Глава 22

Шир

Открыв глаза, я уставился в голубое небо. Минут пять тупо всматривался в легкие белые облака, плывущие по небу, и пытался понять, сплю я или нет. Тело пребывало в тягучей неге, когда тебе хорошо настолько, что любое движение кажется кощунством.

- Проснулся?

Голос Еля раздался рядом, и я нехотя повернул голову. Парень сидел рядом со мной, облокотившись на небольшую горку подушек, бросилось в глаза, что он был весь в синяках и ссадинах. Под плотной повязкой на голове проступала кровь.

- Что с тобой? Почему ты избит?

- Вообще-то ты выглядишь намного хуже меня, – усмехнулся краешком губ Ель. -Как себя чувствуешь?

Я попробовал встать, с удивлением отмечая, что практически раздет, а тело все покрыто кровоподтеками. Руки сбиты в кровь, ребра стянуты тугой повязкой.

- Тебе лучше не шевелиться. Регенерация хоть и восстанавливает твой организм, но лучше полежать еще пару часов. - Тер Найт остановил меня, чуть повернув голву я заметил также Эри с маленьким ребенком на руках и Мая.

- Киани? – повернулся я к Елю, тот понял меня без слов и кивнул. – А где она сама?

- Там.

Ель кивнул в сторону, чтобы увидеть, на что он указывает я, несмотря на возражения тэра Найта, поднялся на локтях. Перед нами возвышались стены города, но там, где вчера были ворота в город, разверзлась земля, и часть стены, как и здания, что находились за ней, предстали перед моим взором руинами. Виднелись люди, что разбирали завалы. Меня же поразили размеры разрушений, это было не пара домов. Тюрьма и с десяток домов просто ушли под землю, а провал открывал вид на дома, что находились от стены минимум на сто метров.

- Что случилось? – потрясенно спросил я.

- Что ты помнишь? Из последнего.

- Как мы поужинали и легли спать.

- И все?

- Да.

Ель задумчиво почесал голову.

- Рассказывай уже, Ель, - поторопил его Май. – Ты обещал, как Шир проснется. Еле удержались, чтоб тебя не будить, - пояснил Май и, поднявшись, принес мне стакан с водой. – Кушать хочешь?

Я рассеянно кивнул, Май тут же протянул кусок хлеба с сыром и несколько спелых фруктов. Я молча взял хлеб и откусил приличный кусок.

- Ель, рассказывай, – поторопила теперь уже Эри, маленький ребенок дернул ручками от ее голоса, но Эри тихо что-то ему заговорила, и малыш снова затих.

Странно взглянув на меня и на хлеб, что я ел, Ель глубоко вдохнул и начал рассказ.

- Все для нас началось утром, пришла стража, они принесли завтрак, и ты стал кричать, что они мясники и убийцы. Тебе виделась везде кровь. Я еле тебя успокоил. Ты проспал весь день, беспокойно метаясь, а вечером, когда стража принесла ужин, обезумел окончательно. Разгромил все в нашей камере. Стража хотела тебя унять, но завязалась потасовка. Нас схватили и отвели в подвальные камеры.

- Нас? Ты тоже буянил? – решил уточнить я.

- Я нет. Пытался не дать им сильно избить тебя и пропустил удар, - Ель указал на повязку на голове. – В подвальных камере все так же, как и наверху, только коек нет, и сыро. Нас кинули по разным камерам, когда наступила ночь, света не стало, и большего я увидеть не смог. Тебе хорошо досталось от стражей, ты до полуночи провалялся без сознания, а потом…

Ель замолчал, вглядываясь в развалины перед нами, и продолжил:

– А потом раздался скрежет, и в твоей камере, в стене, образовался проход. Ты пришел в себя и стал звать маму.

- Кого? – возмущенно спросил я. Я ему что, ребенок, маму звать?

- Тебе мерещились ее крики. Ты говорил, чтобы она держалась, что идешь к ней, - пояснил Ель. - Как я ни звал тебя, остановить не смог. Ты ушел в подземелье. Спустя немного времени и в моей камере открылась потайная дверь, и я рванул за тобой.

- А тебя кто звал? – спросил Май.

