66

Глава тридцать четвертая, или По душам

Сэладор Э`дран.

За окном уже давным-давно царствовала темная ночь, но мы с Техо все еще не спали. Львиная часть времени ушла на обсуждение мирного соглашения, потом вносились поправки в торговые договоры, следом обсуждали ближайших соседей. А потом — как-то оно само вышло — разговор перешел совсем в другое русло.

И если раньше от этого человека я волей неволей ждал удара в спину, то теперь чувствовал себя куда-как спокойнее. Если раньше Техо буквально источал опасность, то сейчас, скорее, умиротворение и спокойствие. Нет, я не начал перед ним вываливать все свои самые страшные тайны и раскрывать слабые места, скорее, просто мог говорить свободнее. Словно мы с ним добрые друзья.

— Юрген, кстати, сбежал, — усмехнулся он. — Но честно говоря, я так и планировал. Он тебе нужен?

— Нет, пусть бежит, — ответил я, пригубив стакан с янтарной жидкостью. — Это, наверное, всем на руку. Только я не понял, из-за чего он так на меня.

— У нас с ним, если так подумать, схожие ситуации, — задумчиво ответил Техо. — Мы оба искренне полагали, что из-за тебя лишились своих самых близких людей.

Я нахмурился. Интересные новости. Про то, что Юрген мог на меня затаить обиду и злобу, которая впоследствии выльется в месть, я думал еще в самом начале. Мне прекрасно известно, что именно по вине моей армии он лишился своих близких. И, увы, я ничего не мог это сделать. Только поверить Улло на слово. Но вот о том, что и Нигулас мог кого-то лишиться по моей вине… Это не укладывалось в голове. Когда? Как?

— Твой первый день правления, — Техо ответил на мой немой вопрос. — Твои парни порушили нам часть замка, неплохая, кстати, вышла демонстрация силы. А там была моя… истинная.

Я вздрогнул. Дракон внутри меня недоверчиво рыкнул. Я был готов разорвать Техо только из-за того, что он похитил Лизз. Боюсь даже представить, что бы сделал, если бы узнал, что она мертва. И это при том условии, что наша связь разорвана. А Нигулас… Нигулас столько времени выжидал, строил какие-то планы, прикидывал свои шансы, нашпиговывал мой двор своими людьми. Месть сладка, но есть ли от нее удовлетворение, когда она так долго готовится? Это все равно, что многие годы стоять у прилавка на ярмарке, смотреть на яблоки в шоколаде, но не покупать. Потом от этого яблока тошнить будет! А в нашем случае, так вообще… Столько времени потратить на месть и узнать, что в этом не было никакого смысла. Может, предложить ему еще разок вмазать мне? Ну, чтобы хоть как-то отыгрался.

— … по крайней мере, я так думал долгие годы. Но сегодня твоя Лизз показала, как все было на самом деле.

Видимо, он говорил про артефакт с воспоминанием. Я молчал, боялся, что если вставлю хоть слово, то он перестанет говорить.

— И, увы, этой правды знать не хотелось бы, — он горько усмехнулся. — Потому что мою… мою женщину убил мой отец. Решил воспользоваться случаем и для того, чтобы лишить меня главной слабости, и для того, чтобы сильнее возбудить мою ненависть к тебе. Заманил ее на важный разговор в свой кабинет, когда почувствовал тебя у границы. Тогда он понял, что не сможет тебя сдержать. За тобой, по его пониманию, такая аура силы шла, что он и сам подумывал о заключении мира. Но в то же время осознавал, что его срок подходит к концу, что мне придется взойти на трон. Таким вот образом и решил сделать меня сильнее.

Отец?!

Что бы я сделал, если бы узнал, что отец убил мою истинную? Точнее не так. Что бы сделал мой дракон?

— Я не умею говорить слова утешения, — выдохнул я. — Но если тебя хоть немного отвлечет, я скажу. Скажу, что от моей истинной мне пришлось избавляться собственными руками. Дважды. Первый раз — в первый день правления. Я самолично отказался от всего, что делало меня слабым. В том числе, от Лизз. Именно по моей просьбе богиня отправила ее в другой мир. И второй раз… совсем недавно. Мы провели ритуал разрыва связи.

— Что?! — Нигулас был немало удивлен. Смотрел на меня, словно я древний трехголовый дракон, одна голова которого дышит пламенем, вторая — плюется водой, а третья замораживает дыханием.

— Пророчество, — повел плечами. — Потому мне пришлось.

— И… как?

— Да кто его знает, — сделал еще один глоток, — кажется, все стало еще более запутанным. Но связи больше нет. Если ты спрашивал о том, каково это отрезать от себя кусочек, то скажу так -- болезненно. Очень болезненно. Представь, что у тебя тупой кинжал, которым тебе предстоит отрезать свою ногу. И руку. И сердце. И все это одновременно.

— Хмм… Сэладор, теперь мой ход в этой внезапной игре в искренность. Моя очередь тебя удивлять. Я, будучи уверенным в том, что моя женщина умерла именно из-за тебя, захотел отомстить. Но вот не знал, что вы разорвали связь, даже не догадывался. Я предложил Лиззавете договор. Она — станет моей фавориткой, и я тебя не убиваю. И знаешь, она согласилась. То есть… женщина, на которой не было никакой привязки чар, согласилась таким образом пожертвовать собой ради тебя.

— Может, ты просто ей понравился, — не знал, как реагировать, а потому криво отшутился. И не менее криво улыбнулся.

— Исключено, — Нигулас даже хохотнул. — Уж поверь, я изо всех сил добивался ее ненависти. Где-то даже перегибал планку…

— Перегибал планку? — уточнил я.

Видимо, в моем голосе просквозило что-то, что заставило Нигуласа поспешно проговорить:

— Не беспокойся, Лизз не пострадала.

Кивнул. И в кабинете Техо повисла комфортная тишина. Хорошо, когда с людьми есть, о чем поговорить, и темы никогда не иссякают. Но довольно редко встречаются те, кто не заставляет нервничать из-за тишины. Наоборот, тишина становится комфортной, будто вы вместе слушаете увлекательную симфонию.

— Ты достойный правитель, Сэладор, — внезапно произнес Техо. — И я правда рад, что теперь мы с тобой официальные союзники.

— И ты, Нигулас, достойный, — я чуть приподнял бокал, негласно предлагая за это выпить.

После поднялся на ноги. Следовало идти спать — завтра стоит вернуться домой. Сыновьям я уже дал знать, что все в порядке, что Лизз по ним очень соскучилась. И они едва ли не требовали, чтобы девушка завтра была у них в гостях. Лизз в моем замке. На день? На два? На три?

От этих мыслей было неприятно. Неприятно внутри. Сердце щемило, дракон недовольно ворочался. И я сам не мог понять — а что я хочу? Чтобы она задержалась подольше? Чтобы задержалась навсегда?

Теперь она не моя истинная, интересно, будет ли тогда работать пророчество?

— Соседняя дверь от твоих покоев, — проговорил Техо, когда я уже направился к двери. Голова чуть кружилась, но шел я прямо.

— Ты о чем?

— Думаю, ты понял, — ответил Нигулас и улыбнулся. — Послушай мудрого человека. Если обладаешь сокровищем, храни его изо всех сил. Особенно, если обладаешь не благодаря, а вопреки.