Глава 3. Сумасшествие близко

Малыш просто разрывался от ярости. Он никогда так себя не вёл, даже с незнакомцами! Эта собака всегда была олицетворением флегмы и собственного достоинства, а тут… Ну прямо из себя выходит, чуть из шкуры не вылазит!

Запахнув куртку на груди, чтобы спрятать Некса, я выглянула во двор и прикрикнула на собаку:

— Малыш, фу!

А потом улыбнулась приветливо незнакомцу:

— Добрый день. Вы ко мне? Заходите, не бойтесь, он не укусит.

Мужчина открыл калитку, проходя на дорожку, повёл рукой в сторону собаки:

— Я не боюсь. И думаю, что к вам.

Он прошёл мимо враз замолчавшего Малыша и поднялся на крыльцо. Странные мягкие сапоги почти без подошвы скрипнули легонько, а я смотрела на них и думала, что не к добру. Вот не к добру и всё тут…

— У вас кошка или собака? — спросила я, стараясь всё же быть приветливой. Мужчина непонимающе прищурился. Пришлось объяснить: — Ну, стрижка собаки или кошки? Вы же по объявлению?

— Нет. Я не за этим.

Он прошёл в кухню, бесцеремонно перешагнув через описавшегося Цезаря, и встал перед Глашей. Та словно обалдела в первый момент, а потом села, вытянувшись, как солдат перед генералом. Мужчина раздул ноздри и спросил ледяным тоном:

— Ну, и где он?

— Кто? — удивилась я.

— Я не вам, — бросил он и снова спросил у питбулихи: — Фирис, где принц?

Ну конечно. Пришлый незнакомец разговаривает с питбулихой о принце. Правильно. Глюки продолжаются.

— Простите, я не совсем понимаю, что вам надо, — твёрдым голосом произнесла я. — Вы кто?

Тут из-под куртки показалась мордочка Некса, и ящер пискнул:

— Советник…

— Что?!

Я глянула на ящера, потом на мужчину. На меня уставились тёмные глаза, словно обведённые чёрным карандашом, и незнакомец воскликнул, обращаясь к Нексу:

— Ваше высочество! Что за поведение?! Немедленно оставьте эту… этого… человека!

Ящер вздохнул совсем как ребёнок и медленно скользнул вниз, перебирая коготками по кофте. Но на полпути передумал и снова залез на прежнее место. Раскрыл пасть и высунул язык, словно дразнясь. Незнакомец вздохнул, качая головой, и сказал мне:

— Я забираю его.

— С какого перепоя? — насторожилась я. Впрочем, насторожиться надо было ещё раньше, но сейчас прямо как что-то стукнуло в голову: Машка, аларм! Грядёт тот самый пиз… поворот, который дышит мне в спину с появления Глафиры в доме. Надо отступать. К печке, там есть кочерга…

Мужчина провёл рукой перед собой, словно протирая воздух между нами, и я сглотнула. Сумасшедший… Как же мне повезло! Но Некса я не отдам, пусть даже не мечтает! И даже покрепче прижала ящерицу к себе. А незнакомец нахмурился, что-то пробормотал. Отступил. Глафира приблизилась к нему, присела у ноги, посмотрела преданным взглядом. Ну нифига себе! Питбулиха прямо стелется перед ним! С чего бы это?

Кочерга удобно легла в руку.

— Его высочество наследный принц империи Эридан должен быть дома, — сверкнул глазами мужчина.

— Какой ещё принц какой ещё империи? — а я тоже умею глазки делать большие и страшные! — Если это ваша ящерица, предъявите бумаги. И вообще, даже если собака с вами собралась идти, ящерица не хочет! Как её зовут?

— Его, — мужчина даже задохнулся от негодования, — зовут Атахавиринекс Итакийский из рода Великих Южных Огневых Драконов, его высочество наследный принц империи Эридан!

— Ага, а меня — Елизавета Английская, королева, вторая по порядковому номеру, — язвительно ответила я. — Давайте серьёзнее!

— Девушка, я очень серьёзен.

