюбленной предлагали.

Да и братцу я за его манипуляторство ещё не вставила как следует. Вернее, вовсе никак не вставила. И что же теперь - ему на радость возвращаться сразу невестой Мадо?!

Чёрный продолжал сверлить меня пристальным взглядом, с каждой секундой мрачнея всё больше.

Нет, что-то отвечать надо срочно.

Ласково коснулась кончиками пальцев его лица.

— Гир, давай для начала всё-таки просто в качестве твоей девушки, — предложила я ласково-примирительным тоном.

Тёмно-карие глаза обиженно полыхнули.

— То есть для тебя я гожусь только на роль любовника?! — бросил он и, выпустив меня из объятий, стремительно удалился в ванную.

Там сразу же зашумела вода.

Черт, всё-таки обиделся всерьёз.

Надо бы как-то сгладить.

Я сунулась в ванную, но дверь оказалась заперта. Постучалась, позвала:

— Гир... Гирзел!

Никакой реакции. И дверь он, как назло не на задвижку запер, а магией.

Ладно, подожду, пока выйдет сам.

Пошла в спальню, разделась и легла в постель - ну не торчать же под дверью ванной всё время.

И как-то меня угораздило провалиться в сон. Видимо, слишком вымоталась из -за нервотрёпки, устроенной Полярниками.

Проснулась утром - за окном уже светало. Одна на широкой кровати. В груди кольнуло. Он что же, так и не вышел из ванной?!

Прислушалась - нет, вроде бы тихо, вода нигде не льётся.

Но куда же он тогда подевался?

Вскочила с постели и метнулась в гостиную.

Чёрный обнаружился лежащим на диване одетым. Причём не спал. Однако на моё появление вовсе никак не отреагировал.

Подсела к нему - даже не посмотрел на меня.

— Гир, ну хватит дуться, произнесла я примирительно, поглаживая его по крепкой груди.

— Я думал, что тоже что-то значу для тебя... — открыл-таки он рот, по-прежнему не глядя в мою сторону.

Ну вот, похоже, он совсем обиделся. Нет, надо срочно мириться!

— Гирзел, а разве я говорила, будто не значишь? — наклонилась и коснулась губами его щеки. — И выходить за тебя, между прочим, не отказывалась. Просто я считаю, что мы немного торопимся.

— Терпеть не могу неопределённости, — пробурчал чёрный.

— Я вообще-то тоже, — призналась с невольной улыбкой. — Но...

Вдруг Мадо сгрёб меня в тесные объятия, буквально притиснул к своей груди.

— Белая, я же люблю тебя! Неужели не понимаешь?!

И чуть отстранив мою голову, испытующе заглянул мне в глаза.

— А вот о своих чувствах ты до сих пор слова не говорил, — заметила я. — Но когда делают предложение, наверное, всё-таки...

— Ну вот - сказал, — перебил он меня.

И снова этот тёмно-карий взгляд в самую душу. А вид словно у осуждённого перед вынесением приговора.

Да, теперь он определённо ждёт моих слов.

— Я тебя тоже, — призналась со всей прямотой.

Мадо снова притянул меня к себе и впился в губы голодным -преголодным поцелуем.

Несколько минут мы жарко, умопомрачительно целовались. Но потом он всё же неохотно отстранил меня.

— Надо вставать - не то на пару опоздаем.

— Да, надо, — со вздохом согласилась я. Выпрямилась сидя. И рискнула -таки вернуться к больной теме. — Но с принятием столь важных решений давай хотя бы пару недель подождём. Необходимо же посмотреть насколько у нас получается быть вместе.

Чёрный опять посмурнел, но в итоге выдавил через силу:

— Ладно.

Дружно глянув на часы, мы столь же дружно вскочили с дивана и как угорелые кинулись собираться.

После четвёртой пары решили пойти посмотреть, как там наши подопечные. Поднялись на третий этаж общежития.

Первое, что узрели, - о чём-то беседующих Дубова и одного из шакалов. Судя по выражению лица оборотня, приятной беседа никак не была. Теперь шакалы взялись заводить на ссору его?!

Может, подойти и сказать гадёнышу пару ласковых? Какого чёрта он вообще делает на чужом этаже?! Правда, правилами это, конечно, не запрещено.

Но вдруг Дубов буквально сорвался с места и метнулся в комнату к... Бариновым. Дверь при этом осталась открытой.

Где-то в комнате играл телефон. А Виктор с порога распахнул дверцы шкафа и, несмотря на возмущённые возгласы Бариновых, принялся в нём копаться. Вытащил какую -то сумку, расстегнул молнию. Мобильник уже замолчал. Но Дубов всё равно извлёк его со дна сумки. А потом с разгневанным видом повернулся к остолбеневшим Бариновым.

— Это мой телефон, — процедил он тоном, не сулящим ничего хорошего.