- Никто, я хотел узнать, где Шир. Решил, что, когда Киани придет за нами, лучше быть вместе. Спускался я недолго, но, когда нашел Шира, оказалось, мы не одни. Нас настигла тюремная стража, и погнала вниз. Пока я сопротивлялся, подоспела Киани, вместе с мастером Санджи и Валом. Стражу усыпили, но пока мы отвлеклись от Шира, он рванул вниз. Думаю, ты так и слышал в голове зов матери, - повернулся Ель ко мне. - Ты ни на что не реагировал. Мы побежали следом за тобой.

- Зачем? – еле слышно прошептал я, слыша Еля, я понимал, он не врет. Ссадины на моем теле говорили о том, что я был в непростой переделке.

- Совсем дурак? – возмутилась Эри, и уже тише добавила, - Киани же пообещала вас вызволить.

- Киани да, а Ель зачем туда сунулся? – спросил я.

- А я по-другому не смог, - пожал плечами Ель, - рассказывать дальше, или послушаем возмущения Шира по поводу, зачем его спасали?

Эри фыркнула, а Май, не поняв сарказма, попросил продолжать, еще и попросил не перебивать.

Ребята нагнали меня уже в самом низу, успели за секунду до того, как я чуть не переступил круг жертвенника. Место, в котором мы оказались, было небольшим залом. Посередине, где был выложен небольшой круг, находилось нечто бесформенное. Оно постоянно меняло форму и то становилось шаром, то зверем, то пыталось принять форму человека.

Заметив, что меня остановили, нечто завыло, и тут же в зал ввалились тюремщики. Ель сказал, было отчетливо видно, что они находятся под воздействием божества, так как глаза охранников были залиты темнотой, и на лицах был такой оскал, что всем жутко стало. Киани скомандовала палить по божеству фаерами, а сама метнулась к алтарю. И тут в подземелье прибыли стражи, ведомые драконом. Дракон встал в позу и заорал, чтобы все сложили оружие.

- Мне показалось, что он даже не понял, куда попал и кому орет сдаваться, - заметил Ель. – А вот божество прекрасно поняло, кто перед ним и заревело с такой силой, что с потолка посыпались камни. Киани закричала, чтобы мы уходили и убрали от сюда дракона, но стражи ее проигнорировали, окружили божество, и тут такое началось. Сначала пришли в себя тюремщики. Они в шоке оглядываясь, спрашивали, что происходит, из-за этого произошла сумятица, и никто не обратил внимание, что Киани кричала дракону убираться. Я только потом понял, что при виде злейшего врага, бывший бог пришел в ярость. Мобилизовав все свои силы, грохнул по нам так, что нас разметало по стенам, словно щепки. Пока мы приходили в себя монстр рванул к дракону, тот попытался выставить какой-то артефакт, но божество смяло его и с силой ударило о пол. Казалось, дракону конец, но тут вмешалась Киани. Обрушила на безумного Бога непрекращающийся огненный поток, и заставила тем самым отступить от дракона.

Тюремщики бросились вон. Стажи разделились, кто-то, подхватив дракона, уносили его наверх, остальные прикрывая его уход обрушили на божество фаеры. Все сверкало и гремело, божество метало в нас камни и молнии, те кого они касались, тут же рассыпались в прах. Киани на миг куда-то пропала, а потом выскочила с ребенком на руках и та-ак заорала, чтоб все выматывались от сюда, что само божество замерло. А потом бабахнул алтарь, и монстра объяло пламя. Мы рванули от туда прочь.

Тебя, кстати, Вал вынес, - зоб все уходили в боковой туннель. Хорошо мастер Санджи сообразил про что она и повернул в сторону. Стражи, я и Вал пошли следом, а Киани шла последней. Представляешь, она этот туннель шитом закрыла, и пока мы шли удерживала его. Когда выбрались на поверхность, он просто с хлопнулся за нами, и в городе начались разрушения. Рухнула сначала тюрьма, а следом завалилась стена, было видно, как дома рушатся и уходят под землю. Один из стражей сказал, что божество погибло и стены, которые держались на его энергии рухнули под тяжестью земли и времени.

