Глава 48

Лекс

Мы быстро двигались по дороге, ведущей к оранжевой башне. До нее оставалось идти еще прилично, но даже с такого расстояния я чувствовал поток, окруживший здание. Голоса… Их было так много! Я сцепил зубы, стараясь не сорваться на крик.

— Лекс, ты как? — услышал я встревоженный голос друга.

— Держусь. Но, бля, как ты это терпишь? Это невыносимо! Я хочу сдохнуть!

— Хм, а как же Женя?

— Вот только мысли о ней и останавливают меня от этого шага.

Темыч хмыкнул, и мы продолжили путь. Впереди показалась оранжевая высотка, сверкающая в лучах солнца словно факел. Мы подошли к ней совсем близко, и теперь при желании я мог коснуться потока монстров рукой, но, глядя на зубастые морды, то и дело оскаливающиеся в нашу сторону, я решил не испытывать судьбу.

Рядом послышался шум, и вперед вышел Темыч. Он застыл напротив тварей, вихрем проносящихся мимо нас, а потом неожиданно поднял руку. И в это мгновение случилось невероятное. Монстры замерли, а потом расступились перед нами, освобождая дорогу к зданию. Не говоря ни слова, мы отправились дальше, огибая металлические лавочки, выполненные в виде деревьев с оранжевой листвой, прямо к распахнутым настежь дверям.

Там нас уже ждали. Кучка монстров выстроилась в две линии, давая понять, что мы можем двигаться только сквозь этот импровизированный коридор из тел. Я был не против. Я хотел быстрее увидеть Женю и убедиться, что с ней все хорошо, так что сразу рванул вперед.

Однако не успел я сделать и десятка шагов, как откуда-то сверху послышался шум, и в следующую секунду прямо передо мной шлепнулся огромный шар. Я вздрогнул и остановился, увидев перед собой колобка. Невольно по моему телу пробежала дрожь. Да, воспоминания, как меня хорошенько так погрызла точно такая же тварь, все еще жгли изнутри, заставляя снова и снова испытывать противный липкий страх. И я ничего не мог с этим поделать.

— Спокойно, друг! Все хорошо, он тебя не тронет. Ты нужен живым! — как сквозь пелену услышал я голос Темыча и немного расслабился.

В этот момент колобок отскочил в сторону, и мы продолжили свой путь. Однако мерзкая тварь не оставила нас в покое. Она покатилась за нами, то и дело издавая противный писк. Пару раз мне казалось, что она вот-вот кинется на меня, но, к счастью, что-то сдерживало ее, а когда мы добрались до лифта, колобок совсем отстал.

Я облегченно выдохнул, а Темыч, внимательно изучая пространство вокруг, вдруг выдал:

— Ну как тебе обстановка? Нравится?

Он усмехнулся и указал на куски кожи, свисающие со стены. Мне, если честно, было абсолютно все равно, чем украшают стены монстры. Я хотел лишь одного: побыстрее добраться до Жени, поэтому просто буркнул себе под нос:

— М-да, как-то не очень. Я видел интерьеры и поинтереснее.

— О как! И где?

— Сказал бы я тебе, но ругаться не хочется.

— Ладно, ясно все с тобой! Ты только Казбеку об этом не говори, а то он так старался. Расстроится еще.

— Да пошел на фиг этот урод! Мне он до лампочки! Главное, чтобы он Женю не тронул. А не то…

— Спокойно, друг! Не бойся, он ее не трогал. У него четкий приказ.

— Что-то раньше этого урода такие мелочи не останавливали.

— Лекс, сейчас другая ситуация. С Центром шутки плохи. Один неверный шаг — и он будет мечтать о смерти. Поверь, я знаю, о чем говорю.

— Да? И как же тогда тебе удалось противостоять этому гребаному Центру?

— А кто сказал, что мне удалось?

— Но ты ведь ушел и теперь за тобой идет охота!

— Понимаешь, тут такая ситуация… Скажем так, мне позволили уйти.

— А вот с этого места поподробнее!

