Часть 4, в которой Лика берет свои чувства под контроль

*** После утренних подвигов Егору потребовался отдых. И хоть он и рвался в бой, Лика заявила, что они берут перерыв в нагрузках. – Мы также начнем курс лечебного массажа, – сказала Соловьева, делая пометки в своем планере. Егор, с влажными после душа волосами, сидел на диване в гостиной. Они только что пообедали, снова поодиночке, и теперь собрались на совещание. На Дельмане опять была идиотская рубашка, на этот раз с огромными маками. Она совершенно не предназначалась, чтобы прятать хоть что-то. И Лика имела возможность, пусть и украдкой, рассматривать грудь Егора. Конечно, она не представляла собой какое-то выдающееся зрелище. Дельман скорее был поджарым и худощавым. Но мышцы у него были отлично развиты. А его соски дерзко торчали из-за прохладного воздуха. Во всех комнатах работали сплит-системы. На улице стояла адская жара. И не только там. А еще татуировка. Маленькая чертовка притаилась чуть выше левого соска, почти там, где сердце. Лика не могла рассмотреть, что там было выбито. И ее просто раздирало. Она огромным усилием воли пыталась заставить себя сосредоточиться на работе. Но как же трудно это было сделать. Учитывая, как офигенно выглядел Егор. Не прилагая к этому никаких усилий. Это Анжелика обычно подбирала одежду по стилю и цветам. Она в жизни бы не решилась надеть подобной рубашки. И волосы она укладывала тщательно. На пробор, да еще и завивала слегка. Ее туфли, если она их обувала, всегда были вычищены. А стрелки на брюках оказывались такими острыми, что о них можно было порезаться. Егор же сидел сейчас, закинув больную ногу на журнальный столик, крутил в руках сигарету и хитро щурился. Его волосы выглядели так, будто их не касалась рука мастера уже пару лет. Хотя наверняка те были пострижены в модельную стрижку. Просто кое-кто хер клал на укладку. На Дельмане были надеты обычные спортивные шорты с логотипом его клуба, обнажавшие подтянутые ноги. И эта идиотская рубашка. Которая, вкупе с татуировкой, не давала Лике покоя. С переменным успехом той удавалось сохранять хладнокровие и вести беседу на довольно важную тему. Реабилитация Егора. И все бы ничего. Но потом Дельман закурил. И как бы да. Лика поняла, что настал ее конец. У нее не было каких-то фетишей или чего-то в этом роде, ясно? Просто, блин. Егор Дельман выглядел как Сатана, решивший спуститься за грешной душонкой бедной Анжелики на Землю лично. Дьявол в своем самом прекрасном обличье. Вот, кем был Дельман с сигаретой во рту. То, как его губы обхватывали сигарету. То, как потом выпускали дым изо рта. То, как растягивались в откровенно-пошлую ухмылку. Все это сводило Лику с ума. Каких же невероятных усилий ей требовалось держать свои эмоции под контролем. Никогда в жизни она не испытывала такого искушения, как в компании Егора. Наверное, это окончилось бы чем-то позорным для Лики, но тут у Дельмана зазвонил телефон. Лика воспользовалась этим, чтобы поскорее убраться к себе в комнату. Оказавшись в относительной безопасности, она прижался спиной к двери и прикрыла глаза. Ее сердце бешено колотилось, будто девушку преследовали. В общем-то, так и было. Только преследовали ее откровенные видения и пошлые мысли. Яркими, сочными картинками воображение подкидывало Лике воспоминания о сегодняшнем утре. То, что она увидела в спальне Дельмана, надолго останется у нее перед глазами. Да и сейчас, в гостиной, Лике пришлось не легче. Черт. Как же ей работать в таких условиях? Самым дерьмовым было то, что Егор не делал каких-либо шагов. Он не приставал, не флиртовал. То есть, это было прекрасно! Да, прекрасно, что Егор этого не делал. Прости, Господи. А если бы начал? Впрочем, Лика лукавила. Дельман, конечно, прекрасно осознавал, какое действие оказывал на Соловьеву. Он играл с ней, как кот с мышкой. А Лика чертовски не желала быть съеденной. Внезапно в дверь за ее спиной постучали, и Анжелика вскрикнула от неожиданности, подпрыгнув на месте. Сердце заколотилось вновь с бешеной силой. Переведя дыхание, она приоткрыла дверь и уточнила: – Что-то стряслось? – Звонила Таня, – Егор прижался плечом к дверному косяку. Не делая, впрочем, попыток войти. За что ему спасибо огромное, Лика бы не выдержала. – Сказала, что завтра приедет. Спросила, не нужно ли что-то привезти. – Да, – Лика приложил ладонь к груди, где колотилось сердце. Ей даже было немного больно дышать. – Да, мне будет нужно кое-что забрать из моего медцентра. Я сама думала туда ехать, но если привезет Татьяна, то будет отлично. – Твоего медцентра? – Дельман приподнял брови. – А ты у нас богатенькая девочка? Или завела себе покровителя? – На что ты намекаешь? – Лика мигом переключилась с роли жертвы на оскорбленную невинность. – Если тебе кто-то купил место в клубе, не значит, что все так делали! – Да