18 глава

Илья

– Хотела спросить тебя насчет твоей Оли.

– Ты всегда теперь будешь о ней разговор заводить?

Мы с Тео сидим на веранде. Дождь все так же льет. Я пью кофе, а она молоко с медом.

– Не всегда! Просто хочу кое-что знать.

– Ну, хорошо. Давай, спрашивай.

Вообще-то я не хочу говорить о своей временной, так сказать, подруге. Дело в том, что мне кажется, что бы я про нее не ответил Тео, она не сможет воспринять это правильно. Поэтому рано нам говорить об Оле. Да и зря я в принципе о ней Теоне сказал. Не мог промолчать тогда, в самом деле?!

– У вас все серьезно? Я имею в виду, – девушка начинает пальцем выводить круги на столе, – вы хотите пожениться? Планируете детей?

– Нет. Мы об этом не думали. Да и вряд ли начнем думать, Колючка.

– Почему? Чем она для тебя плоха?

– Она не плохая, просто к выбору человека, который останется с тобой на всю жизнь, нужно подходить серьезно. Я не особый сторонник разводов. Считаю это крайней мерой. Поэтому с женитьбой я не тороплюсь. Не хочется в спешке с кем-то соединить жизнь, а потом быстро пожалеть об этом.

Колючка вытягивает губы и потирает пальцами висок.

– А зачем она тогда тебе вообще?

Ну, я, собственно, ждал этого вопроса. И отвечать на него придется, иначе Тео точно не поймет.

– Мы просто встречаемся. Хотя, кажется, это было в прошлой жизни, так как в последний раз с Олей мы виделись недели две назад. Наши встречи в основном были для «хорошо провести время» и «для здоровья». Ничего супер серьезного. И ее такой формат отношений тоже устраивал – сразу тебе говорю! А то начнешь обвинять меня в том, что я использую бедную невинную девушку в своих коварных мужских целях.

Колючка насмешливо хмыкает и отпивает молоко.

– Допустим, вы давно не виделись, но ведь она тебя звонила? В доме отца. Это ведь с ней ты разговаривал?

Широко улыбнувшись, я тянусь к своему стакану с кофе и качаю головой.

Все-таки Тео такая предсказуемая.

– Это была не она.

– Да? А кто же? И сколько у тебя таких Оль имеется?

– Есть еще одна Оля.

– Ах, еще одна Оля! Наверняка она тоже для здоровья? Или чтобы хорошо проводить время? А может, она выполняет какие-то другие функции? – ворчание Теоны выглядит очень забавно, и если бы я не знал, что эта тема для нее довольно серьезная, то рассмеялся бы, но я этого не делаю.

– Еще одна Оля – это моя сестренка младшая. Она подросток. У нее вечно какие-то проблемы в школе, с одноклассниками, с друзьями на улице. В общем, она часто мне звонит, чтобы поворчать и спросить совета.

Услышав мой ответ, Тео тут же прикусывает губу.

– Извини…

– Да ничего, Колючка, все в порядке. Я же говорил, что знаю, как ты меня ревнуешь, – перевожу тему в шутку, чтобы Тео не испытывала сильной неловкости.

– Нет, не ревную. Но, знаешь, мне уже надоело тебя в этом переубеждать. Так что думай, что хочешь.

– Хорошо. Хочу думать, что ревнуешь.

– Как дурак, честное слово.

– Немного.

Мы на мгновение замолкаем и слушаем шум дождя. Не хватает, наверное, только хорошей музыки.

– Ты с ней очень близок, да?

– С сестрой?

Колючка кивает.

– Да. И с братом тоже.

– Повезло тебе. Я одна росла.

– В будущем, Тео, ты бы хотела, чтобы у Никиты был брат или сестра? Чтобы он не один рос, как ты?

– Если честно, я думала об этом. Еще до рождения Ника думала, – горько улыбается девушка. – Когда я только вышла замуж за Рената, я мечтала о настоящей семье. Думала, что буду «домашней женой», посвящу все свое время заботе о семье и доме, а потом уже начну заниматься карьерой. Я мечтала, что у нас с Ренатом родятся дети. Мальчик и девочка. И они всегда будут вместе. А мы станем для них примером. Потом… он мне изменил. И все разрушилось. Я в этом потерялась, понимаешь?

– Думаю, да, – отвечаю тихо, глядя на то, как печально блестят глаза девушки.

– Я не хочу еще раз через это пройти. Как ты правильно сказал «не хочется в спешке с кем-то соединить жизнь, а потом быстро пожалеть об этом». Я уже пожалела. Повторения я не перенесу. Особенно, если родится еще ребенок... Если я кого-то и впущу в нашу с Ником жизнь, то это будет мужчина, который докажет нам свою любовь. Которому я захочу снова поверить. Который будет любить нас обоих. По-настоящему.

