Глава 2

И да, все, сказанное Васей было истинной правдой. Ильдарил меня как бы курировал. Заботился. Помогал и поддерживал. Если что-то требовалось – сразу был тут как тут. Если что-то случалось – к нему даже обращаться не требовалось. Он как будто чувствовал – приходил, все решал. Но никакого особого интереса, как у мужчины к женщине я у него к себе не заметила. Весь этот год мы даже за руки не держались. Даже на свидание не сходили. Хотя, признаюсь, когда оттаяла для отношений – месяцев через семь-восемь после попадания, поняла, что с мужем все позади, я задумывалась над романом с Ильдарилом. Он был безупречным: внимательным, предупредительным. В любой ситуации я могла к нему обратиться – и эльф неизменно помогал всем, чем мог. И он был удивительно привлекательным. Немного непривычным для меня, но очень красивым мужчиной. Однако, как бы я ни хотела, у нас с ним, по-прежнему, ничего не было… Почему-то в голове прокрутились яркие моменты нашего общения… Ситуации… проблемы… *** …Темный эльф Эльмартис Стогвен, из рода бывших Архимагов, встречает меня ночью, после дежурства в экспериментальном отделении клиники. Наши опыты – наши и пациенты. И – как будто нарочно – мы сталкиваемся именно в тупике, откуда коридор изгибается к переходу между соседними зданиями. В больнице тихо. Холлы пустые. Только дежурные, вроде меня, бродят между палатами, проверяют. В этом же месте – вообще глухомань. Потому что оно ведет к общежитию. Там все давно видят сотый сон. Я машинально киваю, и вдруг Эльмартис подскакивает, хватает и прижимает к стене. Темно-фиолетовое лицо с резкими чертами оказывается совсем близко. Желтые глаза светятся… похотью? Наглые вздрагивающие руки начинают сползать по плечу – к груди, ниже, еще ниже… Неприлично и неприятно. Я вздрагиваю и шиплю: – Вы с ума сошли, господин Эльмартис! – Не-ет! Я в здравом уме! – зло говорит он. – Ты, одна из тех, кто лишил нас власти над миром, лишил уважения и почитания. И ты мне за это заплатишь. Я давно думаю о тебе. А ты смеешь даже не смотреть в мою сторону, в то время, как я изнываю от желания и страсти! Я охаю и затихаю. Никогда бы не подумала, что Эльмартис, который всегда смотрел на меня сверху вниз что-то подобное может испытывать. Но ничего хорошего это мне не сулит. Я начинаю судорожно соображать, как быть и что дальше делать. Паниковать – не мои методы. Я еще повоюю. Хватка железная. Темный эльф очень сильный. Работает в травматологии и даже оркам кости вправляет. Врезать ему в пах? Можно. Но Эльмартис начеку. Защищает причандалы коленкой. Пока я судорожно ищу выход, сзади обидчика появляется Ильдарил. Хватает его, как котенка и швыряет к противоположной стене. А потом эльфы дерутся. Я в ужасе жду, что будет. Кто победит. И фактически молюсь за Ильдарила. Клубок тел красноречив – силы практически равны. Противники ругаются, кувыркаются… Наконец, Ильдарил придавливает Эльмартиса к полу сложным приемом и рычит ему на ухо: – Еще раз к ней подойдешь, убью! Слышишь меня, недоделок, ты, фиолетовый? Тот молчит и только скрипит зубами. – Я спрашиваю! Ты! Меня! Слышишь? Эльмартис взвизгивает от боли и шипит: – Слышу. Ильдарил отпускает его, презрительно отбрасывая подальше и подает мне руку. – Моя госпожа, позвольте я провожу вас до комнаты… Мы вместе идем – рука об руку. Я ощущаю его разгоряченное боем и возмущением тело и сбивчивое дыхание – видимо, еще не перевел дух. Возле двери моей комнаты мы останавливаемся, и Ильдарил эффектно, но слишком уж помпезно мне кланяется. – Хороших снов, моя госпожа. Отдыхайте. Я молчу, медлю. Не хочу говорить «до свидания». Точнее, хочу, но со смыслом именно про свидание, а не про встречу на работе или еще как. Ильдарил вроде бы тоже, какое-то время молчит, внимательно глядя в глаза. И чудится – он вот-вот, пригласит куда-то сходить, скажет, что хочет встречаться. Губы эльфа чуть вздрагивают, глаза сверкают, как в лихорадке. Внезапно, Ильдарил… разворачивается