ты! – Егор предсказуемо разозлился. – К твоему сведению, я всего всегда добивался сам! Каждый ебаный кубок – результат месяцев и лет тренировок. – Так почему ты думаешь, что я не такая? – холодно поинтересовалась Лика, ничуть не впечатленная этой отповедью. – Почему автоматически лишаешь меня шанса оказаться профессионалом? Егор поменялся в лице. Видимо, до него что-то начало доходить. Потому что он просто промолчал, развернулся и захромал прочь. Агрессивно постукивая своим костылем. Лика проводила взглядом его спину и закрыла дверь. Что ж, пока она держалась относительно неплохо. Контроль и еще раз контроль. К черту чувства. Надо терпеть. Егору нужно вернуться в спорт. Для него это важно. А если они оба сейчас поддадутся эмоциям, то все пойдет к черту под хвост. Такое никогда ничем хорошим не кончалось. Дельман сейчас будет все отрицать. Но на самом деле, все эти его заигрывания, агрессия – все это лишь косвенные выражения страха и неприятия ситуации. Он боялся. Боялся по-настоящему, что не сможет вернуться к футболу. Боялся не столько из-за потери денег, их у Дельмана было достаточно. Сколько из-за любви к спорту. Он был не просто фанатом. Он был фанатиком. И каждый раз, когда Лика попадала в болевую точку, реакция была столь бурной, что сомнений не оставалось. Лика должна взять под контроль все свои чувства даже не ради себя. А ради Егора в первую очередь. *** Созвонившись с Татьяной, Лика попросила ее привезти один тренажер. С его помощью возврат работоспособности мышц голени Егора должен быть пойти быстрее. Меж тем, стоило немного сбавить обороты. Потому что Соловьева видела, Дельман привык принимать любой вызов. Каждый гребаный вызов в этой жизни. А для Анжелики было важно вернуть здоровье его ноге, не навредив всему остальному организму в целом. Когда ближе к вечеру Лика вновь показалась в гостиной, Егор тоже был там. Они условились встретиться в пять для сеанса массажа. Дельман посматривал на Лику с некоторой опаской. Словно боялся, что же та выкинет. Они оба выглядели как соперники на ринге. Не знающие, что же предпримет другой в следующую минуту. Ужасное состояние. У Лики никогда еще не было такого сложного клиента. Но ей были нужны деньги. Да, дело только в них. – Уже пять, док, – Егор усмехнулся уголком рта. – Слышал, ты запланировала на этот вечер кое-что горяченькое? – Дельман, угомонись, – Лика закатила глаза, расставляя на столике вещи, которые принесла с собой. Антисептик, новый эластичный бинт и специальную мазь. Рецепт которой составляли лично для нее. – Лучше ложись. – Мне уже нравится начало, – Егор подвигал бровями и лег на диван в уже привычной позе – с закинутыми за голову руками. Лика присела рядом, размотала бинт и отметила, что припухлость стала сильнее. Она нахмурилась. Их утренние упражнения не прошли даром. Чертов гордец. Анжелика обработала кожу Егора и свои руки антисептиком, затем достала из банки немного мази и растерла ее между пальцами. – Знаешь, – задумчиво произнес Дельман, – будь на тебе и на мне чуть меньше одежды, я мог бы подумать, что ты собралась меня поиметь. – Как же удачно, что мы полностью одеты, – фыркнула Лика. Ее щеки неконтролируемо вспыхнули. Она ничего не могла с собой поделать. Чертов Дельман, несмотря на все внутренние барьеры, которые Анжелика выстраивала половину дня, все равно оказывал на нее влияние. Втирая прохладную вязкую мазь в кожу, Лика честно пыталась сосредоточиться на том, что это все являлось лечением. А не сексуальной прелюдией. Но Дельман не облегчал ей задачу. Он, будь проклят тот день, когда Егор родился, издавал настолько порнографичные звуки, что у Лики каждый раз случался микроинфаркт. Она клялась себе, что когда-нибудь отомстит Дельману. Крупно отомстит. Но сейчас ей приходилось лишь закусывать губу и продолжать свою работу. Кожа разогрелась, у мази был подобный эффект, порозовела и стала выглядеть здоровее. Закончив, Лика замотала голень новым бинтом, стягивая его чуть туже, чем оно того требовало. Она испытывала немного садистское удовольствие, когда нахальный Егор морщился и постанывал уже от боли. Удивительно, Дельман, что, так расслабился, что решил продемонстрировать свои настоящие эмоции. – Мы закончили, – объявила Анжелика и быстро поднялась на ноги. Стараясь не смотреть Егору в глаза, она стала быстро собирать свои принадлежности. – Лика, постой, – позвал Егор неожиданно тихо. Девушка, уже почти сбежавшая из гостиной, замерла. Но обернуться не решилась. – Что? – спросила она не самым вежливым своим тоном. – Давай поужинаем вместе? – отчего-то в голосе Дельмана не было привычных наглости и уверенности. – Пожалуйста. И от этого слова все тщательно выстраиваемые барьеры Лики рухнули. Она смогла только кивнуть и сбежать к себе в комнату. Черт. Черт. Черт. На что она только что подписалась.