Глава 13. Пополнение в семье

Мира срезала все ловушки и позволила мужу сорвать механические замки. Дети, не веря своему счастью, выходили из клеток и жались возле пары. Всего было пятеро котят, не старше пятидесяти лет.

— Куда мы их? – спросил Мирл.

— Пока к нам в домик. Мне что-то не даёт покоя, нужно проверить. Потом будем думать, как родителям вернуть.

— Нет! – крикнул один мальчик мигом обернулся, он был в одних трусиках, – Не хочу к родителям, это они меня продали!

— Вот, это я ощутила.

— Кого ещё продали?

— Нас, - обернулись ещё две девочки, на лицо близняшки.

— Почему? – шокировано спросил Мирл.

— Мы ублюдки, - сказал мальчик – мою маму изнасиловали, но она не смогла от меня избавиться, не получилось. Она отдала как только появилась возможность, даже деньги были ей не важны.

— Вот с.. – едва сдержался медведь. — Вы тоже?

— Да, - сказала одна из близняшек – но мама нас просто нагуляла и не знала куда деть. Она говорили, что хотела в детский дом, но в нашей стране такого нет, а просто выкинуть на улицу нас нельзя.

— А вас? – спросила Мира у двоих детей, мальчика и девочки.

— Нас похитили, - сказал мальчик. – Меня мама с папой любят.

— И меня, - всхлипнула девочка.

Все дети были только в белье. Мира с Мирлом привели их в домик у озера и пересказали то, что сказали дети. Детей сразу выкупили, переодели и накормили. Они так жадно набросились на еду, было видно, что давно не ели.

— Что с ними будет? – спросила Мира у мужа, так чтобы дети не слышали.

— Не знаю. Будут искать семьи, которые готовы усыновить малышей, раз их родные их продали.

— Я могу забрать их себе? – спросила Таис, удивив всех.

— Милая, ты уверена? – спросил у её Корин.

— Ты против?

— Я справлюсь, а ты?

— Они не младенцы, смогут пойти на горшок, сами поесть и одеться. А во всём остальном справлюсь. Как только представлю, что они пережили…

— Ты должна была спать! – сказал ей муж.

— Я чутко сплю. Я проснулась, когда на первом этаже закричали. Просто не сразу встала и слушала вас. Вы же помните, что у всех оборотней хороший слух.

— Оу, - сказали раздосадовано мужчины.

— Мы сможем усыновить троих?

— Узнаю, родная. У нас подходящий дом и финансы позволяют.

Мне пока о решении мамы не говорили. Но новых детей мы в свою компанию приняли. Их решили оставить с нами хотя бы на день, чтобы они отвлеклись после всего, что пережили. А вечером к двоим детям привели их родителей, предварительно поговорив с ними и выяснив все детали похищения. Моя мама осторожно общалась с тройкой малышей, которых собиралась усыновить. Дети смотрели на неё настороженно, но более охотно шли на контакт с детьми.

Мы все вместе плавали и дурачились. И к радости Корина, я наконец-то назвала его папой. Хотя помнила, что у меня ещё есть один папа, но мама сказала, что будет хорошо, если я буду называть обоих мужчин папой. Через несколько дней я заподозрила, что не просто так трое котят остались с нами отдыхать. Мама мне виновато улыбнулась и сказала, так чтобы слышала только я:

— Я не могу их бросить, хочу забрать в нашу семью. Ты против?

— Нет! – пискнула радостно. – А они знают?

Мама покачала головой и так же тихо сказала:

— Они знают только то, что им ищут опекунов. Мы с Корином на рассмотрении в суде. Не мы принимаем окончательное решение. Я очень переживаю.

— Всё будет хорошо, мамочка!

К концу отдыха в лесу было вынесено решение суда. Детям заранее сказали, что Таис и Корин хотят стать их опекунами. Дети согласились. Они к ним уже привыкли и знали, с кем будут видеться, дружить и даже с кем в один класс будут ходить. Троих детей пригласили в суд, и тут у них поинтересовались, хотят ли они остаться с Таис и Корином или вернуться к биологическим матерям. Все трое выбрали новую семью. Семью, которая действительно о них заботилась и любила. Мы в тот день бесились и радовались как ненормальные всей компанией. Родные устроили нам целый праздник со сладостями и конкурсами. А на следующий день мы отправились по домам.

— Мы пока сильно комнаты не переделывали, - сказала мама. – Хотели узнать ваше мнение. Как вы хотите жить, по одному или вдвоем?