и уходит. Я только смотрю, как удаляется мощная спина эльфа и вздыхаю. А мог бы зайти… на чаек… Тот самый, который подают утром, в постель. *** …Я звоню Темке, а он не отвечает – и все тут! У нас традиционный вечерний созвон! Я на дежурстве, но все равно набираю Темку, спросить, как дела. Как в медучилище, как вообще… Длинные гудки бьют по нервам. Холодный пот струится по спине. Раз за разом сын не отвечает. Сердце колотится, рвется наружу. Я не выдерживаю, выскакиваю из ординаторской в коридор и нос к носу сталкиваюсь с Ильдарилом. Тот придерживает за руку: – Что-то случилось, моя госпожа? На вас же просто лица нет! – Я не могу с сыном связаться! Он должен был мне позвонить. Не позвонил. Я сама… в общем… уже полчаса… ни ответа от него, ни привета! Я срываюсь на плач. – Моя госпожа. Ну, зачем вы так? Не надо сразу думать о худшем. Сейчас мы организуем поиски. Ну, все-все… Эльф нежно проводит рукой по моей щеке, убирая с нее прядь волос. – Я-а-а… Он же в чужом мире. Боюсь… Не знаю, куда обратиться… Ильдарил не дает договорить и развивает кипучую деятельность. Мы заскакиваем в ординаторскую, и эльф быстро находит мне замену. Затем мы идем в кабинет к Ильдарилу, и тот начинает звонить всем подряд: знакомому законнику Ээндвера, частному детективу, друзьям. Уже через час все подняты на уши. Мы на созвоне почти непрерывно. Каждый докладывает, что выяснил… Я сижу ни жива, ни мертва. Слушаю, фиксирую в голове. Стараюсь не паниковать окончательно. Ощущение – что не все хорошо, пронзает, иголками струится по венам. Я то и дело срываюсь с места, начинаю паниковать, плакать. Ильдарил берет за руки, сажает и утешает. Гладит, успокаивает, как ребенка. Приносит печенья и чаю. Моего любимого – с мятой. …И, вот, наконец, спустя целых три часа ада, которые показались мне вечностью, нам сообщают, что Темка попал в строительную воронку. Поехал с приятелями погулять – угодил в эдакий недопортал и выбраться наружу уже не смог. Его приятели тоже. Сидели там, куковали, боялись. Связи нет. Никого нет. Их вытащили, и еще спустя час я обнимала своего сына, мы вместе уже пили чай, и Ильдарил принес нам печенье, орешки, фрукты… А потом тихо ушел, позволяя нам побыть наедине… Просто скрылся за дверью, прежде, чем я что-то сказала. *** В лаборатории переполох. Взорвалась одна установка, что перетаскивает как бы портально ауру от одного пациента к другому. В результате, в тело хаэльрима вместо альфа-мутицц, что должны были стабилизировать его состояние и улучшить, поступили бетта-мутиццы. И… он начал преображаться. Стражи Синих Топей, как их еще называют, по-прежнему, проблема для медиков. Эти существа: орки, эльфы, оборотни некогда умерли, но ожили в странном месте, где диковинных частиц и энергий столько, что там происходит то, о чем и не фантазируешь. Однако хаэльримы не могут уйти из Топей достаточно далеко – раны их открываются, и Стражи медленно умирают. Они до сих пор чистят Синие Топи от остатков магического оружия, попаданцев, что лежат там в анабиозе и многого другого. А мы помогаем им по мере сил, возвращая жизнь и возможность уйти из болот навсегда. Делаем их снова живыми… Тем более, что старые хаэльримы сами превращаются в монстров и распадаются заживо… Но сегодня случилась катастрофа. У нас на глазах аквариум с пациентом разбился, и оттуда показалось чудовище. Нечто с кучей тентаклей, с какими-то уродливыми пастями по всему телу, откуда капала слюна. Мы забегали, пытаясь хоть что-то сделать, чем-то помочь. О себе в тот момент даже не думали. Начали стрелять в пациента дротиками с альфа-мутиццами. Альфа-мутиццы – особенные частицы, что меняют структуру вещества, превращая его в любое другое, бетта-мутццы – тоже, но они делают это бесконтрольно. Именно они и ответственны за то, что хаэльримы вдруг становятся чудищами… Еще и еще. Прицельно палить не получалось. Нечто металось по лаборатории, задевая там, что ни попадя. Установка с разгоном бетта-мутицц