Глава 10

В его руках спала та, что за короткое время стала центром мироздания для них с братом. Странная и необычная для их мира, но такая невероятно притягательная, сбивающая с толку и вызывающая незнакомые, порой противоречивые, но всегда неизменно сильные, вышибающие почву из-под ног, эмоции. Кас нежно провёл рукой по точённому бедру, наслаждаясь ощущением её кожи под пальцами.

— Она невероятная, правда? — шепнул Зак, прикасаясь губами к женскому плечу. — Я никогда не понимал, не верил до конца, как можно полюбить кого-то, навязаного тебе природой, судьбой, богами. Думал, что там больше инстинкты работают, заставляя просто до безумия хотеть, ту, что тебе подходит. А сейчас один её взгляд, наполненный болью и грустью, всё внутренности наизнанку выворачивает, и я готов мир вверх дном перевернуть, чтобы только ей хорошо было.

— Я тебя понимаю, потому, что чувствую то же самое. — признался Кас брату. — Я не могу спокойно думать о том, что она хотела бы вернуться в свой мир, уйти от нас. Нам придётся долго и упорно завоёвывать нашу Тоню, чтобы она захотела быть с нами.

— Надо будет больше расспросить её о том, как она жила там. Нам нужно понять её, чтобы привязать к себе. И ещё она явно не считает наш интерес чем-то серьёзным. Думает мы с ней похоть свою удовлетворяем.

— О да. Вот только до удовлетворения мне ещё далеко. — хмыкнул тихонько Кас. — Эти губки, конечно божественны, но мне и другую её сладость хочется попробовать. А от одной мысли, как хорошо она будет чувствоваться между нами, я готов кончить.

— И не говори. — простонал Зак, непроизвольно толкаясь бедрами в прижатую к его паху попку. — Может разбудим?

— Нет. Пускай поспит хоть немного. Она устала. И нам тоже надо бы восстановиться. Как не стыдно признать, этот киерант знатно потрепал мой резерв. А через несколько часов покажем нашей девочке, как могут любить свою Пару оборотни.

Брат согласно вздохнул и слегка сдвинулся, устраиваясь поудобнее, по прежнему не выпуская Тоню из рук. Кас понимающе улыбнулся. Ему и самому хотелось постоянно прикасаться к ней. И это ощущение, когда желанная девушка, прижимается всем своим обнажённым телом, положив голову на грудь, заставляло его блаженно жмуриться.

Главное, что она есть, что они нашли её. А удержать уж как-нибудь точно смогут. Даже вдвоём. Особенно вдвоём. Как ни странно, сегодня он почти не испытывал ревности к брату. Все чувства затмило желание видеть Тонино наслаждение, чувствовать её желание. И у него ни на секунду не возникло сомнений в том, что их девочка не выделяет ни одного из них. Она с одинаковой страстью, пылко отвечала на ласки обоих своих мужчин. И в тот миг, когда её тело принадлежало им двоим, он даже чувствовал, что сердце её тоже не осталось равнодушным к ним.

Хорошо, наверное, что отец вот так сразу обрубил все концы, дав понять, что она не сможет вернуться. Ему самому не хватило на это духу. Да и хотелось, чтобы Тоня сама решила остаться, сама сделала выбор, которого прежде была лишена. Но увидев её боль, понял, что не скажи они, было бы ещё хуже. Девушка питала бы ложные надежды и, узнав их тщетность, расстроилась бы значительно сильнее. И вполне могла бы посчитать, что они её предали. Этого им точно нельзя было допускать.

Сейчас же их девочка мирно спала в их с братом объятиях, пресыщеная и довольная, и они сделают всё от них зависящее, чтобы и сердечко она отдала им так же, как своё сильное роскошное тело. Хотя это и будет гораздо сложнее.

Тоне снилось море, снилось, что её полное неги тело стало невесомым и его со всех сторон омывают тёплые волны, лаская груди, целуя шею, спину, живот, переворачивая и изучая горячими пальцами все потайные местечки, скользя по складочкам её возбуждённой киски, пока из её губ не сорвался хриплый стон.

В ответ она услышала довольный смех и почувствовала, как лёгкий укус на ноющем соске сменяется жарким посасыванием и лаской горячего языка.

— Тоня, ну же! Неужели хочешь проспать всё самое интересное? — как большой кот, промурчал ей на ухо Зак.