— А можно одному? – спросил Кевин, теперь официально мой старший брат.

— Можно, - сказал Корин. – Дом большой, комнат много. Не думал, что моя мечта о большой семье так быстро реализуется.

— Можно мы тогда тоже по одной будем жить? – спросила Тоня, старшая близняшка.

— А то мы у мамы жили в пятером с младшими братьями, и это было ужасно. Мы мечтали каждая о своей комнате, — объяснила Тина.

— Хорошо, - улыбнулся Корин. – У нас на этаже хватит комнат для всех. Комнату Лилии мы за лето немного привели в порядок. А сейчас займемся вашими. Пожелания принимаются.

Девочки посмотрели, как у меня оформили комнату, и попросили наклейки из каких-то мультиков. Оказалось, об этих больших наклейках они давно мечтали, но им, естественно, никто не разрешал. Я вместе с ними сидела, смотрела, как они выбирают наклейки. Они даже предложили мне что-то выбрать. Они еще очень настороженно относились к новой семье.

— А куда мне? У меня уже все стены обклеены?

— О, тебе бы наклейки звезды на потолок, тогда они немного будут светиться!

— Можно.

Родители обновили гардероб для всех, еще пока мы были у озера. Сначала минимально, а после окончательного решения суда — полностью. На этаже оказалась еще одна небольшая комната, в которой организовали гардеробную, в основном для детей. Взрослые использовали ее только для хранения вещей, не подходящих по сезону. А на первом этаже доделали зону прихожей, чтобы после улицы можно было убрать верхнюю одежду и обувь. Сделали большой шкаф, который сливается со стеной. При желании в нем могли спрятаться все дети, что мы и сделали, как только его установили. Мама посмеялась и погладила всех по головам. Дети прижались к ней, наслаждаясь лаской, которую она дарила.

Приемные дети постепенно расслаблялись. После появления этого шкафа-гардеробной в него переехала вся верхняя одежда из гардеробной. Наклейки на него я уже приклеила сама. Мама только улыбнулась и не ругала. И мы с сестричками периодически их обновляли, иногда устраивали театр с использованием наклеек, изображающих сценки из мультиков.

Папа Тин пришел в гости через пару дней, как мы вернулись с озера. Удивился, увидев пополнение. Он хотел выгулять меня, но мама ему тихо сказала так, чтобы услышал только он:

— Если выгуливать, то только всех вместе.

— Я же их в машину не усажу, кресел столько не хватит.

— Порталом?

Отец поскреб макушку и взглянул на детей внимательнее. Мои старшие сестры и брат почти не обратили на него внимания. Он уточнил возраст детей и сказал:

— Скоро вернусь, а то я пришел без подарков.

Когда он ушел, Тоня спросила тихо:

— А кто это был?

— Мой биологический папа.

— А папа Корина?

— Тоже мой папа, я только начала его папой называть. Для Никиты он папа.

Я посмотрела на маму, и она улыбнулась, но не вмешивалась в наши разговоры. Она сейчас занималась приготовлением завтраков, обедов и ужинов, чтобы заморозить их.

— Почему они не живут вместе? — тихо спросил Кевин.

— Ну, мама родила меня, когда заканчивала школу. Я десять лет жила с бабушкой, а мама училась в академии. Она поступила на бюджет, чтобы стать целителем, и после окончания ей пришлось отработать сколько-то лет.

— Двадцать, — подсказала мама, — отработка двадцать лет. Потому пришлось выкручиваться и едва из шкуры не выпрыгнуть, чтобы за время учебы в академии отработать часть.

— Потому она приезжала только пару раз за все время. А после окончания забрала меня, и мы стали жить вместе, в другом доме.

— А сейчас еще идет отработка? — спросил Тоня у мамы.

— Нет, смогла ее сократить из-за переработок почти каждый день и нескольких командировок. И последнее отработала уже будучи беременной Никитой. Сейчас работаю в другой больнице, но меня сразу в декрет отправили. Поэтому могу уделять вам много времени.

Когда мама пошла мыть Никиту и менять ему одежку, Кевин сказал:

— Повезло, что у тебя хорошая мама и не пыталась от тебя избавиться.

— Она меня отстояла перед своей мамой. А у бабушки был пунктик на моем обучении, и ее немного перемкнуло. Мама потом, когда узнала, как бабушка себя вела, отправила ее на принудительное лечение. И перед поездкой к озеру мы даже пообщались с ней. Она извинилась за свое неадекватное поведение.