попалась ему на пути. Я пыталась ее убрать, но чудовище не давало. Раз – и установка летит в стену. Два – и нас накрывает взрывом. Я думаю – ну все, если обойдется ожогами, уже хорошо. Но бетта-мутиццы в такой концентрации и на такой скорости взмоют в воздух, что все облучимся. И это хуже, чем радиацией. Они станут разрушать все в телах изнутри, менять и перестраивать, как хотят… Это болезнь, которую не вылечить, если срочно что-то не предпринять. Но как это сделать, если в дверях лаборатории чудовище, и оно не выпускает никого. Да и самому хаэльриму теперь срочно нужна помощь. Мы не имеем права бросить его на произвол судьбы, это же мы ему навредили! Мы что-то недосмотрели! Мы допустили взрывы! Внезапно откуда ни возьмись… вбегает Ильдарил. Стреляет из силовой пушки, отгораживая нас полем от взрывов. Купола защиты раскрываются надо мной, над лаборантами, даже чудовище защищают. Ильдарил стреляет опять… и хаэльрим оседает на пол без чувств. Я выдыхаю с некоторым облегчением. Ильдарил берет меня на руки и несет. Я даже не спрашиваю – куда. Настолько ему доверяю. Настолько ему доверяюсь. Мы оказываемся в аппаратной для анализа состояния. Датчики кружат возле меня роем – сканируют, проверяют. Наконец, выносят вердикт: – Есть передозировка бетта-мутицц… Нужно срочно перелить альфа-мутиццы. Ну да, взрыв был объемный – и зацепило, видимо, всех. – Ос-стальные лаборанты! – кричу, тотчас вспоминая, что под удар попала не только лишь я. Ильдарил звонит, распоряжается. Зовет врачей, медсестер. Лично делает мне капельницы. И… несколько дней я между явью и бредом. То вокруг вырастают какие-то уродливые мухоморы – покореженные, изогнутые. То появляются огромные бабочки, усыпанные пестрыми блестками. То эльфы превращаются в гоблинов из фильмов моего мира. При этом, когда бы я ни вынырнула из странного состояния, Ильдарил всегда рядом. Его лицо, его ясные, как молодая листва, глаза – мой маячок в безвременьи забытья. Чай, вода, орешки, коренья… для восстановления сил. Он лично меняет мне капельницы… Наконец, беда отступает… Я окончательно прихожу в себя. Ильдарил тут как тут. Я приподнимаюсь на постели, и он придерживает рукой за плечо. Садится рядом. – Ты вообще как? Ты меня та-ак напугала… Я думал, что стану первым в мире седым эльфом… Я выдыхаю: – Вроде нормально. Машинально сбрасываю одеяло, а под ним я совсем обнажена! Ильдарил смотрит так, словно вот-вот просто съест. Жадно, этим очевидным мужским оценивающим взглядом. Который упирается в грудь, скользит ниже, ниже… Эльф нервно сглатывает, облизывает припухшие губы, вскидывает голову на датчики и говорит с хрипотцой: – Все хорошо. Ты поправилась. Подрывается с постели и резко уходит из палаты. Я даже слова сказать не успеваю. *** …Настроение просто швах. Все с утра валится из рук. Восьмое марта как-никак… А здесь этот день не отмечают, даже не знают о том, что это – женский день на Земле. И я почему-то вспоминаю, вспоминаю, как муж забывал о моем празднике. Как один раз даже цветочка мне не купил. Как я сама заказала себе подарок в маркетплейсе, а он, такой: «Зачем тебе новое платье? Все равно на улицу почти не выходишь. Дома работаешь. Зря деньги тратишь». Это были мои, мои деньги! Я зарабатывала больше, чем муж! Помню ту жгучую, рвущую изнутри обиду, тоску… И вроде бы – мелочь, какая-то ерунда. Он меня не бил, не пил, не изменял, насколько я знала. Но… Так было больно и горько… И вот, даже в другом мире, этот день напомнил мне о себе. Пациент ушел с самого утра. Архимаг, который давно повредился бетта-мутиццами в процессе колдовства, как тогда называли. В те времена про частицы, энергии и их взаимодействие не знали, считая все это магией, чарами. Архимаги правили миром. Могли гору превратить в пыль, создать прямо из воздуха алмаз, ударить молниями по городу… Теперь тут знали, выяснили ученые-попаданцы, что мелгачастицы и мутиццы способны менять атомы и молекулы, превращая одно вещество в