Глава 14. Чароведение

— Я проспала!

За окном вовсю светило солнце, в здании было так тихо, что оно казалось вымершим. Постель Мары была не заправлена, будто и она собиралась второпях.

— И ведь не разбудила! — Саша никак не могла попасть в рукав платья: она выхватила первое попавшееся, главное, что было темным, без каких-либо вышивок и оборок. Вчерашнее, после проведенной в нем ночи, никуда не годилось. Только натянув «обновку», Александра обратила внимание на немаленький вырез. — Мы сейчас его закроем, — она чуть ли не вся залезла в шкаф, но, как ни ковырялась в вещах, ничего подходящего не нашла. Ну не в плаще же, подбитом мехом, идти! — Мантия! Где хотя бы мантия? Вчера я должна была вернуться с ней! — вспомнились перекинутая через локоть ткань и последующие рыдания на кровати.

На пол полетело одеяло, под ним обнаружилось второе.

— Но как же? Разве Мара не укрывалась? Нет-нет, сейчас некогда думать об этом! Где же моя синяя хламида?

Потратив еще несколько минут на поиски, Саша перестала суетиться и стукнула себя ладонью по лбу.

— Я не принесла ее с собой с ужина… Я ее потеряла… Блин! Что делать? Ежель меня убьет!

Ничего не оставалось, как заглянуть в отделение Мары.

«Хоть косыночку какую-нибудь!»

Но на полках лежало на удивление мало вещей. И все сильно поношенные, разновеликие, как будто с чужого плеча. Создавалось впечатление, что гардероб собирали с миру по нитке: кто чем пожертвовал, то подруга и носила. Если бы Саша не торопилась, она бы, наверное, поплакала. Ей было до щемящего сердца жаль Мару, которая даже при таком бедственном положении не теряла присутствия духа. Александра вспомнила простоватое лицо, улыбку, делающую глаза щелочками, отсутствие комплексов по поводу полноватой фигуры, даже чрезмерную болтливость и бесконечное желание поучать — все это почему-то нравилось, заставляло сопереживать и думать о Маре, как о родной.

«Правильное мы вчера подобрали слово — сестры».

Как-то так сложилось, что Александра Верхова никогда не сталкивалась с нищетой. Более чем благополучная семья на Земле, да и потом, когда ее похитил Хаюрб, она не знала ни голода, ни недостатка в красивых вещах и украшениях. В Хаюрбате просто не существовало нищих: ты или хозяин, или раб. Квартал ремесленников, где и находился домик Сесилии, тоже не бедствовал. Как теперь понимала Саша, все живущие в нем семьи, так или иначе, имели хозяев, но заслужили пусть и условную, но свободу. Ведь артефакторша оказалась привязанной к королевству песков гораздо сильнее, чем к настоящей родине, иначе она не отказалась бы уйти вместе с юной подругой.

— Не думать, не думать! Надо бежать! Опаздываю! Где мое расписание? — вот тут слезы все-таки прорвали плотину. Александра ясно вспомнила, как складывала листок в карман мантии. — Черт! Черт! Черт!

Когда в дверь постучали, Саша чуть не подпрыгнула от неожиданности. Она открыла дверь, держась за колотящееся сердце.

— Леди Дафой? Вас ждут в корпусе А. Мне велено вас проводить, — стоящий на пороге клерк (его выдавали испачканные чернилами нарукавники), низко поклонился, явив Саше тщательно зализанную остатками волос лысину. Бесцветные глаза мужчины скользнули по ладони, лежащей на груди, потом перескочили на слишком вольный вырез платья. Алекс Дафой досадливо поморщилась, когда уши клерка покраснели.

— Минуту! — произнесла она и захлопнула дверь перед носом мужчины. — Так, спокойно, Саша, спокойно! У тебя был полосатый палантин. Он подойдет. Иначе придется переодеваться.

Шаль отыскалась под кроватью. Там же нашлись и сапожки, которые бордовой кожей мирили цвет платья и полоски палантина.