— Волки не мурчат. — простонала она, чувствуя, как жёсткие пальцы разводят её влажные складочки и захватывают в чувственный плен разбухший клитор.

— Зато ты, как кошечка, изгибаешься в наших руках, и мурлычешь спросонья. — рассмеялся мужчина, обнимая её сзади и обхватив снизу обе её груди, приподнимая пышные полушария, почти приподнося их склонившемуся Касу.

— Мне можно. Меня всегда звали Кошкой. — девушка откинулась на Зака, закатив глаза от удовольствия, когда второй брат принялся пировать на её чувствительной плоти.

— Тебе подходит, Кошечка. Наша Кошечка. — проурчал мужчина толкаясь бедрами, так что она в полной мере ощутила ягодицами, насколько он возбуждён.

— Ваша?

— О да. — Зак отпустил одну грудь, чтобы скользнуть рукой на её шею, подбородок и повернуть к себе её голову и поцеловать. Тоня с радостью включилась в игру, прикусив его губу, вызвав возбуждённый рык. — Не боишься, котёнок?

— Чего? — хрипнула, сходя с ума от ощущения Касовых губ на своих сосках и пальцев на самом сокровенном.

— Ты ведь понимаешь, что мы даже малую часть с тобой не сделали, из того, что нам бы хотелось? — он продолжал деликатно держать её за шею, не позволяя отвернуться, в то время как его близнец, не переставая целовать, покусывать, вылизывать её груди, скользил пальцами у неё между ног, дразня клитор, и погружаясь в её лоно.

— И что же вы хотите сделать со мной? — неужели это она бесстыдно млеет от ласк двоих мужчин одновременно, провоцируя их на большее?

— Ты хочешь это услышать, Тоня? — шепнул прямо ей в губы Зак.

— Да-а. — Боже, как же они её заводят!

— О-о-о, малышка, я думаю, тебе понравится. Кас будет иметь тебя пальцами, пока ты не начнешь кричать и просить большего. И лишь тогда я позволю тебе оседлать мой член и объездить его так, как тебе хочется. Хочешь знать, что будет дальше? — всё это время внутри её тела действительно скользили те самые пальцы, нажимая на неведомые раньше точки, от чего она уже готова была кричать и просить. А ещё извиваться и насаживаться на неумолимую руку, но её тело было жёстко фиксировано их объятиями, что сводило её с ума, и возбуждало до вспышек перед глазами.

— Что же будет дальше? — собственный голос показался Тоне чужим и незнакомым.

— А дальше, сладкая наша, я заставлю тебя наклонится ко мне, выпятив твою невероятно красивую попку для моего брата. И он возьмёт тебя тоже. Одновременно со мной. Ты будешь наполнена нами, полностью наша. Кончай, Кошечка. — приказал хриплый голос Зака и пальцы Каса с силой врезались в её нутро, заставив разлететься на мириады осколков, задыхаясь и крича в их руках, как он и обещал. Её тело содрогалось и дрожало, как натянутая струна, но жестокие пальцы продолжали скользить внутри, вызывая всё новые и новые волны оргазма, пока она уже чуть не рыдала от невыносимого наслаждения, не зная чего просит больше: остановиться, или не останавливаться.

— Ты готова, маленькая?

— А-а-а. Да-а-а, пожалуйста!

— Иди ко мне.

Мгновение и Зак уже лежал на спине, протягивая к ней руки. Ещё мгновение и она, не без помощи, оказалась сидящей сверху, сильные руки приподняли её за талию, потом опустили на вздыбленный, твёрдый, как камень член, лежащего мужчины. И Тоня снова закричала, таким острым было чувство наполненности, так туго обхватывали его плоть её, сведённые в чувственном спазме, внутренние мышцы. Она, запрокинув голову назад, раскачивалась на волнах удовольствия, положив руки на рельефный пресс Зака, пока сзади не прижался Кас, обхватывая её груди большими ладонями.

— Наклонись, Кошечка. — он поцеловал её шею сзади, играя сосками, пощипывая их и перекатывая между пальцами.

На бёдра легли руки Зака, заставляя двигаться. Она начала приподниматься и опускаться, закусывая губы и постанывая. Кас своим телом заставил её наклониться, приподняв ладонями пышные полушария, как это прежде делал его брат, предлагая ягоды сосков своему близнецу, чем тот немедля воспользовался.

