Глава восьмая. Неродная Комиссия

Я проснулась от мысли, что проспала Академию! Мне  снилось, что я пришла, а она закрыта. Резко встав, я почувствовала, как ударяюсь обо что-то лбом.

- Ой, простите! – опешила я, глядя на родственника, зажимающего лицо рукой.  – Который час? Я не опоздала?

Дома я вставала с третьими оборотнями. Как только выть начинают, все! Пора вставать! «Развылись тут!», -  всегда досадовала я, надевая галоши.

- Вряд ли, - прошипел родственник, зажимая лицо рукой. Мне стало неловко.

- Давайте я вам помогу, - занервничала я, понимая, что только что обидела хорошего человека.

- Не надо, - скрипнул зубами мой родственник. – Я сам как-нибудь умру. Без посторонней помощи!

- Не вздумайте! – возразила я, видя, как он приходит в себя и проверяет целостность носа.  – У меня и так никого, кроме вас не осталось! А еще вы умирать удумали! Посмотрите на себя! Вы же еще молодой. У вас вся жизнь впереди! Так что рано вам помирать!

Родственник молчал, потирая пальцами губу.

- Даже не думайте! – вздохнула я, сползая с кровати и сладко потягиваясь. – Кстати, Академия до скольких работает? Ой, я уже спрашивала! А со скольких?

Мои мысли были заняты тем, чтобы прийти пораньше. Пока никого не было! А потом поймать ректора и заставить его передумать!

Наскоро одевшись и заплетя косы, я задрала юбку, отогнула чулок и засунула парочку самодельных зелий. Нет, ну мало ли? Вдруг получится?

В раскрытом чемодане лежали потрепанные книги по магии. На спинке кровати висела кофта.

- Ну, я готова! – произнесла я, вертясь перед зеркалом.

А потом сбежала по лестнице. Родственника не было. И я открыла двери, бросившись на улицу. 

Я бежала по улице, боясь опоздать.  Прохожие шарахались от меня в разные стороны. Кареты со стуком пролетали мимо.

- Свежие новости! Свежие новости! В зоопарке Тварьбурга родилась … идея! Свежие новости! Свежие новости! – кричал мальчишка в цилиндре, удерживая его на голове рукой. – Одна юная мадемуазель бежала за каретой и услышала, как что-то упало! Зонт на месте, кошелек на месте! А это потерялась девственность! Свежие новости!

Я пронеслась на всех парах мимо паренька, отбившись от газеты. В боку кололо, а я сбавила скорость.

Дверь Академии открылась, и я вошла в нее. Одернув платье, я двинулась в сторону «Приемной комиссии».

- Здравствуйте! – я радостно открыла дверь.

- Не здрасте, а уважаемая Комиссия, -  поздоровалась со мной одинокая тетка. – Присаживайтесь! Вы по какому вопросу?

- Я к вам поступать, госпожа… эм… Комиссия! – гордо ответила я. – Ой, а  вас родители в детстве бросили, раз вы… эм… приемная?

Тетка промолчала. Я тут же села на стул и спрятала руки между коленями. Я так волнуюсь, словами не передать! А еще  меня пугали, что при поступлении в Академии вопросы попадаются с подвохом! Так что нужно быть внимательной!

- Имя, фамилия? – зевнула тетка. Волшебное перо взвилось над бумагой.

- Пенелопа Вайс, - гордо ответила я, глядя, как перо скребет по бумаге.

- Пол? – спросила тетка, глядя на меня равнодушным взглядом.

- Немного грязный… , - опустила глаза я на пол. Колени тряслись, руки тоже. Я пыталась их успокоить.

- Место рождения? – зевнула тетка, шурша бумагами.

- Кровать, - пожала плечами я. А потом решила уточнить. – Двуспальная!

- Члены семьи? – спросила тетка, не глядя на меня.

- Эм… Дедушка, отец… эм… - запнулась я, загибая пальцы. – А мне всех родственников мужского пола считать? Или только живых?

- Чем сейчас занимаетесь? – спросила тетка, листая какие-то бумаги.

- Эм… - растерялась я и тут же нашлась. – Заполняю бумагу!

-  Вредные привычки есть? – спросила тетка, не обращая на меня никакого внимания.

- Я бы не советовала вам их есть. Все-таки они вредные, - пожала плечами я, нервничая до дрожи в коленях. – Но вы как хотите…

- Кем вы видите себя спустя десять лет? – будничным голосом поинтересовалась тетка.