— Хм… Видишь ли, после обращения Тани у меня внутри словно что-то умерло. Боль была такая, что я двигаться не мог. И я транслировал ее через всю сеть. Вот на той стороне и не выдержали. Оборвали мне все потоки, тем самым отсоединив меня от паутины. И я смог уйти. Мне удалось скрыться ото всех, кроме Познышева. Он всегда был рядом. Я чувствовал его в своей голове, слышал слова как будто наяву. И когда он позвал меня той надписью на баннере, я был готов идти не задумываясь. Да, я искренне пытался себя убедить, что это все ради Тани, но теперь понимаю: я бы пошел, даже если бы ее не было. И предал бы вас не моргнув глазом.

— Темыч, ты самый настоящий псих! Надеюсь, ты в курсе?

— Теперь да. Знаешь, я за свою жизнь совершил много ошибок. И самая главная из них — это работа с Познышевым. Я должен был вовремя остановиться, отказаться от его предложения, не слушать лживых обещаний этой твари ученой. Но я поддался, и мир пал по моей вине. Я думал, что делаю благое дело, пытаясь уничтожить так называемую элиту, но в итоге оказался ничем не лучше их. Я так виноват!

— Мы все исправим. Спасем Женю, вернем обратно Таню. И построим новый мир, начнем новую эпоху, где не будет места таким, как Познышев или Марк Северов. Как говорится, свобода, равенство и братство! Сделаем это нашим девизом.

— Ну да, только масонских лозунгов нам не хватало… Но скажи, ты действительно в это веришь? Что мы когда-нибудь сможем создать идеальное государство?

— А почему нет? Сами станем у руля и сделаем все возможное, чтобы человечество больше не совершало ошибок прошлого.

— Наивный. Все равно, даже если мы выживем, и у нас получится начать все сначала, со временем люди забудут о войне и будут жить как раньше. Снова начнут обогащаться за чужой счет, лезть наверх по головам. Такова человеческая природа, и ее не исправить.

— Ты уверен? Меня вроде как вирус подправил. Да и тебя тоже.

— Но других-то нет!

— Значит, их подправим мы! И хватит бурчать! И без тебя тошно. Кстати, ты сказал, что Центр оборвал тебе все потоки, но как тогда ты снова смог влезть в сеть?

— Со временем я создал новые, а сам спрятался за стеной. Другие Иные тоже научились делать такие преграды, но они, в отличие от меня, не могут отделиться от Центра.

— А ты, значит, смог?

— Ты чем слушал? Меня сам Центр отделил! А потом я просто не захотел возвращаться.

— Ты не захотел или они?

— Хм…

— Бля, Темыч! Ты даже вселенское зло умудрился достать так, что оно с радостью от тебя избавилось! Знаешь, заканчивай ты уже со своими лекциями альтернативной истории, а то, как видишь, тебя даже монстры сторонятся!

— Заткнись!

— А то что? Расскажешь мне о французской революции? Или как масоны убили последнего мамонта?

Темыч нахмурился, а я задумался. Друг говорил о стене, но у меня в голове она была сразу. Почему?

— Потому что ты стал таким сам. Тебя не обращал сумасшедший ученый, не ставил на тебе свои эксперименты, не ломал мозговую защиту, чтобы соединить сознание с монстрами. Ты побывал за гранью и вернулся. Я и другие Иные таким похвастаться не можем.

— Темыч, ты что, опять ко мне в голову без спроса залез?

— Нет, это ты сам сейчас в сеть вышел. И кстати, тебя слышал не только я. Так что ты поаккуратнее. А то таким макаром в следующий раз врагам и месторасположение гарнизона откроешь, и во время боя дислокацию войск выдашь!

Я вздрогнул, понимая, что Темыч прав. Теперь мой разум стал открытой книгой для всех тварей вокруг, и я должен был контролировать себя. Иначе могли погибнуть люди. В том числе и Женя.

Пока мы с другом болтали, к нам спустился лифт. Мы быстро вошли в него, и Темыч нажал кнопку сорокового этажа. Там, наверху, нас встретил очередной коридор из тварей, который вел прямо до закрытых стеклянных дверей.

Я глубоко вздохнул и уверенно двинулся вперед, готовясь в любой момент вступить в бой. Однако никто из монстров даже не попытался атаковать. Мы спокойно дошли до дверей, пройдя сквозь которые оказались в просторном холле. Зомби здесь не было, и это не могло не радовать.