— Обними Зака за шею, Тоня. — произнённый хриплым голосом приказ погнал по её телу толпу мурашек. Не в силах противится ни их, ни своим собственным желаниям, она послушно наклонилась ещё ближе, обнимая могучую шею, чувствуя, как пульсирует внутри его плоть.

На поясницу легла горячая ладонь, нажимая, пока девушка действительно не выпятила попу, чувствуя себя открытой и беззащитной. Но всё мысли вылетели из головы, когда Зак снова её поцеловал, принявшись вбиваться в её розгорячённое лоно короткими сильными толчками. Она застонала ему в рот, опять уносясь ввысь, и почти упустила тот момент, как что-то тёплое закапало ей между ягодиц. Она, было, дёрнулась. Но Кас снова прижал её поясницу рукой.

— Тшшш. Это всего лишь масло. Доверься нам, Кошечка.

Он принялся целовать её спину, поглаживая ягодицы, разминая и лаская, то и дело касаясь тугого колечка мышц. А Зак, немного приподняв её бедра, не переставал быстро двигаться под ней, целуя пухлые губы.

Когда в неё скользнул палец, Тоне показалось, что у неё искры из глаз посыпятся, таким внезапным и пряным было испытанное ею удовольствие. Она качнула бедрами, понукая мужчину продолжать. Большего поощрения ему и не понадобилось. И вскоре вместо одного там уже скользили два пальца, растягивая её и сводя с ума.

— Ты готова, малышка. — шепнул ей Кас, накрывая её тело своим.

Головка его члена скользнула между её ягодиц, толкнулась в подготовленную дырочку и в следующий миг девушка опять хрипло кричала от невыносимого до болезненности удовольствия. Её переполнили, растянули и охватили собой полностью, снеся все внутренние эмоциональные барьеры. Тоня никогда не чувствовала ничего похожего. Эмоции и ощущения зашкаливали, оголяя все нервы, делая её беззащитной и полностью открытой. Она могла лишь задыхаться, жадно ловя ртом воздух, поскуливая от нестерпимого наслаждения. А потом её мужчины начали двигаться. И от неё осталась лишь животная оболочка. Она стонала, кричала, рычала, двигалась вместе с ними. Подступающий оргазм был похож на взрыв сверхновой. Её накрыло такой мощной волной, что на миг она даже потеряла сознание, не способная выдержать накала эмоций. Глаза заволокло пеленой, лицо горело, губы пересохли и пылали, дыхание вырывалось рваными хрипами, когда она чувствовала, как быстро и сильно вколачивается в её тело Зак, издавая гортанные стоны, пока не сделал последний толчок, зарычав и содрогнувшись, снова бросив её за грань. Потом своё взял и Кас, несколькими сильными ударами доведя себя до оргазма. Так они и замерли. Хрипло дышащие мужчины, сжимающие в стальных объятиях распластанную между ними девушку, не способную даже пошевелиться, после пережитого удовольствия.

Первым пошевелился Кас. Он деликатно вышел из её тела и откатился немного в сторону, при этом потянув её за собой, сдвинув так, что она оказалась лежащей на боку, между ними.

— Как ты, малышка? — спросил Зак, запустив пятерню ей в волосы и нежно целуя линию подбородка.

— Ммм, хорошо. — сипло выдохнула она, всё ещё подрагивая всем телом.

— Пойдём в ванную?

— Я не способна сейчас даже пошевелить ногами, не то что идти куда-то — она уткнулась носом в изгиб шеи, лежащего перед ней мужчины.

Позади раздался хриплый смешок.

— Это разве проблема? Мы вполне можем сделать всё сами, и отнести, и даже, с превеликим удовольствием, искупать. Тебе остаётся только согласиться и получать удовольствие. Так что? Как насчёт ванны?

— Делайте, что хотите. — смирилась девушка. В ванну ей и правда хотелось.

— Очень неосторожное заявление, Кошечка. — засмеялся Зак. — Хотим мы многого.

— Что, до сих пор? — недоверчиво спросила она.

— Тоня, мы оборотни. Всё только начинается. — многообещающе так сообщили ей.

— О нет. Вы смерти моей хотите?

— Тебе было так плохо? — улыбнулся ей в волосы Кас, прекрасно зная ответ.

— Нет. Мне было так хорошо! Я, ещё одного раунда не выдержу.

— Конечно выдержишь. — убеждённо выдал Зак — И прямо сейчас мы собираемся тебя искупать, и снова любить.

