57

С недавних пор лифт стал для меня чем-то вроде красной кнопки, как только я оказывалась в тесном пространстве, я сразу вспоминала ту ночь, тот день, когда я ступила за красную черту, потеряла голову, связалась с этим ублюдком. Он хотел меня приклонить, ему нравилось, что я брыкалась, но такие как он любят быть главными. Интересно он догадывается как ему придется жестко обломаться?

Не прошло и пяти минут, как Аполлон полностью вернулся.

— С тебя минет, заглотишь по самые яйца, — ну все, пора приветствовать ублюдка. И он пробуждал во мне суку, редкую сучару я бы сказала.

— Хочешь, чтобы под корень откусила? Прям так радикально? — отвечаю той же противной улыбочкой, которой он мне улыбнулся секунду назад.

— Ну вот что ты за баба? — Вздыхает, бедняжка.

— Баба на базаре труселями да колготами торгует, если ты по таким, то не по адресу, — огрызаюсь, баба, тоже мне, да твою же мать! Где “баба” и где Я, совсем берега попутал??

— Блядь, — руль сжимает, — Сука, самая натуральная, — рычит.

— А я Марго, приятно познакомиться, — улыбаюсь, а он смеется, не выдерживает.

— Как у тебя получилось? — не понимаю, глазами моргаю.

— Что получилось?

— Камилла, как маленький дьяволенок, как только женщину рядом со мной видит, так сразу стерву на максималках включает. Я вас там, когда вместе увидел, за руки взявшихся, думал, что глюки. — Усмехаюсь, он реально в шоке сидел.

— Ну то, что в ней задатки стервы есть спорить не буду, она мне вместо привет, знаешь, что сказала? — Усмехаюсь, — спросила не шалим ли мы часом по ночам, — ржет, реально в смехе заходится.

— Ты единственная, кого она восприняла, блядь, ты ведьма, ей-богу.

— Очкуешь? — Дерзко улыбаюсь.

— Яйца от страха сжимаются. — Какой грубый, но меня уже трясет от возбуждения, мы заезжаем в мой двор. Он мотор глушит, а из машины никто не торопится выходит, в салоне запах секса, порочные мысли наэлектризовывают все вокруг.

— Я у тебя останусь, — толи спрашивает, толи перед фактом ставит, непонятно. Плечами пожимаю, и все-таки выхожу из машины. У меня как бы проблемка нерешённая с отцом осталась, так что пускай свой зад из машины вытаскивает, нужно всю эту тему во время секса провернуть, чтобы пути назад не было.

За мной выходит, а я жду, как малые дети честное слово, вроде взрослые мужчина и женщина, прекрасно знаем, что дальше будет, а мнемся. Что-то изменилось, после сегодня, щелкнуло и не в худшую сторону. Уважение… твою ж мать! Я посмотрела на него сегодня другими глазами, и поняла, что хочу… Не просто как секс игрушку, а как мужика, в жизни своей хочу, Марго, детка полегче… Ты куда это забрела??

Дерзко улыбаюсь, интересно Аполлон любит ролевые игры? Он глаза к небу поднимает, понимает, что сейчас очередной трэш начнется, а я ничего с собой поделать не могу, люблю его выводить, злить, а потом рык его слушать, наслаждаться…

— Ты же хочешь…, - как мартовская кошка вокруг него трусь, соблазняю, пальчиком по шее его провожу, ниже спускаюсь, — меня наказать, я же была плохой девочкой? — На ухо шепчу, да так хрипло, что сама еще больше завожусь.

— Сука, — рычит подполковник, а я только улыбаюсь.

— Еще какая, и за это накажи, — нарываюсь? Да я голым задом перед ним, по сути, кручу, заманиваю.

Мы держимся, до лифта, ведем себя прилично, как это только возможно, но, когда створки лифта закрываются, господи…. Дааааааааааа…