Глава 2

Вообще я любила волков. Это красивые, умные животные, верные себе и друг другу. Но любила я их на расстоянии. По картинкам в книжках и интернете. И никогда в жизни не желала себе встречи ни с одним из них. Ну просто, я ж не дура, чтобы подвергать себя такой опасности, да? Но вот она я лежала теперь на одном из них и в ужасе ждала, что будет дальше. А то, что что-то будет — без сомнений. Это же волк, хищник, плюс раззадоренный преследованием и тем, что добыча сейчас на нём валялась. Недаром смотрел на меня так пристально, плотоядно и голодно. А потом, будто прочтя мысли, оскалился.

Оскалился!

Ой, мамочки!..

— Х-хороший волк… — пробормотала, боясь пошевелиться лишний раз.

И всё думала, что мне теперь делать-то? На ОБЖ нас учили много чему, но не тому, как вести себя в подобной ситуации. Медведей, я знала, отпугивали громкие звуки. Надо было покричать, пошуметь, и он в испуге сбегал. В теории. А вот что делать при встрече с волками, понятия не имела. Повезло, что он один здесь, а не со всей своей стаей. Но и это не спасение. Ему и надо всего-то вперёд податься и сомкнуть свою пасть на моём лице. А дальше драть, пока я не потеряю сознание.

В голове так ярко нарисовался образ возможного будущего, что я едва не заскулила от страха. А волк лежал, смотрел на меня и будто бы чего-то ждал. Вокруг нас медленно кружили хлопья снега, принесённые ветром с деревьев, вдоль лыжной трассы ярко светили фонари. Красивая картинка, как с открытки, если бы не одно “но”. То самое, где я вот-вот умру.

Вот тебе и покаталась на лыжах…

Те, кстати, неудобно развернулись на моих ногах, причиняя всё больше неудобств. Правую ступню сводило от боли. Но это ерунда по сравнению с тем, что подо мной лежал волк, а я по-прежнему не представляла как выруливать из этой ситуации. Я едва дышала. Двигаться и вовсе не смела. Это сейчас он вёл себя смирно, а потом ка-ак набросится…

Но делать что-то надо, несомненно.

Только что?

Я так и не придумала. Зато волку надоело ждать, когда его жертва созреет. Он приподнялся. А ещё через миг я осталась лежать на холодном снегу одна. Волк навис сверху. Но не успела я понадеяться, что он возможно собрался уйти, как тот начал меня нюхать. Нюхать! Сперва мокрый нос коснулся лица, и я крепко зажмурилась. Затем его выдох опалил чувствительную зону уха, перешёл на шею. Дальше я уже не чувствовала, только слышала, как он фырчит, обнюхивая меня всю, спускаясь всё ниже, в конечном итоге замерев на вывихнутой лодыжке. И моё сердце застыло вместе с ним в этом моменте.

Ну, всё, сейчас он начнёт глодать мою ногу…

И я всё-таки не выдержала! Громко взвизгнув, дёрнула ногой, впечатывая лыжу аккурат в морду зверя. Лодыжку пронзило новой болью, но я, сцепив зубы, перетерпела её. Снова дала зверю по морде.

Получай, гад плешивый!

Ответом мне стал обиженный скулёж, отчего внутри всё сжалось. Будто я причинила боль самой себе. Дурацкое ощущение, от которого я поспешила отмахнуться. Но следующий удар вышел всё равно немного смазанным. Да и боль в ноге усилилась. Молчу уже про неудобство, лыжи-то по-прежнему находились на мне. К слову, недолго они на мне находились. Клыкастая пасть быстро избавила меня от этого неудобства. Лыжи опали с моих ног поломанными деревяшками. А в следующий миг я вновь замерла, парализованная ужасом, когда волк прыгнул на меня, нависнув сверху. Всё моё прежнее бесстрашие тоже быстренько запряталось в глубины души. Замерев, я в страхе уставилась в его необычайно синие глаза. Будто в них кусочек самого океана поместили. Настолько насыщенный и глубокий, что я невольно зависла, разглядывая их. До меня только теперь дошло, что этот волк какой-то необычный. Очень уж громадный. И смотрит слишком… по-человечески. Будто прекрасно осознавал, что делал и кому. Даже сейчас… в его глазах плескалось спокойствие и предупреждение. И будто наяву послышалось: “Не шевелись. Не провоцируй. Замри”.

Я и без того шевелиться опасалась, а теперь и вовсе в статую обратилась. Да и как иначе, если его язык вдруг принялся лизать мою щёку?

Ну точно съесть собрался! На вкус пробовал.

Крепко зажмурившись, я едва терпела, чтобы не начать выть от ужаса. И не сразу поняла, что шершавый язык сменили… губы. Губы! Человеческие!