— Теперь почистить зубы! И хотя бы два раза провести щеткой по волосам.

Порог комнаты Саша переступила с непроницаемым лицом.

Клерк посторонился и рукой показал, в какую сторону следует идти. Видя, что Саша еще плохо ориентируется, забежал вперед.

— Сначала спустимся в главную залу, а потом налево, — он подобострастно заглянул в глаза леди Дафой.

— Завтрак? — обрадовалась его спутница. Определенно, до начала занятий следовало перекусить.

— Увы, вы пропустили завтрак. Налево мы свернем до обеденной залы. Там переход к учебному корпусу магов.

Саша вспомнила объяснения Мары и представила свое кольцо. Судя по всему, учебные корпуса находились за внешней стороной обода — между ним и отступившей скалой, которая оставляла достаточное пространство для нескольких зданий, добротно построенных из камня того же цвета, что и скалы. Их можно было легко рассмотреть в окно. Высокие ели и сосны разбавляли ландшафт зеленью. На верхушках остроконечных башен бились стяги: на некоторых извивался символ Агрида — дракон в окружении звезд, но чаще можно было различить изображение совы, сидящей на рукоятке меча.

— Не могли бы вы поторопиться, — клерк нервничал. На его лбу выступила испарина.

Александра смутилась и прибавила шага.

— Вот ваша аудитория, — они остановились перед массивной дверью. Дерево от времени почернело. Позолоченные ручки, до которых дотрагивалось не одно поколение магов, тускло поблескивали: окна, если и существовали, то где-то под потолком — иначе откуда мог взяться рассеянный свет? Свод был достаточно высок, но из-за перекрещивающихся тяжелых и таких же темных балок создавалось гнетущее впечатление, что он висит над самой головой. Не хватало воздуха.

«Или я просто нервничаю? — Саша облизала губы и надавила на ручку сама, поскольку клерк куда-то исчез. Он словно растворился в сумраке длинного коридора. — Все! Взяла себя в руки!»

Двери открылись на удивление легко.

— Можно?

— …а потому руны подчинения не следует вписывать в подобные схемы…

Прекратил свою речь и всем корпусом развернулся к двери преподаватель, чем-то неуловимо похожий на крота. То ли из-за мантии, которая была настолько объемна, что свисала с объемной же фигуры шлейфом, то ли из-за зубов, не закрывающихся из-за вздернутой верхней губы, то ли из-за черных волос с залысинами впереди, но достигающих чуть ли середины спины.

Поднялся нестройный гул голосов, вызванный появлением новенькой. Но он быстро был прерван ударом огромной линейки по кафедре.

Маленькие глазки лектора посмотрели на нарушителя учебного процесса крайне неодобрительно. Отложив «утихомиривающий амулет» в сторону, преподаватель небольшими шажками прошел к своему столу и открыл журнал. Подслеповато щурясь, поводил по списку студентов пальцем.

— Леди Алекс Дафой, как я понимаю? Вы, наконец, соизволили явиться?

Саша открыла рот, чтобы прежде всего извиниться, а уж потом выдать какую-нибудь правдоподобную версию своего опоздания, но сзади раздался мягкий голос:

— Лорд Каух, простите великодушно, это я задержал свою подопечную.

Все студенты поднялись с мест, приветствуя новое лицо.

— Лорд Цессир? Рад вас видеть в нашем царстве! — Каух засуетился, поспешно закрыл журнал, зачем-то отодвинул стул, потом спохватился и вновь его придвинул к столу, и лишь затем кинулся к выступившему вперед мужчине, чтобы поприветствовать его не принятым при дворе манером — пожать руки.

«Лорд Цессир… — в сердце Саши заиграла музыка. Она не видела лица «попечителя», но сразу узнала спину и коротко стриженый затылок. Если бы мужчина не шагнул навстречу преподавателю, то Александра провела бы по этой спине ладонью. Она так и застыла с поднятой рукой, совсем не понимая, что толкнуло ее на подобную вольность. — Тело предает? Смешно… Но я даже не видела его лица!»

