Часть 12

Неделя пролетела быстро… Психолог не разрешал отвозить Сашу в больницу и разлучать с матерью, поэтому Артём Викторович ждал, когда женщину выпишут, и потихонечку готовил Сашины документы. К Оксане Иванна ездила практически каждый день. Она привозила фото и видео, которые делала тайком, отвернувшись от камер видеонаблюдения, и Оксана плакала над ними и хотела уже сбежать из больницы, только бы скорее оказаться рядом с дочерью.

— Ты не волнуйся, главное! Всё хорошо будет! Скоро вы, наконец, будете вместе! — улыбалась Иванна, пытаясь утешить подругу.

Очередное утро выдалось взбалмошным: Иванна проспала будильник, и когда проснулась, стала быстро-быстро собираться. Ей пришлось вызвать такси, потому что иначе она бы опоздала и могла получить выговор от начальства, с которым отношения стали налаживаться, как казалось Иванне. Артём Викторович частенько подвозил её в больницу, беспокоился за её состояние и вёл себя так, словно она небезразлична ему. Конечно, Иванна пыталась оправдать его поведение тем, что он попросту следит, чтобы она не сделала лишний шаг и на начала разборки об убитом состоянии детского дома, но ей была приятна его забота, и порой она ругала себя за это.

Приехав на работу, Иванна замерла. Во дворе детского дома стояла машина, доверху забитая строительными материалами. Артём Викторович проверял что-то, хмурился и доказывал водителю свою правоту. Ему не нравилось что-то? А затем он поставил подпись на бумажке, махнул рукой, и машина уехала.

— Вы серьёзно? — возмутилась Иванна, приблизившись к мужчине.

— Серьёзно? Это к чему вопрос? — задал он встречный вопрос.

— Вы снова отправляете материалы для ремонта куда-то, чтобы получить деньги? Какой же вы!.. — она стиснула зубы, чтобы не наговорить больше, чем успела.

— Ну и какой же я? — с яростью в голосе спросил он, вздёргивая подбородок.

— Лживый! Нет!.. Я всё понимаю, но, Господи! Вам хоть хорошо живётся-то на деньги детей?

Артём Викторович схватил Иванну за руки и дёрнул на себя. Находясь в опасной близости от него, буквально в паре сантиметров от его губ, девушка стала часто дышать, а он посмотрел ей прямо в глаза. Его дыхание обжигало и заставляло несколько краснеть от того, что все незримые границы личного пространства оказались нарушены в одно мгновение.

— Вы занимаетесь рукоприкладством! — пискнула Иванна.

— Я могу заняться и насилием. Ты ведь сама нарисовала из меня антигероя и видишь во мне только плохое. Насильника разглядеть ещё не успела? А то я бы на твоём месте держался подальше от плохого Серого Волка. Мало ли что взбредёт ему в голову в очередной раз?

Артём Викторович резко отпустил Иванну, из-за чего она немного покачнулась на ногах, развернулся на пятках и быстро скрылся в здании детского дома, а девушка негромко всхлипнула от обиды. С одной стороны, он был прав — она видела в нём только плохое, и это было неправильно, ведь он заботился о ней. Всю эту неделю он проявлял столько нежности и заботы, что она уже возомнила себя героиней романа, в котором плохой мальчик перевоспитывается и начинает творить добрые дела, а теперь…

Иванна вошла в детский дом и негромко поздоровалась в вахтёршей, имени которой так и не узнала. Она опустила голову и медленно побрела переодеваться, но женщина остановила её голосом.

— А ты что унылая такая, Пигалица? Стряслось чего с подругой?

О том, что Иванна устроилась работать в детский дом ради дочери подруги, знали уже все, и говорили, наверное, только об этом. Впрочем, всё это не имело такого высокого значения.

— Да ничего… Всё хорошо, — ответила Иванна, не желая перемывать косточки начальника у него за спиной. Ей проще сделать это, глядя ему в глаза — высказать всё, что думала о нём.

Кожа на запястьях всё ещё горела в местах соприкосновения, а по щекам скользнули обжигающие слёзы. Уж не думала Иванна, что сможет влюбиться в антигероя истории. И что ей делать с влечением, которое возникло к этому мужчине, она не имела понятия.

Переодевшись и немного успокоившись, перекинувшись парой слов с другой воспитательницей, которая как раз уходила домой после ночной смены, Иванна вышла в коридор. Она заметила, как Вероника Олеговна о чём-то разговаривает с Артёмом Викторовичем. Как бы невзначай женщина убрала что-то с его лица, прикасаясь к коже мужчины, а он будто и не замечал её флирт или способствовал ему. Он стоял и улыбался ей, и в груди вдруг запекло от нахлынувшей обиды.