* * *

«Не прилагай столько усилий, всё самое лучшее случается неожиданно». Габриэль Гарсиа Маркес Плутали мы, естественно, достаточно долго, заворачивая куда попало и возвращаясь обратно. Казалось, незнакомый город – живое и довольно-таки вредное существо, намеренно заводящее нас не туда. Улицы были непривычно чистыми, но какими-то однообразными. Однако то, что мы видели, в некотором роде успокаивало, так как мы находили много сходств с нашим миром. Самое, наверное, бросающееся в глаза отличие – отсутствие таких атрибутов нашего века нанотехнологий, как загаженный воздух, техника, машины и тому подобное. Однако как человек, выросший в самом что ни на есть обычном посёлке и любящий навещать бабушку на даче в деревне, мне этот город чем-то нравился. Он не был таким чужим и непонятным, каким представлялся по дороге к нему же. Часам к четырём навскидку мы вышли-таки на центральную площадь. То, что она центральная, было видно сразу: большая, сплошь выложенная плиткой в лучших традициях исторических романов, включающая в себя высокое и довольно помпезное на фоне остального города здание, скорее всего, являющееся ратушей или что-то вроде того. На площади бойко шла торговля, такая активная, что пришлось буквально тараном пробиваться через толпу. Но девчонкам-то ещё ничего, а вот мне показалось, что я пробежала все девять кругов ада, ну или марафон со сплошной полосой препятствий как минимум. Потрёпанной, но живой (что приятно удивило) выползла из этой непроходимой кучи вонючих и грязных ног. И даже в такой тесноте от девчонок, идущих позади, все встреченные нами существа почему-то отшатывались, пряча лица, словно те заразные какие-нибудь. Да что за чёрт?! С другой стороны, здесь было куча всего увлекательного. Наряды, похожие на те, что носили в семнадцатом-восемнадцатом веках, дорогие украшения тончайшей работы, изящные клинки, мечи, доспехи, копья, некоторая канцелярия вроде красок, кисточек и кусочков угля, заменяющих карандаши, и очень много всякой всячины. Множество вещей вообще не ассоциировались с чем-либо привычным. Вобщем, посмотреть было на что. Но мы явно пришли сюда не за этим. – И чего мы добиваемсссссся, шшшшессствуя по рынку? – прошипела нагиня. – Лично я ищу предполагаемое место работы, – ответила Ксюша, – Но, судя по тому, как на нас здесь смотрят, нам это и не светит. – Если честно, я уже согласна стать даже последней поломойкой, чтобы съесть хоть что-нибудь, – простонала Вика, – В идеале, конечно, подавальщицей в каком-нибудь кабаке… их полно здесь. Может, зайдём? Был уже вечер, смеркалось, дул холодный ветер и явно собирались тучи, так что к тому моменту мы все были совершенно растерянными, расстроенными, усталыми и разбитыми. Голод не тётка. Решившись, девчонки вошли в первый попавшийся кабак, ну и я следом, мечтая уже наконец-то завалиться и поспать, сытой и в тепле. Даже живя далеко не лучшей жизнью раньше, я никогда не думала, что настанет день, когда вопрос о таких элементарных вещах встанет передо мной НАСТОЛЬКО остро. Внутри оказалось очень тепло. Звон бокалов и просто дичайший гогот завсегдатаев сего заведения заглушали приятный голос местной певицы и юного бледного скрипача, аккомпанирующего ей. По идее, наше появление в подобном шуме вообще должно было остаться незамеченным, но… сначала один повернул голову, пристально разглядывая кого-то из нас и бледнея на глазах, затем второй, третий… Гогот прекратился, музыка стихла, все с невероятным ужасом в не совсем трезвых глазах смотрели на нас, и это, знаете ли, не могло не напрягать. Девчонки могли лишь недоумённо переглядываться, совершенно не понимая, чем мы так отличаемся от других, что в ещё секунду назад полном шума пабе при нашем появлении повисло гробовое молчание. Апогеем всего этого стало то, что сидящий за ближним к