— Это царство теперь и мое, учитель, — лорд Цессир наклонился, поскольку был выше «крота» на целую голову. Далее последовало необычное: они прижались друг к другу лбами. Пусть на мгновение, но подобное действие вызвало у лорда Кауха неимоверное воодушевление.

— И я мысленно всегда с вами, мой друг.

— Гаррон?! — этот оклик был столь резок, что Сашу передернуло. Раскатистое «эр», произнесенное с нажимом — как выстрел, как требование немедленного внимания. Александре даже показалось, что рядом с ней пронеслась пуля, едва не отсекшая кусочек уха, но в стене за спиной никакой дыры не обнаружилось.

Не сказать, что незнакомка обладала изящными чертами лица, нет: и нос великоват, и губы без той припухлости, что свойственна девам юным, и лицо со слишком уж острым подбородком — такое принято называть «сердечком», но общий холеный вид и нетерпящий возражений взгляд, каким обычно обладают женщины, знающие, что они великолепны, могли запросто возвести ее на пьедестал первых красавиц Агрида.

— Дар ристе вом? — спросила она на непонятном языке. В вопросе прозвучал вызов. (Почему она?)

— Вом стриве гарни. (Она требует внимания)

То ли слишком легкий, на грани невежливого, поклон лорда Цессира, а, может, слова, которые Александра отчего-то не понимала, хотя до этого дар Полиглотов действовал без осечки, но что-то в происходящем здесь и сейчас незнакомку нервировало. Она сжала губы и еще выше задрала подбородок.

— Кам ре, Гаррон? (С чего бы, Гаррон?)

— Ре ворни сети дум, ма сонатини. (С того, что я продолжаю нести службу, моя принцесса), — не спуская взгляда с властной незнакомки, которая тоже не желала сдаваться, а потому можно было представить, что противники скрестили шпаги, Гаррон Цессир протянул руку Саше. В воздухе стояло такое напряжение, что Александра и не подумала сопротивляться — вложила свою ладонь и покорно последовала за «наставником» или как там называется человек, имеющий подопечную.

Аудитория, помимо кафедры и огромной черной доски, на которой была начерчена восьмигранная звезда, испещренная множеством символов, вмещала в себя несколько рядов узких столов, за которыми сидело примерно три дюжины студентов. Гаррон подвел Сашу ко второму, и притихшим магам пришлось потесниться. Сам «наставник» присоединяться к учащимся не стал. Снял с плеча сумку, больше напоминающую кожаный мешок, положил ее перед Алекс Дафой и, успокаивающе похлопав по отпущенной ладони, которая от волнения стала влажной, тихо произнес:

— Я буду ждать вас после занятий.

— Все сели! — скомандовал «крот». — Вернемся к нашим незначительным делам.

Саша провожала взглядом лорда Цессира, который остановился у двери лишь для того, чтобы кивком поблагодарить преподавателя, вновь взявшего в руку линейку. Оживление среди студентов определенно ему не нравилось, но цыкать он не спешил. Александра нашла глазами «первую красавицу Агрида», которая выглядела весьма задумчивой. Ее профиль, четко обрисованный благодаря свету, льющемуся из окна и падающему под определенным углом, отчего-то казался знакомым.

— Извините, пожалуйста, — Саша повернулась к сидящему рядом студенту, награжденному природой каштановыми, из тех, что смотрятся темно-красными, непослушными волосами, — не подскажете, кто та девушка, что сейчас говорила с моим наставником?

Если бы не буйство волос, соседа можно было принять за эльфа — такие же точеные черты лица, бледность кожи и, ожидаемо, зеленые глаза. Но не яркие, а того приятного цвета, который создается, когда мох покрывается легким инеем.

— Вы не узнали Ее Высочество? — его удивление было неподдельным. — Откуда вы тогда?

«Вот так, наверное, и проваливаются шпионы».