— А все-таки Казбек — самонадеянный гад! Ни хера нас не боится! — презрительно фыркнул я.

— Он лучший. Я уже говорил?

— Да. Но знаешь, Темыч, всегда найдется кто-то сильнее. А нас с тобой к тому же двое. Если взять в расчет Женю, то двое с половиной. Нет, с четвертинкой! Так что победа будет за нами!

— Четвертинка. Смешно.

— Да уж. Надеюсь, Женя догадается не лезть в драку. А то потом ее с пола соскребать придется. Как тогда, когда я Владиславу рожу начистил!

— Хм, ты уже и с Владиславом подраться успел. Лекс, сдерживай себя хоть немного! А то так скоро совсем без союзников останешься.

— Ой, все! — усмехнулся я, пародируя Моню, но друг не оценил шутки, поэтому я быстро собрался и серьезным голосом произнес: — Ладно, давай-ка двери, что ли, заблокируем. Так, на всякий случай. А то вдруг Казбек слинять захочет.

— Не захочет. Поверь. Он портал охраняет. Ему отсюда только ногами вперед выходить.

— Ага, а за Женей он вышел.

— Ну извини! Я же действительно не знал, что его иногда выпускают!

— Не знал он. Ладно, давай неси тумбы, столы. Баррикады сейчас делать будем!

Мы быстро приступили к работе, и уже через пару минут дело было сделано. Убедившись, что враг не пройдет, наш маленький отряд отправился в главный зал. Ноги скользили по какой-то серой гадости, вонь стояла такая, что у меня глаза слезились. Причем пахло не только монстрами, но и трупами. Видимо, Казбек сюда время от времени людей все-таки притаскивал.

Если честно, меня это не удивляло. Он и при жизни был тварью редкостной, жестокой и беспощадной. Так что вряд ли после “смерти” изменил своим привычкам.

— Ну здравствуй, Лекс! А я тебя уже заждался. Что-то ты не очень торопился спасать свою женщину! — услышал я знакомый голос и моментально подобрался.

Я мгновенно просканировал взглядом небольшой зал в поисках Жени и с облегчением выдохнул, заметив маленькую сжавшуюся фигурку, забившуюся в угол недалеко от сцены. Большие глаза со страхом смотрели на меня. Но было в них что-то еще. Радость и облегчение? Возможно, но, помимо этого, я заметил еще одно чувство. По крайней мере, мне очень хотелось, чтобы это было именно оно.

Да, я прекрасно понимал, что из-за нашей странной привязанности у меня будет еще много проблем, но ничего не мог с собой поделать. Я не видел Женю с утра, но казалось, что прошла целая вечность. И пусть с этой глупой девчонкой было очень сложно, мне ее все время хотелось… сожрать, но без нее было еще хуже. Это стало какой-то привычкой. Мне просто жизненно необходимо было, чтобы рядом постоянно носился и бурчал маленький живой комочек. Именно благодаря Жене я ощущал себя человеком. Именно благодаря ей я жил.

Я тяжело вздохнул, но странное шевеление на сцене мигом вернуло меня в реальность. Я пригляделся и от удивления чуть не шмякнулся на пол. Там было что-то живое. Его питало множество трубок, вживленных в стены здания. Невольно я вспомнил, как выглядел первый этаж. Получалось, что весь небоскреб был таким. Монстры сделали из него самый настоящий живой муравейник, питающий этот серый комок.

— Что за? — тихо вырвалось у меня.

— Невероятно, правда? — услышал я голос Казбека и напрягся. — Взгляни же на своего нового бога! Именно он откроет двери между мирами и даст всем нам новую жизнь.

— Хм… Что-то он больше на комок грязи похож. Ты уверен, что тебя не обманули?

От моих слов Казбек скривился, мигом растеряв весь свой самонадеянный вид. Судорожно задышав, он истерично выкрикнул:

— Заткнись! Ты ничего не понимаешь! Он впустит их сюда и вы ничего не сможете сделать!

— И все-таки я думаю, что тебя безжалостно надули. Или ты действительно думаешь, что я поверю, что эта грязная медуза и есть межмировой портал?