- Живой! – ответила я, надеясь, что отвечаю правильно.

- Ваше положение? – сухо спросила тетка, смерив меня колючим взглядом.

- Чаще всего вертикальное…  - робко ответила я. – У бабушки – горизонтальное. Она умерла. У дедушки тоже горизонтальное… Он тоже умер…

-  Месячное довольствие имеется? – снова сухо спросила тетка, зевнув и уткнувшись в бумажки.

- Вряд ли это можно назвать удовольствием, - настороженно ответила я. – В прошлый раз пришли не по графику. Просто перенервничала. 

- Хронические болезни имеются? – спросила тетка, хлопнув ящиком стола.

- Нет, «хоронических» болезней нет! – отрицательно замотала я головой. – Есть только «нехоронические»!

- Когда в последний раз болели? – снова спросила тетка. А я заерзала. Когда же эти вопросы уже кончатся?

- Когда прямо на улице соседи подрались, - припоминала я. – Я болела за лысого!

- Да как же так-то! – обернулась я, глядя на сухую тетку. – Вы же приемная! Значит, принимать должны!

- Не приемный день. Поступление закончилось. До свидания, - сухо ответила тетка, взглядом выпроваживая меня за дверь.

Внезапно над ее столом разорвалась магическая вспышка. А из нее выпала бумага.

- Так, так, - прокашлялась тетка, забыв о моем существовании. –  Объявляется дополнительный набор в Ака….

Она зыркнула на меня.

- Чего подслушиваешь? – скрипучим голосом произнесла тетка, читая бумажку молча.

- Да как вы могли такое подумать! Я никогда не подслушиваю! – обиделась я. – Я подглядываю! Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз понюхать! Это бабушка про туалет говорила. Когда мыла его…

- Вон отсюда! – дрожащий палец тетки указал на дверь.

 Раздосадованная, я вышла и горечью посмотрела на снующих студентов. Все они были красивыми, в черных бархатных мантиях. На груди был золотом вышит герб Академии. Я тоже себе такую хочу!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Нужно поговорить с ректором! – выдохнула я, поглядывая на таинственный второй этаж. Тот самый, куда никого не  пускали!

- Посетителям вход запрещен! – тут же всполошилась охрана, когда я вместе со студентами попыталась проникнуть наверх.

Меня схватили так, словно собирались изнасиловать.

- Маньякам вход запрещен! – возмущалась я, одергивая юбку. Меня волокли к двери, но я сопротивлялась.  – Мне всего лишь спросить про дополнительный набор!

Дверь за мной закрылась, а я выждала время и снова вошла.  Тратить зелье невидимости не хотелось. К тому у него столько побочных эффектов, что лучше не спрашивайте! Я его сама варила!

- Вон отсюда! – послышался голос охраны.

Я бегло осмотрела студенток все они были в черных платьях и черных туфлях. Сверху на плечах они носили черную мантию.

Через минуту  я сидела под Академией и пачкала платье. Оно становилось черным-пречерным.

- Вот, так-то будет лучше! – заметила я, отмывая руки в луже.

Я вошла в Академию, пытаясь найти что-то, что сойдет за черный плащ. Может, кто-нибудь забудет? Но мои надежды были тщетными. Студенты плащи не снимали.

- … не препод, а зверь! – прошли мимо меня две девушки. – Зато какой красавчик! Я специально домашнее задание не делала!

Мой взгляд упал на черную штору, прикрывающую достоинство Академии. Или достояние. Я не знаю, как правильно!

Я подошла к шторе, внимательно изучая какие-то имена и фамилии, внесшие кругленькие суммы.

Мой рука потянулась к шторе. Оп! И штора оторвалась. Накинув ее на плечи, словно плащ, я посмотрела на себя в огромное зеркало. Чего-то не хватало.

Я пробежалась глазами по студентам, видя гербы. И где же мне взять герб?

Осторожно, словно изучая стенды, я искала глазами что-то похожее на герб. И нашла. На одной старой черной бумаге был золотой герб.

Молниеносно содрав бумажку с каким-то важным указанием, я осторожно оторвала герб и повесила на булавочку.

- … ей, не смей! Я на него первой глаз положила! – спорили две подруги, поднимаясь вверх по лестнице. Я пристроилась за ними, проходя мимо охраны.

Огромный коридор второго этажа заставил меня на секунду растеряться. И где тут ректора искать?

Я подошла к первой двери, как вдруг она открылась! На пороге стоял сморщенный старикан в черной дорогой мантии с золотыми пуговицами. Один глаз его был прищурен, словно  выслеживает таракана. Зато второй широко раскрыт, словно увидел его.

