Глава 46

Домой вернулась я не поздно. Правда, и не рано. Время приближалось к десяти. По сути, детское еще. К тому же, суббота…

Владимир довез меня до ворот, и простились мы с ним как старые добрые друзья. Я понятия не имела, встретимся ли мы еще когда-нибудь. Скорее нет, чем да. И свидание это станет единственным. Понял это и Владимир, когда я вежливо отказалась сходить с ним еще куда-нибудь в другой день. Он настолько все правильно понял, что даже не попросил у меня номер телефона. Чему я была рада. Этот мужчина не мой, несмотря на все его обаяние.

Первое, что заметила, направляясь к дому, темные окна. Нигде не горел свет. Спит Крутов, что ли? Но еще же рано…

Холл пустовал. Не было его и в кухне. Но он точно был дома, судя по одежде на вешалке и обуви.

Я старалась делать все бесшумно. Приняла душ, переоделась в домашнюю одежду. Есть мне не хотелось – Владимир позаботился, чтобы из ресторана я ушла сытая. Но и спать я тоже не ложилась. Можно было выпить чаю и посмотреть что-нибудь по телевизору.

Проходя мимо двери в спальню Крутова, я невольно затормозила и прислушалась. Тишина. Полоски света на видно под дверью. Неужели правда спит?

Тут мне в голову пришла мысль, что с ним может быть не все в порядке. Все-таки переболел он серьезно и еще даже не совсем оправился.

А, была-не была!.. Я аккуратно приоткрыла дверь, радуясь, что та не скрипнула. Заглянула в образовавшуюся щель, но ничего не смога увидеть. Тогда я рискнула открыть дверь пошире, а потом и протиснуться в комнату.

Шторы были плотно задернуты, и даже лунный свет не развеивал темноту спальни.

Я прислушалась и почувствовала, как на голове зашевелились волосы, а сердце испуганно ухнуло и полетело вниз. Очертания Крутова я различала на кровати, но совершенно не слышала его дыхания. Нет! – прострелила голову паническая мысль. Пусть с ним всё будет в порядке!

Ни жива ни мертва, на цыпочках я прокралась к огромной кровати. Ну же! Дыши! – мысленно молилась, склоняясь над тем, кто лежал под одеялом. А потом завизжала. Да так, что сама едва не оглохла. А сердце мое чуть не выпрыгнуло из груди.

– И зачем ты сюда пришла? – нависал надо мной Крутов, прижимая к своей кровати своим же телом.

Он меня просто подмял под себя, сделав это даже не быстро, а молниеносно. Я по прежнему его почти не видела. Но зато слышала биение его сердца. Или это мое сердце буквально заходилось в груди? Я уже ничего не понимала…

– И чего же ты так орешь? – склонился ко мне Крутов еще ниже, а в голосе его я расслышала улыбку.

Он еще и смеется, когда я чуть кондратия не словила.

– Пусти… – попыталась я упереться руками ему в грудь и оттолкнуть. Но добилась только того, что навалился он на меня еще основательнее.

– И не подумаю. Я тебя не звал – сама пришла… – коснулись его губы моей щеки.

Жар опалил низ живота. Я же испугалась. Близость этого мужчины (непозволительная, переходящая все грани приличия) меня сильно возбуждала. Возбуждение нарастало против моей воли, а мысли в голове путались.

– Пусти… Пожалуйста… – собственный голос напомнил мне писк раненного мышонка. И такой жалкой я себя почувствовала.

– Даже не проси, – жалили мою щеку, а потом и шею мужские губы.

И творилось со мной что-то невероятное – от возбуждения меня аж выкручивало. Сил лежать спокойно не было. А Крутов продолжал меня целовать. Да-да! Он не случайно касался моего лица губами, а именно целовал – покрывал его всё мелкими жалящими поцелуями, старательно обходя вниманием губы. И в какой-то момент я с ужасом осознала, что пытаюсь поймать его губы своими. Несмотря на все нежелание находиться здесь и с ним, невзирая на сопротивление разума, не задумываясь, в каком щекотливом положении нахожусь… Я даже не хотела, а жаждала ощутить его губы на своих. И никогда раньше не испытывала подобной всепоглощающей страсти.

– Сергей!.. – взмолилась я, близкая к отчаянию.

– Что?.. Ты назвала меня по имени? – замер он надо мной, когда его губы находились в каком-то миллиметре от моих. – Думаю, ты заслужила награду…

В голове мелькнула мысль, что я ведь на самом деле никогда и никак его не называю. Всегда вежливо (ну может, не всегда) и просто на вы. Ни по фамилии, как зову его про себя, ни по имени отчеству. Не думала, что это так заметно. Да и додумать сейчас эту мысль не успела – губы Крутова накрыли мои в глубоком поцелуе. Я получила желаемое и ответила на поцелуй с не меньшим жаром, отдаваясь ему целиком и полностью.

Мне казалось, что поцелуй длится слишком долго, непозволительно. Или наоборот закончился он очень быстро, и дико хочется повторения… Голова шла кругом от возбуждения, что буквально затопило меня изнутри. Самым краешком сознания я улавливала, что от губ Крутов перешел к шее, что я не просто лежу под ним, а извиваюсь всем телом, страстно желая большего, предлагая ему себя всю без остатка.

Отрезвляющим ледяным и даже шокирующим душем стала мужская рука под моей футболкой. Стоило только Крутову обжечь ладонью мою кожу где-то в непосредственной близости от груди, как всё внутри меня взбунтовалось. Нет, даже взорвалось. Откуда-то взялись силы оттолкнуть от себя мужчину. И я даже смогла соскочить с кровати.

– И что это было? – раздался насмешливый голос.

Мои глаза уже привыкли к темноте в спальне, и очертания Крутова я видела отлично. Не могла разглядеть выражение его глаз, конечно. Но что-то мне подсказывало, что лучше этого и не делать.

– Ты… Мы не должны были этого делать, – пробормотала я срывающимся голосом, тогда как Крутов выглядел до противного спокойным. Кажется, даже дыхание у него не сбилось.

– А мы ничего пока и не сделали, но если ты вернешься, – похлопал он ладонью по кровати, – то я с удовольствием продолжу.

И снова он ухмылялся – на этот раз я даже смогла разглядеть его лицо.

– Ни. За. Что! – членораздельно проговорила, чувствуя как закипаю, на этот раз от злости. И моментально испарилось возбуждение, чему я было очень рада. И разговаривать с ним дальше не имело смысла. Разве что, чтобы услышать о себе очередную гадость.

Я молча развернулась и направилась к двери.

– Ты с такой легкостью согласилась на свидание с чужим мужиком, – остановил меня голос Крутова. И на этот раз он не смеялся. – А со мной отказалась заниматься любовью, только потому что считаешь это неправильным…

Я уже хотела обернуться, чтобы попытаться объяснить ему, как именно отношусь ко всей этой ситуации, как он добавил:

– Вали отсюда, блондинка!

Ну вот и грубость подоспела…