Всё это показалось настолько нелепым и невозможным, что я несколько мгновений ещё прислушивалась к себе и своим ощущениям.

Но те не пропадали. А, открыв глаза, я в самом деле столкнулась с синими глазами… человека. И не просто человека, а того самого рыжего парня, который пялился на меня всё утро.

Он и сейчас пялился. Вглядывался своим глубоким красивым взором в мои серо-зелёные глаза, пока я пыталась осознать произошедшее. Выходило плохо. В мозгу никак не складывалась нужная картинка.

Почему рядом со мной тот, кого по сути не должно здесь быть? Откуда он здесь взялся? И куда делся волк?!

Я оглядывалась по сторонам снова и снова, но того и след простыл. А вот огненноволосый красавчик очень даже реально пребывал сейчас рядом. Нависал надо мной, как ещё недавно это делал волк. Сильные руки упирались в снег рядом со мной, синие глаза гипнотизировали, а грудь вздымалась и опускалась в такт его глубокому дыханию. И во всём этом я далеко не сразу заметила ещё одну странность.

Парень был голым. Вот абсолютно. Голым-преголым. Вплоть до отсутствия трусов.

Я поняла это, когда в своём безумном шоке перевела взгляд на просвет между нами. И в нём легко различалось не только отсутствие белья, но и его немалое возбуждение. Собственно, его толстая налитая кровью головка в этот момент смотрела прямо на меня. По ней медленно стекала капля предсемени.

О. Мой. Бог!

Но самое худшее во всём этом — далеко не факт чужого возбуждения. А то, что моё тело откликнулось на эту картину в тот же миг не меньшим томлением. Между ног приятно сжалось всё, запульсировало, а затем потекло.

Испанский стыд!

Парень, словно понимая моё состояние, с шумом втянул в себя воздух возле моих губ. И клянусь, в его груди завибрировало! У маминой чихуашки вот так же всё вибрировало, когда она принималась рычать.

Наверное, от стресса показалось. Я же только что чуть волком съедена не оказалась. И так до сих пор ещё не поняла, куда он вдруг делся. И откуда здесь оказался рыжий красавчик. Да ещё голый! В последний раз, когда мы виделись, он точно был одет.

А может я упала, стукнулась головой и просто до сих пор не очнулась, вот и мерещилась вся эта муть с волком и им?

По крайней мере, это было логичнее всего другого.

Непонятно только, с чего вдруг моё подсознание сделало этого солнечного наглеца голым.

Голым, блин!

Этот факт никак не желал покидать сознание. Возможно, потому что раньше я никогда не видела голых парней, только плавках. Но там не особо-то было на что посмотреть, а тут прямо-таки во всей красе деталями любоваться приходилось. Густая капля уже стекла с головки, оставив след на моём белом горнолыжном костюме. А до меня запоздало дошёл ещё один факт.

На улице минус десять! А лежащий на мне голый парень даже мурашками холода не покрылся! Как такое возможно? Он с младенчества зимой в проруби купался, что ли? Ещё и улыбался так, словно джек-пот всей своей жизни словил, а не меня. Хотя я так и не поняла, как он тут оказался, да ещё лежащим на мне, и куда делся волк. Впрочем, не важно. Сбежал и хорошо. Вот ещё бы от рыжего нахала избавиться теперь. Но судя по его поведению, он сваливать в далёкие дали точно не намеревался. А моя нога между тем болела всё сильнее!

— Слезь с меня, — надавила руками на его плечи.

И тут же о том пожалела, когда он вжался бёдрами в меня сильнее.

Гадёныш!

Потому что тело отреагировало на этот выпад однозначной волной удовольствия. Я даже головой помотала, отгоняя от себя эти неправильные ощущения. Что за бред? Не меньшим бредом показались его слова:

— Ты не этого желаешь.

Уставилась на него как на психа.

Что значило, я не этого желаю?

А чего я, по его мнению, тогда хотела?

Ай, тоже не важно!

Главное, теперь я знала, что он русский, а значит можно смело себя больше не сдерживать.

— Ты либо слезаешь, либо я тебе помогаю, — предупредила хмуро.

Может у меня и нет клыков, как у волка, но зубы все на месте, крепкие и здоровые.

— Почти интересно, как ты мне поможешь? — усмехнулся этот наглец.

Я и помогла. Подалась вперёд и укусила его за губу, не дав договорить.

Вот только там, где любой нормальный человек отшатнулся бы от агрессивной девушки, этот только тихо зашипел, а потом…

Клянусь, я не вру! Так всё и было!

Синие глаза вдруг потемнели и засветились, став по цвету неоновым ультрамарином.

Это что ещё за нафиг-нафиг?!