- Опоздун! Быстро в класс! Ненавижу первокурсников! – шмыгнул дед крючковатым носом.

- Но я… - уперлась я, а меня толкнули в аудиторию.

Я робко села на заднюю парту.

- Вы меня усвоили? И не подумайте, что у меня тут есть любимчики! – скрипучим голосом продолжал дед. – Я одинаково ненавижу всех!

О! Как интересно! Я почти студентка!

Я села ровненько, глядя деда, который расхаживал по аудитории и скрипел. Надо же! Я – почти студентка!

- … знания - не срамные болезни! Половым путем не передаются!  – продолжал дед, поглядывая на притихшую аудиторию. – Я изнасилую вас учебником! И попробуйте только не выучить все! Учтите, туда дальше  учебники будут все толще и толще!

Старик прокашлялся. И обвел аудиторию подозрительным глазом.

- А те, кто будет плохо себя вести на моих уроках,  я скажу, что у них – невероятный талант! Скажу не просто ректору, но и родителям! – голос  деда стал зловещим. – И тогда вы лично прибежите ко мне с мольбой о пощаде!

Все притихли. Я тоже.

- Итак! Домашнее задание! Вызов демона! К доске пойдет… Пусть идет наша опоздунша!  - гневно посмотрел на  меня дед.

Я? Не, ну это … А вдруг мне удастся показать свои умения? И меня возьмут?

Я вскочила на ноги, семеня туда, куда показал учитель.

- Итак,  когда вызывают демона?  – мрачно спросил старик. И посмотрел на меня подозрительным глазом.

- Когда сердце шалит. Или давленье скачет! – ответила я, глядя на учеников. Они перешептывались и смотрели на меня с явным интересом.  Кто-то хихикнул.

- Для чего, для чего? – спросил дед, усаживаясь в бархатное кресло.

- Ну, понимаете, когда сердце шалит, давленье скачет, простудилась, температура, - поясняла я, глядя на учителя.

- Тогда вызывают целителя! – рявкнул дед.

- Целителя? – удивилась я. – Ну смотрите, целитель добирается два часа, а демон вызывается за секунды!

- Бред какой-то! – помотал головой дед. И поморщился. – Демоны- это опасные существа, наводящие страх и ужас на все живое! Не каждый маг заставит демона служить себе. Далеко не каждый! Только могущественные чародеи могут заставить демона подчиниться им!

- Бред – не бред, но целитель – платно. А демон – бесплатно!  Вы цены на зелья видели? А на лечение? Руками поводил, и все! Справился! С вас три серебряных!– спорила я. – А демон это надежно! Вызвал и все! Рукой полумертвой бабушкиной поводила. Дескать, она вызывала! Демон явился.

Я прокашлялась, теребя косичку.

- Бабушка лежит никакущая! А демону-то что нужно? Правильно, желание! Ну чтоб душу забрать! А как бабушка желание загадает, когда не в себе лежит? Правильно, никак! Вот и бегает вокруг нее, суетится, как  родной! И так, и эдак! Бабушка только глаза открыла, а я ножкой оп! И стерла круг, - ответила я, поглядывая на учителя. – Три раза с того света вытаскивал!

- Садись! Позорище! – шмыгнул преподаватель, скрипя креслом. – Ничего ты не знаешь про демонов! Голову морочишь!

- Что значит, не знаю? – я уперла руки в боки. – Все я про демонов знаю!

- Да ну? – рассмеялся скрипучим смехом дед. – Ну, показывай!

Я взяла мел и села рисовать круг.

- Простите, а у вас нет дохлого таракана и ковра? – спросила я, глядя на преподавателя.

- Что? – заметил дед, глядя на мои символы.

- Простите, тут у меня был ковер, я по ковру ориентировалась, - нервничала я, чертя круг.  – А тут дохлый таракан лежал. Я его специально не убирала.  Он у меня как бы центром круга был. Удобненько…

- Не городите чушь! Ковры, тараканы! – отмахнулся дед. - Демоны – это страшные твари. Как только они появляются, сразу хватаются за сердце.

- Что правда, то правда! – ответила я, нарисовав мелом дохлого таракана. Вот, прямо как дома! Жаль, ковра нет!

- И что же ты нарисовала? Бред какой-то, - заметил преподаватель, водя носом по кругу.

- А хотите, я вызову? – спросила я, глядя на хихикающую аудиторию.