— Ты! Всегда был борзым и тупым! Но ничего, ты поверишь! Вы все поверите! Но сначала ты откроешь путь другим. Они ворвутся сюда и на Земле начнется новая эпоха!

— А чего я-то? Тебе надо — ты и открывай!

— Да как ты не поймешь: это не в моих силах! Будь моя воля, вы все давно бы уже горели в геенне огненной!

— Значит, сам открыть не можешь… А что так? Ручки слабенькие? Совсем обессилил на консервах?

— Нет! Я… Я просто не знаю пути! Я не был за гранью!

— Боюсь тебя разочаровать, но я тоже его не знаю. Я как-то все пропустил. В шоке был. Так что вряд ли смогу вам помочь.

— Нет, ты знаешь. Все в твоей голове! И мы достанем нужную нам информацию, хочешь ты того или нет!

С этими словами Казбек бросился на меня, готовясь нанести удар, но я увернулся. Мой противник развернулся и снова замахнулся. В этот момент Темыч напал на него сзади и нанес прицельный удар в голову. Я тут же присоединился к другу и со всей силы врезал Казбеку. Казалось, исход драки предрешен, но неожиданно мой мозг пронзила такая острая боль, что на мгновенье я ослеп.

Я почувствовал, как меня откинуло на метр назад, а после сквозь шум в ушах услышал, как рядом приземлилось тело Темыча. И тут я понял, что друг имел в виду, когда говорил, что Казбек лучший из Иных. Его преимущество было не в физической силе, а в ментальной. Он бил через нити паутины, и стена меня не спасала. Да, он не мог прорваться сквозь нее, но вполне был способен вынести мне мозг одним только взглядом.

Однако я не собирался сдаваться. Как только тьма перед глазами немного рассеялась, я снова бросился вперед и нанес удар Казбеку. Кулак угодил точно в челюсть уроду. Он дернулся и с удивлением посмотрел на меня. Я же приготовился нанести очередной удар, но не успел. Казбек вскинул руку вперед, и мою голову как будто пронзили сотни иголок.

Я упал, обхватив ее руками, но боль не отступала. В этот момент вперед выбежал Темыч. Он закрыл меня собой, и голову стало отпускать. Друг застыл, вытянув руку, а Казбек расплылся в улыбке.

— Неплохо, но все равно не тебе со мной тягаться! — нагло усмехнувшись, выплюнул он сквозь зубы.

— Уверен? Ну так получи!

Темыч качнулся вперед, и Казбека отшвырнуло в сторону. Он взвыл и с трудом поднялся с пола, но потом, взревев, снова вскинул руку, и теперь уже Темыч согнулся пополам. Не теряя времени, Казбек кинулся в атаку и со всей силы ударил друга ногой. Потом еще раз. Послышался противный хруст. Я с трудом продрал глаза и увидел, как Димка лежит на полу, а изо рта у него течет кровь.

— Как давно я ждал этого момента! — ликовал Казбек. — Но не думай, что ты так просто сдохнешь. Сначала ты увидишь, как подыхает Лекс, потом его женщина, и только после этого я оторву тебе голову! И оставлю ее себе на память. Ты будешь жить и страдать каждый день, как я, когда ты сдал меня этой твари Познышеву! Ты себе не представляешь, что он делал с такими, как я!

— С преступниками и убийцами? — сплевывая кровь, прошептал Темыч.

— А ты думаешь, что лучше меня? Ты такой же убийца! Ты тоже должен был пройти через весь этот ад! Но своих приближенных Познышев не мучил. Он обратил вас проверенным методом. А проверила эта тварь его на нас! Тысячи заключенных сдохли в страшных муках во время его экспериментов! Я ведь был первым, кто выжил. И я занял главенствующее место среди Иных. А ты лишь грязь под ногами и я покажу тебе твое место! Но сначала…

Казбек со всей силы ударил ботинком Темыча по лицу и подошел ко мне. Я стал сопротивляться и даже попытался шарахнуть его через сеть, но этот гад лишь усмехнулся.

— Бить меня моим же оружием? Смело, очень смело! Но глупо.