- А дальше, мы уже знаем, - вклинился Май. – Киани отдала ребенка тэру Найту, наложила на тебя и Шира формулу регенерации и сказала, что надо идти спасать жителей города. Мастер Санджи собрал всех и вместе со стражами ушли в город.

- Давно? - решил уточнить я.

- Уже больше двенадцати часов, как они там, – ответил тэр Найт. – Разбирают завалы, достают выживших. Киани указывает, где копать и исцеляет тех, кого достали. – На мой удивленный взгляд, пояснил. – Сыновья время от времени прибегают, то за едой, то за лекарственными травами. Оттуда и новости.

- Идут, - встрепенулся Май, и все вскочили.

Караванщики шли разрозненно, было видно, как они устали. Покрытые грязью и пылью, еле шевелили ногами. Вал нес сестру на руках, та, болезненно прижав руки к груди, спала.

Тэр Найт подскочил и бросился к идущим, мастер Санджи помотал головой на предложение о еде и тихо сказал:

- Торговли пока не будет, на три дня объявили траур в городе. Я сейчас спать, если кто будет подходить, записывай и договаривайся сам.

- Понял, сделаю.

- Умыться бы, а то песок даже в глотке чувствуется.

Эри подскочила и, отдав малыша Елю, убежала за водой. Май прошмыгнул в палатку, где скрылись Киани и братья.

Умывшись мастер Санджи немного приободрился и, отдав еще несколько указаний, устало присел рядом с нами.

- Как вы, заживает?

- Да, боли уже нет, а синяки и ссадины с каждым часом становятся меньше. Много там, погибших? – заговорил первым Ель.

- Много, но, если бы не Киани, было бы раз в десять больше.

Вернулась Эри, протянула мастеру кувшин, и тот жадно отпил. Тер Найт отчитался:

- Все легли спать, фиторов на стражу поставил, купол проверил.

Мастер кивнул, и сделал еще один глоток, отставил кувшин.

- Спать? – решил уточнить тэр Найт, мастер покачал головой.

- Посижу чуток. Устал так, что расслабится не могу. За всю свою службу в страже такого не видел.

- Так много жертв?

- Я не об этом. Я про это нечто под землей и огонь, которым Киани смогла его уничтожить. А то, что она творила в городе? Ни за что бы не поверил, но я видел это сам. Сам.

- Санджи, - растерянно позвал его тэр Найт.

- Она людей просто из-под земли доставала. Подходила к спасателям и говорила, где копать, или сама обращалась к стихии природы, и почва сама выталкивала тела на поверхность. Изломанные, окровавленные. Сомнений не возникало, что они мертвы, но она просто касалась их груди. Кости вставали на место, раны затягивались, и как только исцеленный делал первый вдох, шла к следующему. Больше ста жителей города спасла и дети, и женщины, Гномы, люди, ни для кого исключений не делала и цену не называла.

- Цену? – переспросил тэр Найт.

- Да, представляешь, мы некоторых доставали с переломами рук или ног, так тамошние целители подходили и сразу цену назначали. Киани мимо прошла, коснулась каждого покалеченного и все, целители без денег остались, все зажило. И знаешь, что целители сделали? Начали претензии предъявлять Киани за то, что она их куска хлеба лишает. Горожане как это услышали, копать бросили. Думал порвут этих целителей на куски. Хорошо старший маг города подоспел, всех разогнал и рядом с Киани все время был, а когда у нее руки загорелись…

- Руки? – Нестройный хор наших голосов разбудил малыша, тот захныкал, но Эри забрала его у Еля и малыш тут же затих.

- Как руки загорелись? – переспросил за всех тэр Найт.

- А вот так, исцелила очередного спасенного, и кисти рук как в огненных варежках оказались. Пробовала сбить пламя, но оно не проходило, и Киани заплакала и переживать начала, что еще надо стольким помочь. Но тут старший маг как рявкнет на нее, чтоб она прекратила себя убивать. Прям так и сказал: «Умереть хочешь?» и запретил ей больше магию использовать. Огонь потушил и сказал, что отправит ее домой, если она еще раз магию применит. Киани все равно не ушла, пока последнего горожанина из завалов не достали. Нас маг первых отдыхать отправил, сказал, чтобы девочку берегли, он позже к нам заглянет.