И они действительно искупали, нежно, бережно, каждый сантиметр её тела. А потом, действительно, снова любили. Долго и со вкусом, пока она не начала просить пощады, охрипшая от своих криков и стонов. Тоня никогда раньше, даже не представляла, что её тело способно на такое количество оргазмов и что она физически сможет выдержать такой сексмарафон. Она испытала такое море наслаждения, что мозг отказывался это воспринимать, и когда её тело в очередной раз содрогнулось в уносящий разум разрядке, и она почувствовала, как делает последние резкие толчки Кас, уютно разместившийся в колыбели её бёдер, она смогла лишь блаженно улыбнуться в ответ на его нежный поцелуй и погрузиться в глубокий сон, уже не обращая внимания, на то что её бережно обмыли влажным полотенцем, после чего обняли с обеих сторон и уснули рядом, сверкая довольными улыбками.

Первое, что почувствовала Тоня, проснувшись, это то, что ей жарко. Приоткрыв один глаз, она увидела перед собой лицо спящего Зака. Мужчина выглядел умиротворённым и таким милым, что она не выдержала и убрала упавшую на лоб прядь, ласково проведя ладонью по высокому лбу. И тут же была поймана с поличным. Её кисть внезапно оказалась в нежном захвате, из под густых ресниц на неё взглянули серые глаза, а в следующий миг её ладонь целовали его мягкие горячие губы.

— Доброе утро, милая. Как ты? — улыбнувшись, спросил шёпотом он.

— И тебе доброе. Хорошо. — немного смущённо ответила девушка. Сейчас, при свете дня, она не знала, как вести себя с этими мужчинами, после той бурной ночи, что у них была.

— Ничего не болит. — обеспокоенно нахмурился мужчина.

— Э-э-э, не знаю. Я ещё не шевелилась. — призналась Тоня, слегка покраснев.

— Ты ведь не будешь скрывать, если почувствуешь что тебе больно? — Зак прямо взглянул ей в глаза.

— Хм. Зачем мне это? — удивилась она.

— Правильно. Незачем. — расслабился он — Тоня, теперь, когда ты научилась более-менее контролировать свою способность, Кас вполне может вылечить любую твою болячку. Он один из лучших целителей Аданата. Так что не молчи, хорошо?

— Ого. Целитель? Я и не догадывалась. А ты?

— А я боевой маг. — улыбнулся Зак.

— Боевик и целитель. Хороший тандем. — девушка была впечатлена. — И чем же вы занимаетесь? Неужели постоянно самолично ездите спасать страждущих.

— Нет. Мы слишком примечательные для этого. — на этот раз ответил второй близнец, лежавший позади неё. Рука на её талии сжалась, подтягивая её ближе, пока она не оказалась всем телом к нему прижата.

— А как же эта поездка? — удивилась Тоня?

— В этот раз, просто больше никто другой не смог бы найти. Наш отец провёл ритуал на родственной крови, сделав из Тэмиль маяк, который завязал на нас.

— А другие девочки, значит…

— Другие были сиротами и найти их не получалось. Храмовники очень тщательно выбирали детей, которых похищали. Сбой случился только один раз, с Тэмиль. Она оказалась не бездомной сиротой, а дочерью уважаемого дана, который, естественно, сразу же обратился за помощью. Насчёт остальных, мы даже не знаем, скольких ещё похитили.

— Это ужасно. — шепнула Тоня. — А много в Аданате таких беспризорников?

— Не очень. Значительно меньше, чем в других странах, но, тем не менее, есть. — признался Кас.

— Ясно. — сдавленно пробормотала она. Тема сиротства для неё была тяжёлой.

— Тоня, ты когда говорила, что у тебя никого нет в том мире, подразумевала ведь не только мужчин, но и семью тоже? — ответ был очевиден, при такой постановке вопроса, но Зак явно хотел его услышать.

— Вы всё правильно поняли. У меня нет семьи. Я сирота. — девушка старалась говорить ровным тоном, ведь прошло уже столько времени, и это не должно причинять ей столько боли.

Мужчины умолкли. Кас уткнулся ей в затылок, сжав руки ещё сильнее, а Зак подвинулся ближе и внезапно поцеловал в нахмуренный лоб.

— Прости. Но я должен был спросить.

— Ничего страшного. — буркнула она.