другое, расщепляя его до плазмы той же молнии. Ну и так далее. А управлять ими способны лишь те, у кого мощная аура – силовое поле, что может заставить частицы действовать, как пожелаешь. Однако бетта-мутиццы крайне опасны, смертельны. Альфа-мутиццы – тоже, но их подчинить можно, если уметь это делать. А вот бетта-мутиццы разрушают организм, ауру, и, если их много… существо погибает. Немало Архимагов на этом погорело. Кто-то стал инвалидом, кто-то – долго умирал от тяжелой болезни, лекарства от которой не было до сих пор. И вот мы как раз занимались тем, чтобы убрать бетта-мутиццы из организма, даже если те давно прижились, доза огромная и никакие другие методы не работали. У нас лежали самые безнадежные – те, кто уже фактически на ладан дышал. И некоторым становилось значительно лучше. Единицы, пока, но таки выздоравливали. Этот Архимаг был из самых тяжелых, почти уже труп. Десятилетия лежал в коме. Но… я все равно страшно расстроилась. Мы реанимировали его несколько часов. Это возможно, если поддерживать мозг и тело при помощи портального вливания альфа-мутицц. Организм как бы замораживается в моменте, когда дошел до последней черты и эту черту не переходит. И все-таки мы его потеряли… Потом в лаборатории лопнула колба в эксперименте с бетта-мутиццами. Пришлось срочно включать очиститель воздуха и проверять всех, кто там находился, на предмет опасного поражения. Слава богу, почти обошлось. Единичные бетта-мутиццы есть и в природе, они не опасны. Сами выйдут из тела со временем. Тем более, что у нас случайных людей, эльфов или оборотней не работало. Только лишь те, у кого мощные суперспособности и аура тоже. Потом я разбила тарелку. Вообще ерунда, если подумать. Устала от долгой реанимации, вымоталась, здорово перенервничала… ну и… смахнула тарелку из-под завтрака со стола. Осколки быстро и без проблем собрали электрические пылесосы, а нанороботы внутри них зачистили ковер моего кабинета от мельчайших остатков еды и фарфора. Но… эту тарелку мне подарил Темка… Все складывалось одно к одному. Как будто началась черная полоса, грозившая перейти в полную задницу, как любили говаривать на Земле. Я пошла проверить остальных пациентов, и на выходе встретила Ильдарила. Тот выглядел каким-то немного хитрым, что ли, отчасти загадочным. – Зайти-ка в свой кабинет, – почти попросил эльф. Я пожала плечами: – Зачем? Загляну-ка лучше еще раз в лабораторию. Посмотрю, что там и как. Мало ли, очередной треш. Сегодня я уже ожидаю всего. Лишь бы все целы остались. Остальное уберем, восстановим… – И все-таки, я настаиваю, Любава. Как твой непосредственный начальник. Ильдарил задорно мне подмигнул. Я пожала плечами, вздохнула и устало побрела в кабинет. Вошла и… тихо ахнула. Весь кабинет был заставлен цветами в корзинах. Они благоухали, пестрели и создавали невероятное ощущение волшебства. Причем, среди земных лилий, роз, ирисов, и всего остального обнаружились… удивительные лельтерии. Цветы, что росли исключительно в Синих Топях. Когда-то давно их использовали, чтобы свести на нет отравление мощными энергиями этого странного места. Лельтерии были просто волшебными, невероятно красивыми и изящными. Вокруг аккуратной пампушечки тычинок с пестиком, тянулись конусовидные лепестки, будто вырезанные искусным ювелиром. А еще… еще тут были васильки. Я как-то заикнулась, что на Земле их очень любила… Я выскочила в коридор, чтобы поблагодарить Ильдарила от всей души за это маленькое чудо, которое сразу перечеркнуло все воспоминания о неприятностях. Однако эльфа уже и след простыл. В кабинете его тоже не обнаружилось… Ильдарил подарил мне праздник в день, когда я ждала лишь плохого и просто исчез, как настоящий добрый волшебник… *** …У меня прорвало кран. Да-да! Даже в таком мире иногда случается бытовой ад. Вода хлещет, заливая всю ванную. Я мечусь туда-сюда в поисках коммуникатора. Все вокруг – просто потоп. Отовсюду льются ручьи, я мокрая, словно мышь! Это