Она говорит, а я понимаю, что это своего рода намек мне. Либо я буду любить их двоих, либо она сделает так, что у меня не будет ни ее, ни его. Даже в том случае, если Никита действительно мой сын, Тео не подпустит меня достаточно близко, пока не убедится, что она мне тоже нужна. Я не знаю, как она это сделает, но судя по решительности в глазах, у нее это вполне может получиться.

****

Весь оставшийся день льет дождь, поэтому из шале мы так и не выходим. Даже к ночи погода не успокаивается, так что засыпаем мы под шум дождя, разбивающегося о крышу домика.

В этом есть свои плюсы. Вечером, например, мы вместе смотрели кино, устроившись возле камина. Было довольно романтично, хоть Тео и старалась сделать вид, что ее это вовсе не трогает.

После нашего разговора днем я понял предельно ясно, чего хочет эта девушка. Настоящей семьи и вновь поверить в любовь. Именно этого ее лишил бывший муж. Веры.

Я мне нужно решить, хочу и могу ли я дать ей то, чего она хочет? И желательно не затягивать с решением.

Сплю я обычно чутко, вот и этой ночью тут же просыпаюсь от шума внизу.

Первым делом думаю о возможной опасности. Вскакиваю с постели, беру пистолет из ящика тумбы и осторожно выхожу в коридор. Сразу направляюсь в комнату Тео и Ника. Ни девушки, ни ребенка там не обнаруживаю, поэтому прямиком направляюсь на кухню и еще с лестницы вижу Теону с малым на руках.

Она стоит возле микроволновки и что-то разогревает.

– Тео? Что случилось? Вы чего вскочили посреди ночи?

Вспышка молнии освещает помещение кухни-гостиной, а раскат грома заставляет вздрогнуть Ника, который уже заметил мое появление и сейчас смотрит в мою сторону голубыми глазами.

Выглядит он как-то слишком вяло, хотя возможно это из-за того, что он только проснулся.

– Тихо, малыш, все в порядке, – успокаивающе гладит его по спине Тео, после чего обращается уже ко мне.

– У Ника температура… Эээммм… Илья, ты не мог бы спрятать пистолет? Зачем он тебе, господи-боже?

Я резко убираю оружие за пояс брюк.

– Извини. Это для защиты, конечно. Я услышал шум и подумал о возможной опасности… Так значит, у Ника температура? Высокая?

Я подхожу ближе и кладу ладонь на лоб мальчика. Горячий. Но я плохо в этом разбираюсь.

– Пока не очень. Я измерила. Тридцать семь и пять. Но есть риск, что поднимется. Жаропонижающее давать пока рано. Только от тридцати восьми.

– А насморк? Горло?

– Насморка нет. Горло немного красное. Вот, грею молоко, чтобы малыш попил.

– Может, стоит вызвать врача? Или сразу поехать в больницу?

Теона тяжело вздыхает и качает головой.

– Пока в больнице надобности нет, а врача можно и утром вызвать.

– Наверное, не стоило открывать окна сегодня днем, когда Никита спал, – тут же вспоминаю, как поправлял малому одеяло.

Но Тео спешит опровергнуть, что состояние Ника связано с этим фактом:

– Температура не из-за этого. Скорее всего, он где-то подцепил инфекцию. Это случилось раньше, просто сейчас она дала о себе знать. Нужно будет лекарство купить. У меня с собой нет противовирусных. Есть здесь аптека поблизости?

Девушка достает из микроволновки молоко и проверяет пальцами, не перегрела ли. Затем начинает переливать в непроливайку.

– Должна быть. Сейчас посмотрю по карте.

Достаю телефон и, подключившись к Wi-Fi отеля, захожу в интернет.

Тео вместе с Ником усаживается на диван, чтобы покормить мелкого.

– Есть две недалеко, – сообщаю девушке, обнаружив на карте несколько аптек на расстоянии примерно километр от отеля. – Буквально пять минут езды.

– Слава богу. Съездишь с утра, если не трудно? Я напишу, какие лекарства нужны.

– Я думаю, нам лучше ехать вместе. Не хочу оставлять вас одних.

– Всего минут десять тебя не будет, если учитывать дорогу туда и обратно.

– В любом случае, опасно. Твой отец меня не просто так нанял. Утром нужно будет опять измерить температуру Никите и, если не будет сильной, сразу поехать туда. Хотя, знаешь, у меня есть еще идея.

– Какая?

– В отеле наверняка есть специальная служба. Можно попросить менеджера и нам привезут нужные медикаменты.

– Слушай, а ты прав, – кивает Теона. – И почему мы сразу не подумали?