Эти мужчины постоянно разрушали её стереотипы и рамки. Ей было странно говорить с ними на такие темы, лёжа втроём в кровати, после ночи самого крышесносного, какой только она представить могла, секса. И тем не менее, чувство неловкости давно ушло. Ей было отчаянно хорошо и уютно сейчас в их руках, без чувственного подтекста, и девушка просто наслаждалась ощущением близости, возникшим между ними.

— Расскажи нам о себе. — попросил Кас тихо.

— Зачем? Это всё осталось там. — горько улыбнулась она.

— Нет. Это всё осталось тут. — его рука легла ей на сердце. — Пожалуйста.

— Ну ладно. — сдалась она, не понимая причины такого настойчивого интереса. — Я родилась в обычной для нашего мира и страны семье. Мой отец в молодости был спортсменом. Потом стал тренером по восточным единоборствам. Это такие виды рукопашного боя. Мама была отличной швеей. Работала в дорогом престижном ателье и к ней очередь выстраивалась из клиентов. Мы жили в большом городе, столице нашей страны. Я с детства занималась единоборствами, как и отец. Правда не очень упорно. А потом, когда мне исполнилось одиннадцать, они погибли. Глупо и нелепо, по чистой случайности из-за пьяного дебила. У меня в живых оставалась бабушка, но она очень много болела, часто подолгу лежала в больницах. Органы опеки решили, что она со мной не справится и определили меня в интернат.

— Что это такое? — Зак опять прижался губами к её лбу.

— Это такая школа, где ученики живут. Туда чаще всего попадают из неблагополучных семей, или особенные дети, которым нужен особый подход.

— Ты долго там была?

— Нет. Бабушка не выдержала очередного удара судьбы и умерла от сердечного приступа. По сути, отобрав меня, они её убили. А я потеряв последнюю родственницу, была переведена в детский дом. Это такие заведения, где живут дети, оставшиеся одни, как я. Так власти пытаются о них заботиться.

— Тебе было там плохо? — Кас погладил её плечо.

— Мне вообще тогда было плохо. А так, наверное, нет. Я могла постоять за себя. Опять пошла заниматься муай тай и теперь уже отдавалась этому по полной. Наверное, я так пыталась почувствовать связь с отцом. Мой тренер, он очень помог мне. Наверное я была бы совсем другой, если бы не его советы и поддержка. Хотя в детдоме меня всё равно все считали бешеной.

— А потом?

— А потом, я пошла учиться. Потом сама стала учителем в школе. Но у меня появилась мечта открыть собственную… школу единоборств. И я была очень близка к её исполнению, когда случилось то непонятное землетрясение, после которого очнулась в подземелье храма.

— Землетрясение, говоришь? Хм. Скоро придёт наш отец. Расскажешь ещё раз, подробней этот момент, хорошо?

— Хорошо. — Тоня невольно напряглась — Как скоро?

Вчера Айсар Лэардо, несмотря на довольно жуткий вид, произвёл на неё хорошее впечатление. Он явно знал её историю, по видимому, от сыновей, и при этом не проявлял никакого осуждения, даже видя её почти в обнимку с близнецами. Но сегодня, когда он поймёт, чем они тут занимались, это отношение может и поменяться.

— Ты снова волнуешься. Я думал, он тебя не сильно напугал вчера. — шепнул ей в висок Зак.

— Я не боюсь. Просто… Вы ведь оборотни. Наверное он сразу поймёт…

— Поймёт, конечно. Тебя именно это волнует? Ты стесняешься? — хмыкнул мужчина, отодвигаясь и смотря ей в глаза.

— Нет. Просто, вы ведь из княжеской семьи. А я…

— А ты самая интересная, красивая и притягательная девушка, которую нам доводилось встречать. Перестань, а то я разозлюсь. — низко проворчал ей на ухо Кас.

— Тоня, у оборотней, когда говорят инстинкты, положение семьи роли не играет. Отец не станет осуждать, или вмешиваться в нашу личную жизнь.

Девушка промолчала, хотя про себя подумала, что не вмешиваться, не значит не хотеть вмешаться. Ей отчего-то было важно, что о ней подумает их семья и этот тревожный звоночек внезапно испугал её страшно. Нет, нет. Они ведь просто любовники! И пускай парни потрясли её мир до основания, пускай она млела от одного их присутствия. Это ведь ничего ещё не значит! Они такие замечательные. Конечно с ними хорошо. Разве может быть с ними плохо? Вот и ей хорошо, и она, совершенно точно, не влюблена, ни в кого из них, ведь они оба заставляют её сердце биться сильнее.