— Ага, теперь понятно, почему ты так хорошо говоришь и красиво пишешь, — сказала Тоня.

— Бабушка, кстати, вышла замуж в прошлом году. Познакомилась с Майклом тоже на реабилитации.

— А он от чего лечился? — спросил Кевин.

— От панических атак, он машину водить не может после пережитой аварии. В ней погибла его первая жена, и он сам едва не умер. Я слышала рассказ, это было действительно страшно. Его детям просто сказочно повезло, что они не пострадали.

Вскоре вернулся папа Тин и вручил нам подарки. Нам с девочками подарили похожие мягкие куклы. А Кевину подарили мяч, светящийся при ударах, но он выглядел как-то попрочнее, чем тот, который мне покупали.

— Этим можно играть в футбол. А тот, что ты у медведей оставила, разве что вашей малышковой компанией попинать. Таис, вы им форму покупали?

— Да. Но если ты купил, она лишней точно не будет.

— Хорошо! Так-с, детки-конфетки. Я купил одну универсальную модель, но разных цветов. Лили, тебе достанется с розовыми вставками, другого цвета не было. А тем, кто постарше, можно самим выбрать или даже меняться штанами. Размер у вас пока одинаковый.

— Мне желтые! — пискнула радостно Тоня и выхватила серые брючки с желтыми полосами по бокам.

— А мне в черные, — сказал важно Кевин.

— Ну, я возьму фиолетовые тогда.

— Если захочешь другой цвет, можем поменять? — спросила Тоня у сестры.

— Нет.

— Кстати, розового вашего размера не было, только ярко-салатовый еще был.

— Нет, лучше тогда фиолетовый, он мне больше нравится.

— И если штаны полиняют, то они будут розовыми, — вставила я свои замечания.

— Не переживай, — успокоил меня отец, — цвет никуда не денется. Ах да, у всех футболки белые. А девочкам под футболку мама сама купит.

— Уже, — сказала мама, и девочки кивнули.

— А мне что под футболку? — спросила я.

— А тебе рано, — ответила Тина.

— Таис, тебе помочь с готовкой? — спросил Тин.

— Да, не помешает. Хочу на неделю заготовок наделать.

Мы быстро оттащили свои обновки в прачечную и вернулись к маме. Тоже стали помогать готовить. Для меня стало открытием, что дома появилась дополнительная морозилка, размером как обычный большой холодильник. Часть с полочками и часть с выдвижными ящиками. Мама с Тином резали, а мы вчетвером помогали складывать по формам для запекания и кулечкам то, что они подготовили. Так обработали все продукты, что мама подготовила. Потом пообедали дружно и нас повели гулять в парк. Там, естественно, встретились с моими друзьями. И мои сестрички и братик уже тоже считали их своими друзьями, потому тоже обрадовались.

— Как дети? — спросила подсевшая к Таис Мира.

— По немного оттаивают. Они мне так напомнили Лили, дочь ведь не сразу отошла после моей мамы.

Еще перед школой родителям нужно было перевести троих детей в новую школу. А для этого троим моим старшим нужно было сдать небольшой экзамен, потому что школа была лучше, чем их предыдущая. Но и они показали хороший уровень знаний и попали в класс с Мишей, Таней, Асей и Али. Когда я высчитывала, сколько нужно учиться в школе, была в шоке и просто старалась об этом не думать, особенно если дети начинают учебу в девятнадцать и заканчивают ее в девяносто лет.

И еще у моих старших был как раз подходящий возраст для начала занятий по самообороне. Изначально думали только отдать Кевина, но Тина и Тоня тоже захотели научиться драться. Я естественно тоже, но мне сказали, что слишком рано. Зато смогла посмотреть на отбор. Тренера смотрели на рост и комплекцию. Папа Корин привел нас к зданию, где проходят тренировки. Тренера на улице встречали будущих учеников.

— Сколько лет котятам? — спросили у отца.

— Тоне и Тине по сорок девять, Кевину сорок восемь. Лили семнадцать.

И меня крепко держали за лямки на джинсовом комбинезоне. Сегодня мне подсунули удачный для родителей вариант, джинсы с подтяжками, которые были вшиты в штаны, и вот за них и держал меня Корин.

— Детвора, обернитесь, если можете.

Обернулась даже я, папочка ругнулся сквозь зубы, потому что я естественно выскользнула из его заботливых рук и пристроилась рядом с сестрами.

— Милашки. Троих принимаем. А ты, малышка Лили, еще должна хорошо подрасти.