просто какой-то кошмар! Хочется звать на помощь, кричать, хочется выругаться хорошенько, по-русски! В дверях появляется Ильдарил. Как он вообще понял, что нужен мне? Откуда узнал, что сейчас, срочно, я многое бы отдала за мужчину, который все разрулит? Раньше, на Земле все делал муж. Вот в чем ему не откажешь – в таких проблемах он всегда разбирался. Я ни разу не звала слесаря или электрика или типа того. Ильдарил усмехается: – Решили превратить ванну в аквариум? И мне почему-то сразу на душе легче. Вот правда, от одного его взгляда – теплого, какого-то ласкового и твердого, по-мужски. – Да. Но рыб забыла купить, – смеюсь я в ответ. – Ладно. Значит, фантазия подождет. Раз-два – и вода перекрыта. Три-четыре – работают мастера. Два гиганта-орка в зеленых робах медбратьев, что рулят по хозяйственной части. Пять-шесть – все готово. Орки получают от Ильдарила деньги, окидывают меня, мокрую, сверкающими взглядами: мол, а хозяйка-то, ничего так. Даже немного задерживаются в дверях. Но эльф их старательно выпроваживает. – Давайте, давайте. Идите уже! Госпоже надо привести себя в норму. – А госпоже больше ничего не нужно? – внезапно предлагает один из орков, почти откровенно проводя по своим брюкам. А там… в общем, сразу видно – чего может он мне еще предоставить. – Нет-нет! – быстро отнекиваюсь. Вот уж чего-чего, а интима с этими громилами, с торчащими изо рта клыками и низкими надбровными дугами мне, уж простите, и даром не надо. Ну не мое, вот совсем не мое. Кажется, Ильдарил в этот момент вздыхает с огромнейшим облегчением. Вообще у меня ощущение, предвкушение, словно бы между нами вот-вот рухнут мосты. Как будто еще чуть-чуть… секунда… мгновение… и… Орки еще мнутся, но уходят, подталкиваемые моими: «До свидания, спасибо за работу». И: «Да, идите уже, идите» – от эльфа. Мы с эльфом остаемся вдвоем. Я выжидающе смотрю на Ильдарила. Мокрая рубашка облепила мощные мускулы и совершенное, литое тело хорошо просматривается. На брюки боюсь даже коситься, но взгляд сам собой, невольно, намеренно устремляется туда, как заколдованный, заговоренный. Ильдарил в рабочих штанах – тонких, и те так все очертили… что дальше просто уже некуда. Каждый изгиб, каждую впадинку хорошо видно. И размерчик того самого. Еще как! Зеленые глаза смотрят игриво, в уголках прячутся улыбки. Кажется – вот-вот – и он страстно меня поцелует. Ильдарил стоит и молчит, чуть перекатываясь с носков на пятки. Очерчивает меня каким-то жадным, голодным взглядом. Я такого у него еще не видела. Облизывает губы и быстро сглатывает. Дышит, словно бежал марафон. Я опять невольно смотрю куда не положено и кажется – он возбужден. Хочет продолжения, еще как! Я сама слегка подаюсь к эльфу. Как бы даю ему знак. Ну давай! Давай же! Чего же ты медлишь? Ильдарил замирает в каком-то странном остекленении, вдруг словно приходит в себя. Чуть встряхивает головой. – Большое спасибо, я сама бы не справилась, – растерянно произношу я. Ильдарил сдержанно улыбается и отступает, словно опомнился – решил вернуть дистанцию между нами до культурной и церемонной. – Моя госпожа, вы мокрая и уставшая. Я пришлю вам горячего чаю с медсестрой и поесть. Хорошего вам вечера, Любава. Вот так – официально – по моему новому имени, которое взяла в этом мире. Без традиционных уже даже среди моих подчиненных – лаборантов – сокращений, типа: Люба… Ильдарил кланяется в своем фирменном стиле и уходит… Совсем… Про Василису и Иллиндлиэля можно почитать в романе «Магическая хирургия – территория страсти». Про Дарейну и Элиндлиэля можно прочитать в романе «Магическая хирургия – территория любви». Про Айран и Аэлвета (он же Андалар) можно прочитать в романе «Эльфийский эскорт. Соблазн для изгнанного принца». Про Магдалину и ее Линардила можно прочитать в романе «Хочу быть твоим». Про Иоланту и ее историю любви можно прочитать в романе «Страсти За Гранью. Хочу быть твоим». Также есть по этому же миру «Страсти За Гранью. Купи меня».