— Я боялась ошибиться. Теперь я ясно вижу, что это дочь Элькассара Третьего, — Саша вспомнила, откуда ей знакомо лицо принцессы: гордый профиль короля Агрида был отчеканен на монете, вырученной за осла. — Мы просто не были представлены.

— Навряд ли вас познакомят с Самфирой, — юноша понизил голос. — Мы уже год учимся в одной группе, но я до сих пор не удостоился великой чести, — пафос в его словах неуловимо походил на издевку. — Я Арс Селевордский, бастард, — представился сосед, помотав в воздухе ладонью. Эдакое приветствие, которое предполагало витиеватый взмах шляпой.

— Алекс Дафой, тоже бастард, — Саша на пальцах показала, что берет юбку за края и приседает в реверансе. Приветственный мини-спектакль понравился обоим, что ощутимо сроднило двух бастардов и расположило к дальнейшему общению. — А на каком языке говорила Самфира? Я слышу его впервые.

— Я точно не знаю, — Арс придвинулся, чтобы Саша его лучше слышала, поскольку преподаватель вернулся к лекции и вещал с кафедры о вредности нанесения чар на неподготовленный объект, — но отец упоминал, что короли Агрида для тайных переговоров используют мертвый язык. На нем говорили первые маги.

— Кто такие первые маги? — в голове Александры роились вопросы, начиная от: относится ли лорд Цессир к королевской семье (раз уж понимает мертвый язык), и кто он вообще такой, всем ли дают наставников, или повезло только ей (приятно, надо сказать, повезло), заканчивая — кто есть папа Арса. Мало ли? Вдруг надо падать ниц, а она тут доверительно шепчет на ухо.

— Когда-то во Всемирье магов не было. Пока не открыли Источник. Но об этом ты лучше узнаешь из учебника, — Арс постучал пальцем по торчащему из сумки корешку книги.

— Сейчас какой предмет?

— Чароведение. История Агрида после него.

Лорд Каух так резко ударил линейкой по кафедре, что у Саши оборвалось сердце. Его маленькие глазки сверлили провинившихся, губы сжались в узелок (иначе передние зубы не прикрыть), и всем своим видом «крот» выражал полное осуждение.

— Лорд Арс, расскажите-ка нам, о чем вы беседуете с сидящей рядом леди?

— Я пытаюсь ее очаровать, применяя все те правила, которым вы нас обучили, — Арс поднялся, подчиняясь правилам академии. Будь ты хоть трижды наследником знатного рода, преподаватель всегда будет стоять на ступень выше. Это было понятно и без объяснений.

— И как успехи?

— Средние. Леди уже заинтересована, но еще не попала под влияние.

— Если бы вы слушали меня внимательно, то поняли бы, какую допустили ошибку. Объект, подвергающийся чарам, необходимо предварительно подготовить, а значит…

«Так вот почему я так остро реагирую на лорда Гаррона Цессира! Чары! Не зря он назвал Кауха своим учителем».

Она сама не ожидала, что потянет руку вверх.

— Да, леди Дафой?

— А как защитить себя от чар?

— Вам определенно нужен куратор. Защитные руны — это первое, что изучается на моем курсе. Садитесь, два. Могли хотя бы открыть учебник.

Губы обернувшейся принцессы растянулись в мстительной улыбке. Лицо леди Дафой горело. Арс, желая помочь (увы, поздно) постучал ногтем по подсунутой книге, где первый параграф так и назвался: «Как выстроить защиту от чар».

«Надо было не дрыхнуть, а полистать учебники», — вспомнив их количество, Саша не поверила самой себе. Перелопатить всю эту кучу? Нет, она не способна на такой подвиг. Книги можно было листать до утра, а толк навряд ли вышел бы. А вот если бы она заглянула в расписание и выборочно просмотрела книги…

Никогда прежде Шаша не была такой несобранной. Или все потому, что в академии она почувствовала себя в безопасности? Пески Хаюрбата не давали расслабиться ни на минуту. Любая оплошность — чья-то жизнь.

«Бедный Данька…»