Казбек снова поднял ногу и от души пнул меня по ребрам. Было больно, а еще очень обидно. Никогда не думал, что сдохну так: от рук больного урода на глазах у единственного по-настоящему родного человека. Но как я не старался сделать хоть что-то, сил справиться с этой тварью у меня не было.

“Прости Жень, за все прости! Мне так жаль, что подвел тебя!” — мелькнуло в голове, и я с тоской посмотрел на свою девочку. Она с ужасом наблюдала за расправой, а я понимал, что Казбек не пощадит ее. Женя погибнет, и это будет только моя вина. Не защитил. Опять…

— О, как долго я этого ждал! Наконец я могу отомстить тебе за всех своих убитых друзей! Ты со своими людьми перебил тогда всех. Помнишь? А ты в курсе, что среди них были мои братья? Мне чудом удалось спастись, и после я поклялся, что уничтожу всех, кто тебе дорог, а потом займусь тобой. Кровь за кровь! И теперь настало мое время. Жаль только, что я когда-то не смог своими руками убить Соню. Она у тебя была такая красивая!

Услышав имя дочери, я взревел и бросился на Казбека. Я из последних сил наносил удары, но этот урод словно не чувствовал боли. А потом он снова долбанул меня через сеть, и все звуки моментально стихли. Кромешная тьма окутала меня. Я как будто на миг отключился, а когда очнулся, эта тварь тащила меня за шкирку к серому комку на сцене.

Я попытался высвободиться из захвата, но Казбек крепко держал меня, не давая вырваться. В какой-то момент мне показалось, что это конец, но, когда до комка слизи оставалось всего несколько метров, путь нам преградила Женя. Моя маленькая девочка встала перед этим чудовищем, прижимая дрожащие ручки к груди. Она сейчас так была похожа на мою Сонечку, что у меня сжалось сердце.

Я обреченно выдохнул, проклиная свою слабость, а потом застыл, с ужасом понимая, как лоханулся. Я нечаянно пустил эту информацию в сеть, и Казбек перехватил ее. Он резко остановился, и на его лице появилась хищная улыбка.

— Надо же! Значит, я все-таки исполню свою мечту и поиграю с твоей девочкой! — шепнул он мне на ухо и уставился на Женю красными глазами.

— А меня сначала спросить не хочешь? — послышался тихий писк, и Казбек удивленно поднял бровь.

— Да кто тебя будет спрашивать, женщина? На колени! Будешь хорошей девочкой, может, проявлю к тебе милосердие и не буду делать слишком больно.

Услышав эти слова, Женя вздрогнула, но не отступила. Гордо вскинув подбородок, она с вызовом посмотрела на Казбека и дрожащим голосом сказала:

— Знаешь, однажды одна мразь уже пыталась поставить меня на колени, только у нее ничего не вышло. И у тебя не выйдет!

— И что ты мне сделаешь? Что ты вообще можешь?

— Я… Я умею делать фотографии, понятно?

— Что? Ты смеешь издеваться надо мной, сучка мелкая?

— Нет. Я серьезно. А теперь улыбочку!

Девчонка вытянула руки вперед, в которых оказался зажат маленький фотоаппарат. Понимая, что сейчас будет, я зажмурился, а Женя нажала на кнопку. Яркий белый свет озарил зал, и надо мной раздался жуткий пронзительный вопль. Казбек разжал пальцы, и я упал на пол. Бешено крича, он схватился за голову и согнулся пополам.

Увидев это, я тут же бросился к Жене и оттащил ее на безопасное расстояние. Сделал это я как раз вовремя, так как Казбек начал как мельница размахивать руками, кромсая когтями все, до чего мог дотянуться. Но уже спустя минуту он упал как подкошенный и затих.

— М-да, и все-таки искусство — страшная сила! — тихо произнесла Женя и, слабо улыбнувшись, весело посмотрела на меня. Я же обнял засранку так, что у нее кости затрещали. Женя пискнула, и я тут же ослабил объятия.

“Четвертинка, крошечный слабый хомячок уделал этого урода и спас всех нас! Кто бы мог себе такое представить?” — облегченно думал я, рассматривая маленькое чудо, застывшее у меня в руках. В этот момент у меня на душе было тепло и спокойно. И, глядя на Женю, я вдруг поверил, что для нашего мира не все еще потеряно.