- С Киани все будет хорошо? – тихонько спросила Эри.

- Я не знаю, но думаю маг не просто так придет, у него и спросим.

- Смотрите! – охнул Ель и показал на небо.

Крылатые тени мелькнули над нами.

Огромное тело, длинная шея и рогатая голова. Издав невероятный рев, над городом заскользили два дракона. Сделав пару кругов, приземлились у разлома в стене и, сменив свою форму на человеческую, быстро вошли в город.

- Это…

- Да, это драконы, – ответил на невысказанный вопрос Еля тэр Найт. - Быстро они.

- Так молодой дракон, видимо, вызвал. Он такой бедлам поднял, когда на поверхности в себя пришел, что всех перебудил. С одной стороны, хорошо, что жители города уже не спали, когда обвал начался. Вот только он жителей к тюрьме согнал, а из-за этого в завалах больше народу оказалось. Сам же в цел остался, а его стражей Киани спасла. И знаете, как он себя повел? Начал орать на девочку, чтоб она убиралась и не мешала ему командовать. Она его стражей спасает, а он орет.

- И что?

- А то, - за все время, что мастер Санджи рассказывал, на его лице впервые появилась улыбка. – Наша Киани медленно оглянулась, смерила его с головы до пят и говорит, стражам, что были с ним: «Уберите вашего Молодого отсюда, а то я ему сейчас голову откручу, взрослеть не сможет» Парень аж дымкой пошел, думал сейчас в дракона обратится. Мысленно прикидывать начал, куда Киани прятать, а она как глянула на него и что-то на драконьем сказала. Тот замер сначала, а потом молча ушёл. Стража его, правда, осталась и помогала нам доставать народ из-под завалов.

- Киани хоть не накажут за препирательства с драконом? – забеспокоилась Эри.

- Навряд ли. Когда мы последнего пострадавшего достали, стражи так на Киани смотрели, что они скорей своему дракону сами голову открутят, чем ее в обиду дадут.

— Это хорошо. Санджи, а теперь спать иди, - спохватился тэр Найт.

Мастер кивнул, поднялся, глянул на младенца.

- Как он?

- Спокойный. Покормили, одели, спит у Эри на руках. Пробовали в палатке уложить, тут же просыпается. Откуда он?

- У Киани спроси. Я в подземелье даже не заметил, когда она отходила, чтобы этого малыша взять. Ладно, я пошел спать. Если придет маг или драконы, буди. Меня буди, даже если Киани будут требовать. Понял.

- Понял, не дурак.

Мастер скрылся в своей палатке, а малыш завозился на руках у Эри.

- Давай я его переодену, – протянул к нему руки тэр Найт и, забрав ребенка, ушел.

- Как вы думаете, с Киани все хорошо будет? – не скрывала своего беспокойства Эри.

- Разумеется, это же Киани, – сказал Ель и посмотрел на меня, в поисках поддержки.

- Я точно знаю, что Киани в обиду никто не даст, – заявил я двуликой. – Караванщики за нее любого порвут, да и я с Елем в стороне не останемся, правда ведь?

- Точно. – кивнул Ель.

- Да и братьев ее со щитов не списывай. Они даже дракона в бараний рог согнут.

- Никто никого сгибать не будет, - встрял тэр Найт, вернувшись с переодетым малышом, и, отдав его Эри, сел рядом с нами. – Киани спасла в городе слишком много народу, чтоб ей вообще какие-то претензии предъявляли, это раз. Во-вторых, дракон этот молодой, а прилетели двое взрослых и, думаю, более опытных и менее импульсивных. Те, пока не разберутся что произошло, никого обвинять и наказывать не будут. В-третьих, вы сейчас под попечительством мастера Санджи находитесь, без его разрешения вам никто причинить неприятности не может. Киани обижать, он точно не позволит. Так что успокойтесь и ложитесь-ка отдыхать. К отправке готовиться начнем, не до отдыха будет.

- А ничего что мы здесь? – спросил Ель и потряс кистями рук, показывая браслеты цепей.

