Глава 48

Олеся, кажется, уснула сразу же, как только Крутов погрузил ее в машину. А может, сделала она это, пока нес он ее на руках. Я и сама вовсю боролась с сонливостью, и мягкое покачивание машины, как и приглушенное урчание мотора меня усыпляли еще активнее. Пару раз ловила себя на том, что выныриваю из дремы на каком-нибудь крутом повороте или кочке… В таки моменты я сначала пугалась, а потом украдкой смотрела на Крутова. Но выглядел он привычно хмурым и невозмутимым. Мне даже стало интересно, что он обо всём этом думает. Но потом я решила, что не хочу узнавать, как там поживают тараканы в его голове.

А классный Олеся устроила праздник! – предпочла я размышлять о другом. Даже Тёмка развеселился. И я уже не помнила, когда в последний раз видела брата настолько довольным и в относительной гармони с самим собой. Что-то мне подсказывало, что теперь он точно пойдет на поправку. Да и как может быть иначе, если рядом с ним будет такая девушка, как Олеся. Даже не я…

А вот интересно, что обо всем этом думает сама Олеся? Нет, понятно, что брату моему она желает только добра (как и всем остальным людям вокруг нее), полного выздоровления и всяческих благ. Но как она относится к нему как к мужчине? Что если… О таком я даже мечтать боялась, потому что стало бы это настоящим чудом в моей жизни.

И одну вещь я все же сегодня заметила – Тёмка точно запал на Олесю. Весь вечер он не сводил с нее мечтательного взгляда, думая, что этого никто не видит. Возможно, так и было. Но я-то ни кто-нибудь. Я его сестра, кого очень даже волнует счастье брата.

В очередной раз я вынырнула из хмельной дрёмы. Наверное, на этот раз дернулась сильнее.

– Спи уже, чего дергаешься, – хмыкнул Крутов.

– Не сплю я! – фыркнула в ответ.

– Ну да, а то я не вижу… – усмехнулся он.

Вот и поговорили. Содержательная получилась беседа. Губы мои растянулись в улыбке, сдержать которую не получилось. А вскоре мы остановились возле высокого бетонного забора.

– Это дом твоих родителей? – рассматривала я ту часть особняка, что была видна из-за забора.

Правда, света было совсем мало, толком ничего не было видно.

– Дом моего отца, – поправил меня Крутов, заглушая двигатель. – Сиди, я быстро…

Он вышел из машины и позвонил в дом. Сразу же ворота принялись открываться, и тогда я смогла оценить красоту фасада особняка. Иначе этот огромный дом назвать язык бы не повернулся. На фоне него, коттедж Крутова выглядел гораздо скромнее.

Окна первого этажа были залиты светом. Входная дверь распахнулась и навстречу Крутову с Олесей на руках уже спешила миниатюрная блондинка в спортивном костюме. Я сразу поняла, что это мама Олеси. И до меня даже долетел разговор ее с Крутовым.

– Сережка, ну зачем же ты позволил ей так напиться! – всплеснула женщина руками.

– Мамулечка! Я сама… Братишка тут не при чем!.. – пьяно и очень радостно заголосила Олеся, соскакивая с рук брата и бросаясь к матери на шею. – Я всё сама. Я же уже совсем взрослая… – захихикала Олеся.

– Пойдемте в дом, – повела её мать к крыльцу. – Или ты не один?.. – затормозила она и бросила взгляд на его машину.

Разглядеть внутри темного салона она бы меня не смогла, чему я была только рада. Немного завидно стало Олесе, что у нее такая замечательная и заботливая мать. Но зависть эта точно была светлая и добрая.

– У меня в машине еще одна участница попойки, – с улыбкой отозвался Крутов. – Нужно доставить ее до дому.

– До твоего дома, – поправила его Олеся. – Мамулечка, Геля живет с ним, – ткнула она пальцем в брата. Я же в этот момент закашлялась.

– Ой, как интересно! – воскликнула мама Олеси очень похоже на дочь. Так же радостно и эмоционально. – Ты с кем-то встречаешься, а мы об этом ничего не знаем? Так познакомь нас…

– В другой раз, не сегодня, – сухо отозвался Крутов, и мне почему-то показалось, что завтра Олесе от него влетит.

В дом Крутов не пошел, а вернулся к машине. Я почему-то думала, что случайно увижу и его отца, но тот не вышел из дома.

– Ты как? – посмотрел он на меня.

– Отлично! – ответила я и вдруг икнула.

Смеялся Крутов долго и со смаком. Мне же вдруг стало грустно. Почему, я и сама не понимала.

Как ни странно, но сонливость моя улетучилась. Крутов это заметил и предложил:

– Может, заедем куда-нибудь и выпьем кофе?

Мы уже въехали в коттеджный поселок. И помимо ресторана, здесь была и парочка симпатичных кафе. Кофе вдруг захотелось очень сильно.

– Я не против, – закивала я.

Кафе он выбрал ближайшее к дому. Я заказала себе латте без сахара, а Крутов попросил принести ему двойной эспрессо.

Возможно, после кофе засну я не сразу, но зато хмель частично испарился под действием крепкого напитка.

– Почему ты не сказала, что твой бра наркоман? – ошарашил меня вопрос Крутова.

– А что бы это изменило?

Во-первых… А во-вторых, не так и просто поведать подобную подробность своей личной жизни совершенно постороннему человеку. Но не успела я подумать об этом, как с удивлением поняла, что уже давно не считаю сидящего напротив мужчину посторонним. С тех пор, как поселилась в его доме, несмотря на его приказ быть невидимой и неслышной, отношения наши изменились. Ни он, ни я не стремились к этому. Всё произошло само собой. Невольно мы сблизились, хоть и не стали родными друг другу.

– Я мог бы помочь, – бросил он на меня быстрый взгляд. – Кто такие зависимые люди, мне хорошо известно. В особенности, как тяжело с такими жить.

И на кого он сейчас намекнул? На свою мать? Значит ли это, что зависима она была от мужчин? Нимфоманка… Что ж, наверное, такая зависимость тоже заставляет страдать. Если не тебя самого, то близких тебе людей точно.

– У тебя замечательная сестра, – с улыбкой посмотрела я на Крутова. – Если бы не она…

– Олеська?.. Иногда мне кажется, что она с другой планеты, – улыбнулся он тоже и очень тепло. И он озвучил мои мысли тоже.

Дверь в кафе распахнулась, и вошел Гаврилов. Конечно же, я его не ждала, но приходу его не удивилась, ведь жил он неподалеку.

Заметил Гаврилова и Крутов. И сразу же изменился в лице – замкнулся. Вот тогда я поняла, что пора уходить. Да и кофе мы уже выпили. Гаврилов, тем временем, тоже нас заметил. Сначала он кивнул мне, а потом подарил долгий задумчивый взгляд. Он словно что-то хотел сказать, но передумал.

– Пора спать, – демонстративно зевнула я.

Крутов расплатился по счету, и вместе мы покинули кафе под все тем же пристальным взглядом Гаврилова. Почему-то в этот момент мне подумалось, что его приход всё испортил. Что именно, сказать затруднялась.