нам столиком маленький зелёный пьянчужка, вытаращив глаза и посинев, пробормотал что-то вроде «допился до чёртиков!» и, нервно икнув, свалился в обморок. Остальные сжались ещё больше, словно согнувшись под какой-то тяжестью. Было ну очень странно наблюдать, как огромные детины затравленно смотрят на хрупких девушек, пытаясь казаться не заметней пылинки. Маленький лысый гоблин, что давеча стоял за барной стойкой, миролюбиво улыбаясь посетителям, неуверенно шагнул по направлению к нам, ссутулившись и перепугано глядя прямо на… Ксюшу? – Г-госпожа ведьма, – заикаясь, он вдруг упал на колени перед совершенно растерявшейся Ксюшей, – В-вы оказываете великую честь, почтив сие заведение своим присутствием. Если я или моя семья в чём-либо не угодили Ковену, сами того не зная, я слёзно прошу прощения… Теперь уже в глазах шокированной Ксюши читался ощутимый ужас и непонимание. Замерев, как памятник, она явно была не в силах сказать и слова какое-то время. – Что вы, нет, конечно, – встряхнув огненно-рыжей головой, словно прогоняя наваждение, она поспешно, даже как-то нервно помогла подняться пожилому гоблину, – Я не имела подобных намерений… С чего вы… Как вы узнали, что я ведьма? Старичок удивлённо, но всё так же заискивающе и испуганно воззрился на неё. – Вы человек. И у вас огненные волосы, – это звучало как нечто само собой разумеющееся. – Склоняюсь в глубоком поклоне перед всеми членами Ковена… Сейчас же прикажу выделить вам лучшую комнату… Подать лучшие блюда… За счёт заведения, конечно… Его глаза нервно бегали по комнате, он то и дело теребил одежду, и старался не смотреть Ксюше в глаза. Что это за Ковен такой, чёрт возьми? Почему все решили, что раз Ксюша ведьма и человек, то обязательно к нему принадлежит? Лихорадочно размышляя, я вдруг подметила такой факт: а ведь правда, людей здесь нету. Ни одного не встретили. Но как такое физически слабое существо, как человек, может внушать такой панический ужас могучим существам, вроде, например, демонов или нагов, которые наверняка сами обладают магией? Все эти выводы пришли в голову за секунду, а между тем Ната и Вика хмурились, выслушав владельца трактира. – У нас нет де… – хотела было запротестовать Вика, но Ксюша вдруг резко наступила ей на ногу, вынуждая замолчать и поморщиться от боли. – Премного благодарна, – приосанившись и выдав надменный взгляд, вдруг ответила Ксюша, от чего моя челюсть чуть не поздоровалась с полом, – В таком случае одну комнату, спальные мешки моим друзьям и обед для нас. Охренеть. Нет, не так. ОХРЕНЕТЬ! Это вообще нормально?! Вот уж от кого не ожидала, так от нашей тихой и правильной Ксюши. – Как пожелаете, госпожа, – подобострастно поклонился тот, – Сию минуту. Не пытаясь разобраться в ситуации, я всё больше поддавалась постепенно наполняющей меня ярости. Кто так поступает?! Не выдержав, зарычала и сильно цапнула Ксюху по ноге, да так, что кожу содрала. Зашипев, та схватила меня на руки и укоризненно взглянула в глаза, затем крепко, почти до удушья прижала к груди. – Так надо. Возмущаться будете завтра. – Шепнула она мне на ухо, как-то незаметно, сохраняя на губах надменную улыбку. К нам тут же подбежала молоденькая девушка-вампир, поклонившись и поведя наверх. При подъёме мой взгляд почему-то запнулся об окно, за которым уже царствовала ночь, выл ветер и вовсю барабанил настоящий ливень. И против воли посетила мысль: а так уж ли Ксюша неправа? Если отбросить все моральные терзания… где бы мы были, если бы не вся эта ситуация? Правильно, в ещё большей попе, чем до этого. А так поедим, поспим, согреемся и решим, что делать дальше. Этот аргумент заставил-таки меня прекратить выражать возмущение и заткнуть вопящую совесть тем, что это всего на одну ночь. Ната с Викой тоже были хмурыми, но, судя по всему, пришли к таким же выводам…