– Просто на моем пути встречались отели, где ни о какой «службе» и «особых услугах» речи даже близко не шло, – хмыкаю, вспоминая, в каких только злачных местах по рабочей необходимости мне не приходилось бывать.

Ник пьет не особо охотно. Видно, что ребенку больно глотать.

Мои родители так часто мучились с братом. Он постоянно болел, когда был меньше. Сейчас, слава богу, все в порядке.

– Расскажи мне, где ты бывал? – просит Теона, устало улыбнувшись. – А то я усну. А пока нельзя. Нужно следить за температурой.

– Сейчас расскажу. Будешь чай или кофе? – подхожу к кухонной зоне и беру электрический чайник.

Из крана подливаю немного воды.

– Если несложно, сделай, пожалуйста.

– Несложно, Колючка. Себе я тоже кофе заварю.

Теона благодарно кивает, вновь пытаясь напоить ребенка.

– Нужно, малыш. Горлышку будет легче.

– Короче, слушай, – опершись поясницей о стол, складываю руки на груди и начинаю говорить.

Рассказов у меня много. Хоть заслушайся.

– Как-то с парнями мы вели дело одного депутата. Подставили и заказали его. Это еще в начале моей карьеры было. Надо было спрятать этого мужика и пасти исполнителей. Так вот, отправили нас в какое-то богом забытое захолустье, которое по всем фронтам следаки оккупировали, чтобы исполнителей горяченькими взять. Поселили нас вместе с депутатом в свинарнике. Видела бы ты его рожу. Он-то к золотым унитазам привык, а тут и жрать, и спать со свиньями приходилось. По моим сведениям, он до сих пор свинину есть не может.

Тео тихо смеется, слушая мой рассказ.

– Неужели этот ваш депутат не возмущался и не просил иных условий?

– А то! Орал как резаный поросенок. Но ему ясно сказали, если хочешь жить – терпи. Жизнь дороже оказалась.

– Расскажи еще что-нибудь, Илья.

– Еще был случай…

Мы с Тео долго болтаем. Ник успевает уснуть. Температура вроде не поднимается, чему девушка очень рада. Ей удается расслабиться и погрузиться в мир из моих приключений.

Она смеется над историями и удивляется, что они реальны. Меня слегка коробит, что, в отличие от моей, жизнь девушки настолько же насыщенной не была. Ей по большей части приходилось соблюдать условности и приличия. Когда я прошу рассказать что-нибудь интересное, она смущенно пожимает плечами и отвечает, что нечего.

– Знаешь, Колючка, острых ощущений и веселья тебе не хватает, – ставлю перед девушкой бокал горячего чая, после чего наливаю себе кофе. – Как только избавимся от преследований твоего бывшего мудилы, предлагаю тебе экстремальное развлечение. Можно даже не одно.

– И что за развлечение? – делает небольшой глоток.

– Банджи-джампинг.

– Это прыжок с тросом что ли? В пропасть…

– Ага, – киваю, глядя, как хмурится девушка и качает головой.

– Неее. Это точно не моя тема! Я не прыгну!

– Трусиха?

– Да пусть даже и так, но точно тебе говорю – прыгать не буду.

– Мы прыгнем вместе.

– Ни за что!

– Я сделаю тебе массаж сердца прямо в полете, если что!

– Ты опять говоришь глупости! – смеется Теона. – Не стану и все.

– Ладно. Мы потом с тобой к этой теме еще вернемся.

– Не вернемся, Илья, – хихикает Колючка. – Предложи что-нибудь другое.

– Рафтинг? Дайвинг? Серфинг?

– Стукнуть тебя? Это все очень страшно!

– Так просто кажется. Тебе понравится. Точно говорю!

Попив чай и кофе, мы поднимаемся наверх. Я несу Никиту и укладываю его на кровать. Тео говорит, что когда у мелкого температура, она всегда кладет его рядом на всякий случай.

– После всех твоих рассказов даже спать не хочется, Бриг!

– Можем еще поболтать. Если хочешь, конечно.

Девушка окидывает меня внимательным взглядом, после чего усаживается на постель и хлопает ладонью по матрасу.

– Ладно. Давай…

– И не боишься, что я стану к тебе приставать? Мы же на одной кровати! – игриво шевелю бровями, что снова вызывает смех Тео.

– Побойся бога! Здесь ребенок!

– А если бы не было? Если бы он спал в своей кроватке?

– Если бы да кабы… Прекрати отпускать пошлые шуточки!

На самом деле, я вижу по лицу девушки, что она сильно устала. Но поболтать соглашаюсь. Правда, Теона засыпает спустя минут двадцать, а я, наблюдая, как они вдвоем с Ником спят, тоже отрубаюсь прямо на постели вместе с ними.