Глава 28

– Круг с глазом и слезой означает защиту от трагедии, – выдержав театральную паузу, продолжил хозяин. – А спираль внутри квадрата – продолжение рода. Если подвести итог, то выходит, что тебя, как и маму-попаданку, призвала в этот мир некая сила, стремящаяся спасти нашу семью и оградить её от бед.

– Звучит слишком пафосно, если честно, – решила разрядить я обстановку. – Слишком важная миссия для учительницы физики.

– Значит, ты та, кто может справиться.

– Ага, каждому даётся тот крест, который он может вынести, – решила съязвить я.

– Про крест не понял, но общий смысл уловил, – улыбнулся Натан.

– А что было дальше?

– После появления попаданки странные смерти прекратились на некоторое время.

– Некоторое?

– Да, – тяжело вздохнул Натан. – Отец любил нашу мать, но смог полюбить и ту, что пришла к нам из вашего мира. Вплоть до рождения Виви всё шло своим чередом, как в обычных семьях. Отец, используя знания мамы-попаданки, смог добиться небывалых успехов и богатства, а потом родилась Виви. И всё началось снова.

– Какая жуть! – прошептала я.

– Моя жена была девушкой из известного в Драгондаре рода Сойт. Изабелла была умна, очаровательна и нежна, как мне казалось. Я любил её, – с горечью произнёс мужчина и опять надолго замолчал.

Его откровенность пронзила меня, словно игла тонкую ткань. Внутри меня завертелась какая-то странная смесь ревности и тревоги.

Слова о его жене звучали так нежно, так искренне, что я почувствовал, как сердце сжалось от непонятной мне боли.

В мгновение я ощутила себя как ненужный элемент в пазле. Лишний.

Но я осадила себя. Ревновать бессмысленно. У меня нет для этого ни оснований, ни опасений: Натан говорил о ней в прошедшем времени.

Была. Любил.

Его слова отозвались в моей душе так остро, наверное, потому, что так сильно я никогда не любила. Может, это и хорошо.

– Когда у нас родился Тонайо, именно она выбрала ему такое необычное имя, а я ей во всём потакал, – продолжил мужчина слегка изменившимся голосом. – И всё было замечательно. Когда она забеременела во второй раз, я был абсолютно искренне счастлив. А потом, в одно утро, когда срок Изабеллы уже подходил, мы нашли отца у треклятого камина в той же позе. Мёртвым.

Натан снова замолчал. Я тактично сохраняла тишину, теребя край его камзола.

Мне хотелось как-нибудь поддержать его, но я не знала, что ещё сказать или сделать.

Если честно, я думала коснуться его руки, но смущалась и боялась, что он может как-то неправильно это понять.

– Его нашла Изабелла, – хрипло продолжил Натан.

Я ахнула.

Я уже поняла закономерность. Тот, кто находил мёртвого, становился следующей жертвой, не считая маленького Адама.

– Изабелла перепугалась до смерти, и у неё случились преждевременные роды, – с горечью произнёс мужчина. Что-то пошло не так, и Виви родилась с неизлечимой болезнью, как ты уже знаешь. В первые дни её жизни целители сказали, что мы должны приготовиться к худшему, потому что дети с такими повреждениями ауры долго не живут.

Как же это всё жестоко и несправедливо по отношению к их семье и Виви! Сердце кровью обливается.

– А потом, через неделю после рождения Виолетты, мы нашли маму в гостиной, – тихо проговорил мужчина. – Камин я приказал снести сразу после смерти отца, но она всё равно сидела напротив того места. Мёртвая. С живой Виви в руках. Что она сделала, не знает никто. Но малышка, как ты видишь, до сих пор жива. Целители сказали, что она смогла как-то вплести в её ауру способность приобрести симбиота, но, видимо, поплатилась жизнью.

– В сотый раз за сегодня я искренне соболезную твоему горю, Натан, – искренне произнесла я и ободряюще прикоснулась к его руке.

Натан сжал мою руку в своей.

– Белла не выдержала и сказала, что с неё довольно этого, – с горечью прохрипел Натан. – И сбежала в неизвестном направлении. Я так полагаю, что она умерла, мучимая угрызениями совести, раз недавно вернулась к нам в образе банши, вступив в итоге в симбиоз с Виви. Это я обнаружил не сразу, пытаясь найти среди нянь ту, что сможет помочь справиться дочке с болезнью. И судя по всему, она считает, что может вернуться к жизни.

– А это возможно? – осторожно спросила я.

– Нет, – отрицательно помотал головой мужчина. – Но банши можно назвать условно разумными существами, у которых одержимость идей и достижение целей заменяет разум.

– А как это всё объясняет тот факт, что я смогла расколдовать ту заколку?

– Заколку моя мать подарила Белле, а та – Виви, – с лёгкой улыбкой проговорил мужчина. – Я думаю, у тебя есть какая-то связь с моей матерью. Но какая? Это нам ещё предстоит с тобой узнать.