Меня подхватили под передние лапки и внимательнее рассмотрели.

— Так, ты длинная колбаса. Но очень худая и косточки еще слишком тонкие.

Я возмущенно замявчала. И была сразу передана отцу. Он пушистую вредину уложил себе на руку и погладил за ушками. Тренеру пришлось в строчном порядке ставить защиту, и в нее врезались медвежата.

— Куда несемся? — спросил у них строго тренер. — Привет, Тэйлин, все твои?

— Мои, но тебе только двоих привел. Миша, Таня, идите к тренеру.

Мои старшие уже обернулись обратно и стояли рядом с Корином.

— Так-с, трое котят взяли форму и бегом в раздевалки.

— Аким, Лили у папы на руках, ее тоже пока не берут.

Медвежонок мигом обернулся, и меня тоже отпустили на землю. Потом Тэйлин достал из-за спины мой мяч и бросил в сторону поля для футбола.

Мы мигом убежали за мячом. Остались только старшие медвежата.

— Так-с, малышню сманил. А то как это только старших берут, а их нет. Вот документы и заявление для обучения.

— Точно! — нахмурился Корин. — Заявление и детские документы у Таисы.

Мама быстро подошла, она уладила дела с документами в школе.

— Все хорошо? – спросил у нее Корин.

— Да, вот для обучения, - она передала нужные бумаги тренеру. – Хорошо, что Лилию отвлекли.

— Ловили для начала.

— Первые тренировки до часа. Потом будет сразу после школы по два часа.

— Хорошо, - согласилась мама – буду приходить за ними.

Пока ждали котят с тренировки, мама успела покормить младшего котенка, накрывшись пеленкой.

— Он так вкусно чавкает, - сказал ей муж – мне даже немного завидно.

А я с медвежатами побегала за мячом. Детвора через час вышла немного усталая. До занятий в школе у них будет три раза в неделю по часу занятия. Потом по два часа после школы. Но все были довольны. После мы дружно отправились домой. Мы пригласили медвежат в гости. После ухода гостей сестрички решили выяснить некоторые моменты.

— А мы можем сами домой приходить?

— Можете, - спокойно сказала Таис – дорогу вы запомнили?

Девочки задумались.

— Пару раз пройдем, сможем сами приходить.

— Или на велосипеде приезжать, - сказала мама. – Но вы уверены, что после тренировки готовы еще полчаса ехать на велосипеде?

— Оу, наверное, нет. Но тебе каждый раз за нами ходить…

— Я буду открывать портал, и это будет дело одной минуты.

— Если тебе не сложно.

— Мне не сложно, и пока я в декрете смогу вас встречать. А вот через пару лет посмотрим. Если что, у вас тоже будут свои артефакты портала, как у Лили. Если что, Лили будет вас забирать, пока мы не купим для вас артефакты.

Через пару тренировок, когда ходили забирать старших занятий, я заметила, что они все ждут какого-то подвоха. Спросила у них, когда остались наедине дома.

— Нас никогда раньше не забирали из школы, - сказали сестрички. – Мама заставляла нас приходить и приводить младших.

— У меня точно так же, - вздохнул брат и обнял меня – ты классная.

— Я пока с мамой жила, тоже пыталась сама приходить. Но друзья не давали, хотя мне разрешали быть одной дома.

— Почему друзья не давали? – спросил Кевин. – Хотя ты же маленькая еще.

— Они меня в парк водили выгуливать, а потом тот, кто эту всю толпу нянчит, разводил детей по домам. А потом, когда мама уже стала жить с Корином, меня стали забирать в гости к медвежатам, чтобы я уже не сидела дома одна. Вам нравятся тренировки?

— Да, - сказала троица в один голос.

— Но мы устаем сильно. Говорят, втянемся и привыкнем.

— Кто-то пришел, - сказал прислушавшись Кевин.

— Бабушка, - вздохнула тихо. – О, мама зовет, придется идти.

— Ты явно бабушку недолюбливаешь.

— На то есть причины.

Бабушка пришла с Максом.

— Здравствуйте, - сказала тихо.

Троица старших повторила за мной. Бабушка строго посмотрела на нас, потом на дочь и ничего не сказала. Ей легонько досталось локтем от мужа, мама на это только едва заметно улыбнулась.

— Хорошенькие детки, - сказала бабушка. – Меня можете звать бабушка Клариса или бабушка. Его дедушка Макс или просто дедушка.

— Мы с тортиком пришли и сладкими подарками, - добавил дедушка Макс.

