Глава 27

Забегаю в комнату к Артуру. Щеки мокрые от слез, а я ведь их даже не чувствовала. Гадко, отвратительно. Словно бы я вся чем-то измазанная. Нестерпимо гадко.

Малыш капризный и сонный. Еще бы. Чужие люди, чрезмерное внимание. Притворное.

Укладываю Артура, сама немного отвлекаюсь и выдыхаю.

Не знаю, сколько проходит времени с той отвратительной сцены.

Я стою у окна и вглядываюсь в серый лес, совершенно смешавшийся с темнотой вечера и густой стеной дождя.

Терпение. Тебе осталось вытерпеть всего ничего… Всего ничего…

-Маша,- слышу стук в дверь и голос Амира за ней. Замираю, молчу.

-Открой, Маша. Я знаю, что ты здесь!

Артурчик крутится в кровати от шума, ворочается хныкает. Всем здесь плевать на покой безвинного ребенка.

Я раздраженно распахиваю дверь.

-Сына разбудишь, тише,- шиплю ему, но он не дает договорить, хватает меня за руку и тянет на себя.

- Что он сделал, Маша?- спрашивает, поджимая челюсть и наступая, заходя в комнату.

Позади Амира хлопает дверь.

-Ничего он не сделал. Успокойся уже…

Он не слышит меня. Идет напролом. Я пячусь назад, а он надвигается. Шаг, второй, третий. Я зажата у стены. Его рука сжимается на моем плече, губы совсем рядом с моим лицом. Я чувствую каждый его вдох и выдох. Голова кружится.

-Пусти, хватит…- не прошу, молю…

-Что предлагал? Что он тебе предлагал, Маша?- продолжает заведенный Амир.

Паника начинает затоплять мое сознание, трансформируясь в единственную формулу. Лучшая защита- нападение…

-Я устала, оставь меня в покое, а? Ничего из того, что было бы зазорно для тебя!- выплевываю ему в лицо.

Его глаза сейчас как два черных угля.

-Ушлепок,- цедит сквозь зубы,- он никогда больше не переступит порог этого дома.

Я молчу. Этот разговор бессмысленный. Единственное, что мне сейчас хочется, это сбежать в свою комнату и долго мыться под душем от всей этой грязи.

-Он больше никогда к тебе не прикоснется…-говорит Амир и протягивает руку к моему лицу, гладит по щеке,- никто...

Делает шаг вперед, сильно сокращая расстояние между нами. И я отчетливо теперь чувствую запах спиртного. Он пьян. Несильно. Амир никогда не пьянеет до состояния невменяемости. Но это объясняет его резкость… Что у трезвого на уме…

Отодвигаюсь от его прикосновения.

-Дай мне, пожалуйста, пройти. Хватит… Мы все решили с тобой…

Накрывает пальцем мои губы, лишая возможности говорить. Потом сковывает в тиски своего широкого корпуса, преграждая отступление с двух сторон. Глубоко дышит.

- Ни хрена мы не решили, Маша… Не могу я без тебя…

-Можешь…- собиравшиеся все это время в уголках глаз слезы прыскают фонтаном,- черт тебя дери, Амир! Можешь! Не мог бы- давно пришел бы! Не отпускал! Знал бы!

Он стонет- так болезненно, надрывно. Мучает меня этой свой проклятой искренностью еще сильнее.

-Ты не понимаешь, что я дал тебе свободу только потому, что ты сама отчаянно просила, Маш?! Потому что любил тебя до безумия! Потому что если так сильно любишь… Я с мясом и костями вырывал тебя из себя. Запрещал себе звонить, запрещал следить, запрещал мешать тебе жить… Не мог я дать тебе нормальный брак человеческий, который ты заслужила, понимаешь?- шепчет рвано,- решил, что такая красавица и умница и без гнилого меня найдет себе счастье… Мог бы держать… Мог бы запереть тебя в башне и не выпускать, только разве это был выход? Ты волком бы на меня смотрела за то, что я тебя силой держу рядом любовницей! Знаешь, каково это- такому, как я, отпускать ту, которую считаю своей… Кто и так была моей… Я был твоим единственным, Маш… Я первый поцеловал эти губы,- снова проводит по моему рту, размазывая слюну, смотрит, как заколдованный,- я первым… думать о том, что потом ты отдавалась другому… другим…- шипит, словно бы от этого ему больно,- это такой проклятый ад… Ты единственное светлое пятно в это гадкой жизни. Ангел, который упал в мою преисподнюю по ошибке.

Опускает руки на мою талию, ведет по бедрам. Прикосновения его такие тягучие, такие сумасшедше- одержимые, меня трясет… Не вырваться…

-Твое красивое тело было создано для того, чтобы рожать мне детей… Я бы с ума сходил от удовольствия и любви, когда бы смотрел, как здесь,- накрывает пятерней мой живот,- росла бы моя жизнь… А я… Мы были бы счастливы, Маша…

Закрывает глаза, глубоко и рвано выдыхает мне в шею.

-Поверь мне, это не жизнь сейчас, Маша- малыш. Это ад…

Я сильно-сильно жмурюсь, надеясь, что он сейчас растворится. Что это просто очередной мой болезненный сон. Кошмар искаженного прошлого, которое нон-стопом преследует меня… А когда распахиваю глаза, вижу на пороге Эльмиру.

Она смотрит на нас, совершенно стеклянным взглядом. Застывшим. Безжизненным…

Отмираю, начинаю остервенело отпихивать от себя Амира.

-Здесь твоя жена! Пусти меня, наконец! - кричу на него, колошматя по каменным плечам.

Он нехотя оборачивается на нее, но даже не думает отступать от меня или выпускать из рук...