- Ничего, содержать вас все равно негде. Да и не думаю, что сейчас кому-то важно, где вы находитесь. В любом случае тюрьмы больше нет и мастер скажет, что забрал вас под присмотр каравана, и точка.

На этом тэр Найт отошел к подходящим к нашей стоянке людям из других караванов, и я слышал, как те расспрашивают что, случилось.

- Может в палатку пойдете? – спросила Эри.

- Не, лучше здесь, на солнышке, - протянул Ель и откинулся на спину.

Последовав его примеру и закрыв глаза, незаметно погрузился в беспокойный сон. Я видел себя бегущим по мрачному темному коридору, подсвеченному синеватой дымкой. Слышались крики моих родных. Видел, как меня пытается догнать и остановить Ель, и как нечто созданное из черного тумана и грязи тянет ко мне свои щупальца и зовет голосом матери.

Я проснулся в холодном поту, небо затянуло ночная мгла, и яркие диски двух лун осветили место нашей стоянки. Сев, обратил внимание, что меня укрыли теплым одеялом. Ель был рядом и тоже не спал. Молча протянул кусок хлеба с мясом и кувшин с водой.40393c

- Долго я спал?

- Скоро утро.

- Я тебя разбудил?

- Нет, я сам проснулся пол часа назад. Больше уснуть не смог.

- Что с Киани, не знаешь? Драконы приходили?

- Киани спала, драконов не видел, и Эри не говорила, что они были. Думаю, сегодня днем придут. Как ты себя чувствуешь? Все зажило?

Ель услужливо пододвинул фонарь, пока я осматривал себя. Следы синяков и ссадин прошли. Коснулся было повязки, что стягивала ребра, но Ель предложил ее оставить до утра.

- Я тебя попросить хотел, - вдруг сказал Ель, - ты с Киани будь помягче. Я знаю, ты не доверяешь ей, но…

- Можешь не беспокоиться, я теперь такой же должник перед ней, как и ты.

- Ты же не помнишь ничего!

- Я нет, а зверь внутри меня, да. Страхи, что вели меня в подземелье, затронули его в первую очередь. Он сейчас готов перед Киани кверху пузом валяться, только чтоб она его погладила.

Ель приподнял бровь и с удивлением смотрел на меня.

- Не я, - решил уточнить, - мой зверь!

- Вы с ним что, две личности в одном теле?

- Трудно сказать. Порой, мы настолько похожи в своих чувствах, что становимся единым целым, но иногда…

- Иногда не сходитесь во мнениях? – решил помочь мне Ель.

- Не совсем так, просто есть вещи, которые зверю просто чужды, по определению. Есть из тарелок, носить одежду, читать, писать. Любовь и злость знакомы зверю, но, например, остановиться и не убить обидчиков на месте, ему сложно, а это уже конфликт. Или, когда кого-то любишь, хочется скакать рядом и просто выть от радости, что тоже не всегда уместно.

- Не уместно, - протянул Ель и вдруг улыбнулся и подмигнув, сказал – Теперь знаю почему двуликие не пускают в свои поселения.

- Нарываешься?

- Я? Совсем нет. Просто я не могу привыкнуть к некоторым вещам, что здесь происходят.

- Например.

- В моем доме была жесточайшая дисциплина. Подъем, тренировки, еда. Каждая минута тратилась под строгим контролем, любые эмоции были под контролем, и мне странно слышать слова вроде порыв чувств или неуместное поведение.

- А твоя мама, что, тоже жила по расписанию?

- У меня был час на общение с ней, и это считалось поощрением за хорошее поведение. За малейшую ошибку, наказывали и лишали встреч. Даже когда она умирала, мне дали только один час и выгнали из комнаты.

- Невероятно, я бы сбежал из такого дома.

- Я это и сделал, – улыбнулся Ель.

Небо начало светлеть и раскрашивать небосвод рассветной палитрой. Мы по привычке посмотрели на палатку, где спала Киани, но полог не шелохнулся.

Я смотрел, как солнце катится по небосводу, начиная новый день, и понял, что с этого момента моя жизнь окончательно изменилась и мой путь выбран. Я пойду за этой девчонкой до конца и, если будет надо, отдам за нее жизнь…

Вот только, про родителей спрошу…