Чай пили молча ровно до момента, как расплакался Никита. Бабушка его еще не видела. Осторожно взяла у мамы хнычущего ребенка, принюхалась и вернула матери. У нее на руках он успокоился и стал искать грудь. Мама отошла от стола и, накрывшись пеленкой, стала кормить.

— Кушайте тортик, - сказала она нам.

Мы вчетвером неуверенно колупали сладость и с опаской посматривали на родственницу.

— Тебе помощь нужна? – после немного затянувшегося молчания спросила бабушка.

— Нет, спасибо, я справляюсь.

— Я привез два велосипеда и два самоката, но кажется, они великоваты для детей. Померяю рост и привезу чуть позже еще на нынешний рост.

— Из школы они пока будут порталом добираться. У старших тренировки уже начались, и они сильно устают. А от школы полчаса езды.

— А можно, мы будем иногда из школы на велосипеде? – спросил Кевин. – Ну когда нет тренировок или в школу?

— Лучше из школы, - сказала Тоня. – Я всегда хотела из школы на велосипеде кататься.

— Хорошо, сразу бы так и сказали, что очень хотите покататься. Только артефакты я все же на вас закажу, буду более спокойна, что вы не потеряетесь.

— Спасибо, - сказали сразу от всех троих.

— А мне из школы можно на велосипеде возвращаться? – спросила у мамы.

— Ты еще слишком маленькая! – это уже бабушка.

— Лили, я думаю, твои друзья тебя максимум в парк отпустят, и до него сможешь проехаться. А потом от парка домой под присмотром.

— Ладно…

— Ты детям для школы уже все заказала?

— Да, последние посылки скоро приедут.

Корин вернулся домой пораньше и увидев родственников очень удивился. Бабушка у мужчины спросила то, чего он меньше всего ожидал.

— А где твои родители или другая родня?

— Родители погибли, когда я был возраста Лили. А отца брат с женой меня сразу сдали в военную школу на постоянное проживание. И в ней я учился и жил вплоть до выпуска и поступления в академию.

— И ты с ними не общаешься?

— Общаюсь, но это больше формальное общение. Мы чужие друг другу. По сути, от меня избавились. Потому что за время моей учебы они ни разу не позвонили и ни разу не приехали. Деньги на обучение были взяты из того, что отец с матерью мне оставили. Благо, отец подстраховался, и все, что у них с мамой было, он завещал мне.

— Хм, странный поступок твоих родных. А с их детьми ты общаешься?

— Нет, - сквозь зубы ответил Корин.

— Кларис, хватит расспрашивать.

— Я хочу больше о нем узнать. Почему не общаешься? Из-за того, что росли порознь?

— Нет, - вздохнул мужчина, — из-за того, что мой кузен сволочь. Он нарушил закон, совершив ограбление дома, и хотел, чтобы я его отмазал от тюрьмы. Типа, мы же родня, и это нормально отмазать. Я ему отказал, и он сел на пять лет. После этого он не разговаривает со мной, а я ни с ним, ни с его родителями.

— Хм.

— Можно, мы пойдем наверх? – спросила Тоня у мамы.

— Идите.

Ребята решили расспросить меня больше про бабушку. Я, не таясь, рассказала, как жила с ней, и напомнила, что ее все же полечили. Потому сейчас она уже адекватно себя ведет.

Через пару дней дедушка Макс привез троице старших детей велосипеды на их нынешний рост, плюс они были растущие. Корин с ними прогулялся до школы и обратно, потому что у детворы наступал как раз тот возраст, когда хочется больше самостоятельности. Я обиделась на них, когда они уехали без меня, и весь вечер ни с братом, ни с сестрами, и даже с отцом не разговаривала.

— Ну не дуйся, - подхватил меня Корин, - завтра старшенькие будут сдавать мне зачет по ориентированию на местности, и ты с нами поедешь. Хорошо?

— Угу, - сказано было все еще обижено. — Я не такая маленькая! Я умею быть одна дома и даже готовить умею.

Папа Корин обнял обиженного котенка и погладил по спине.

— Не устали? – спросил у тройки старших.

— В меру, - ответил Кевин. – Лили, можем сейчас просто по району покататься, не к школе.

— Поедешь? – спросил отец.

— Да.

— Маленькая обижуха, если будешь кататься, переставай дуться и иди одевайся удобно.

На улице окончательно пришла в себя и с удовольствием покаталась на перегонки со старшим братом. Сестрички ехали чуть сзади и подбадривали нас.