Глава 19

Что происходит?!

Я, наверняка с расширенными от изумления глазами, уставилась на дракона.

Что он со мной сотворил?!

Я медленно моргнула.

Мир снова оказался пронизан разноцветными тонкими нитями. Они были повсюду, окутывая предметы обстановки и собственно хозяина.

Вокруг него в основном были жёлтые нити, несколько красных и темно-синих.

Я торопливо моргнула. Снова эта жуткая магия, а я ни сбежать, ни пошевелиться не могу!

– Как я уже сказал, Алекс, сказал мужчина, медленно подходя ко мне, – мне кажется, ты слишком наглая для рабыни. Ответь мне на несколько вопросов, девица. Твоё имя Алексанра Тирс? – прорычал дракон.

– Как я тебе отвечу, мерзавец, если ты... – заорала я внезапно вслух и осеклась, поняв, что Натан меня слышит. – Вы вернули мне голос?

– Отвечай только на мои вопросы. Честно и подробно, – мрачно сообщил мне мужчина, встав в опасной близости от меня и пристально вглядываясь в моё лицо. – Я пока не хочу применять к тебе более суровые методы, поэтому даю возможность рассказать всё само́й. Поверь, я узна́ю, врёшь ты мне или нет. Так что врать не советую.

Как обмануть детектор лжи?

Максимально искренне верить в то, что ты говоришь. Не произносить откровенную ложь. Вкладывать эмоции в ответ.

Изворачиваться, отвечая на неудобные вопросы своим вопросом.

Крутиться, изворачиваться, говорить полуправду.

Что же, сыграем в эту игру, дракон.

Я надела на лицо хладнокровную маску учителя.

Это только кажется, что учителя всегда эмоциональные и открытые люди.

На самом деле, учитель должен мастерски владеть голосом и актёрским мастерством.

Молодые учителя наивно считают, что когда им советуют никогда не срываться и не орать на детей, дело в том, что в современном мире тебя могут подловить с записью на телефон в любой момент.

И потому ты должен постоянно контролировать себя и свои эмоции. Это, конечно, тоже правда.

Но дело не только в этом. А в том, что, переходя на крик, ты теряешь авторитет в глаза детей, признаваясь в своём бессилии. Но, чёрт побери, как же это трудно порой!

Все люди, все мы смертны и грешны. Но после первой подобной ситуации ты понимаешь, насколько это непоправимый ущерб для твоей репутации среди учеников.

И потому учишься владеть своими эмоциями.

Ругаться искренне, но не переходя на крик и не теряя достоинства. Как бы тебе на самом деле ни было обидно.

Уверена, в подобных ситуациях оказываются представители многих профессий. Когда ты вынужден скрывать свои истинные эмоции и переживания.

Надеюсь, за годы работы в школе, я научилась это делать в достаточной мере, чтобы теперь обмануть дракона с его прокля́той магией.

– Перед вами сейчас Александра Тирс, ваша рабыня! – решительно произнесла я, глядя прямо в глаза Натану. – Но это не значит, что я буду беспрекословно вам подчиняться. Я человек и у меня есть чувство собственного достоинства, ясно вам?!

– Ты из семьи магната Тирс? – задал следующий вопрос хозяин, продолжая вглядываться в мои глаза.

– Нет, – вполне честно ответила я.

– Ты из другого мира?

Хорошо, что я не могу двигаться, а то бы поперхнулась или вздрогнула от неожиданности. Главное – не торопиться и не затянуть с ответом. ЧТО МНЕ СКАЗАТЬ?!

– Пф-ф, разве такое возможно?! – фыркнула я.

– Ты хочешь сказать, что ничего не слышала о попаданках? – надменно улыбнувшись, спросил Натан.

Так, кажется, он всё-таки меня в этом подозревает. Слишком многозначительная ухмылка.

– Слышала, конечно. Думаете, если я из нищих, то совсем безграмотная? – проворчала я. – Как вы такую бы до детей своих допустили! Я даже закон знаю: все пришельцы из других миров должны пройти регистрацию, обучение и обязательную отработку.

– И? – рыкнул мужчина.

– Что? – непонимающе уставилась я на него.

– Ты проходила? – раздражённо задал вопрос мужчина.

– Нет, конечно! – фыркнула я.

– Так ты из другого мира? – повторил вопрос Натан.

Вот зараза, чего привязался!

– С чего вы это вообще взяли?! – оскорбилась я. – Все непокорные рабыни могут быть только попаданками?! Своей воли у женщин этого мира быть не может?! Делайте что хотите, но вы самый настоящий шовинист!

– Я понимаю, что ты делаешь, девица. Ты юлишь, – холодно процедил хозяин. – Я предупредил. Не ври и отвечай честно. Не хочешь по-хорошему, будем по-плохому. Итак, мы остановились на том, что ты не хочешь раздеваться? Ничего, я тебе помогу, вольная женщина. А ты вольна и дальше стоять зачарованной, пока я буду делать, как ты мне и сказала, что захочу.

Если бы могла, я бы убежала прочь. Или хотя бы отступила. Или сжалась.

Ну а пока могло только сжаться моё сердце. Он как-то всё понял, хоть я нигде и не соврала!

Мужчина молча зашёл мне за спину и, судя по дуновению ветра, что-то начал делать вокруг моей головы.

Я почувствовала жар, растекающийся от головы вниз.

Поискав глазами любую гладкую поверхность, чтобы увидеть хотя бы в отражении, что там происходит у меня за спиной, я чертыхнулась про себя. Как назло, всё в кабинете хозяина было матовым. Ни одной отражающей поверхности!

А потом я это почувствовала.

Он перекинул мои волосы через вперёд, через плечо, освобождая от них спину.

А потом он прикоснулся к моей шее, проведя больши́м, шершавым пальцем по позвоночнику вплоть до места, где начиналось нижнее платье.

И ниже… Тепло от его ладони, оказавшейся на моей пояснице, расходилось по телу жаркой волной непонятного мне чувства.

Сердце заколотилось сильнее.

Я скорее поняла, чем почувствовала, как он дёрнул за шнурок.

Он действительно меня разденет?!