— Хорошо, а вас как звать? — я перехватила кочергу чуть повыше. Глафира заворчала, подходя, и зубами взяла железяку из моей руки. Перед таким поведением собаки я даже растерялась. Да что ж такое? Кого должна защищать эта неблагодарная?

— Меня зовут, — он выпрямился и задрал идеально выбритый подбородок, — Эвиксандори Велейский из рода Огневых Драконов, первый советник его величества императора Рандаверилокурта Итакийского Эриданского!

— Господи… У вас язык не заплетается? Сколько титулов… — пробормотала я. — Попроще давайте.

— Люди… — с некоторым презрением в голосе ответил советник. — Проще некуда: я советник императора, он принц, сын императора. Мы драконы, живём в мире драконов, и сейчас мы уйдём в мир драконов. Так понятнее?

Я кивнула. Драконы, ога. Дважды. Хотя мой Некс как раз похож на дракона, но не вот этот вот… хлыщ. Поэтому с сомнением глянула на советника и покачала головой:

— Что-то вы не очень… драконисто выглядите. У Некса вон рога и крылья, а у вас? Не выросли?

Он обжёг меня ледяным взглядом (а ещё огненный!) и принялся освобождаться от пальто. Опаньки, меня ждёт особенный стриптиз? И кочергу противная Глашка отобрала… Хоть бы Пашка защитил — когтями в лицо, например — так нет, сидит на шкафу и помалкивает, будто его вообще ничего тут не касается. А потом будет подлизываться!

Советник аккуратно положил пальто на спинку стула и снова повернулся ко мне. На его лице словно щербинки показались. Странные, подозрительно похожие на… чешуйки, как у Некса! Скулы с висками, щёки, лоб, подбородок оказались покрытыми змеиной (или драконьей) кожей. Между волос выросли небольшие тупые рожки, а из-за плеч раскрылись широкие кожистые крылья, натянувшиеся на костистых выростах, из которых торчали острые когти.

Ой ё…

Некс зашевелился и пыхнул паром в сторону советника, который сейчас был очень похож на дракона. И запищал тоненько:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Не пойду домой!

Я даже головой встряхнула. Ящер умеет говорить? Незнакомец вырастил крылья? Я сплю и вижу сон? А ну да, надо ущипнуть себя.

Так и сделала. И, походу, перестаралась, от души щипнула, так заболело, что я всхлипнула. Теперь синяк останется. Значит, не сон. Но драконов не бывает! Или бывают? Что он там говорил? Другой мир… Так, Машка, захлопни варежку. Нечего тут всяким рептилоидам показывать своё удивление!

— Симпатично, — кивнула я, старательно изображая на лице весёлую улыбку. — А вы всё время так не ходите? Скрываетесь?

— Это парадное воплощение, — с достоинством ответил советник. — А вот это будничное.

Крылья исчезли, рожки втянулись, чешуйки растворились. Передо мной снова стоял обычный, хоть и очень красивый мужчина. Прямо вот влюбилась бы, если бы он тут стриптиз с крыльями не показывал… Но Некса отдавать всё равно не хотелось. Ведь как-то же ящер оказался в нашем мире, в лесу, один, на морозе… Значит, или убежал, или его выбросили. В любом случае, в том, драконьем, мире ему грозит опасность. А я не для того выходила малыша, чтобы отдать на растерзание.

— Ладно… Но Некса я вам всё равно не отдам.

— Я сам заберу, — с милой улыбочкой пообещал советник. Некс высунулся из-под кофты и натуральным образом зашипел, выпуская пар. Интересно, какими полномочиями обладает этот хлыщ?

— Не думаю, что у вас есть достаточно власти, чтобы тащить наследника императорского против его воли.

Из выреза кофты послышался злорадный смешок. По крайней мере, мне так показалось. Принц или не принц, мистер Некс у нас, оказывается, вредный. А я оказалась права, потому что советник с непроизносимым именем слегка стушевался и сказал быстро:

— Наследнику необходимо вернуться в империю. Это приказ вашего венценосного отца, ваше высочество!

Некс фыркнул и снова подал голосок:

— С ней!

— Что «с ней»? — снова нахмурился советник.

— Вернусь с ней.

— Что?! — хором удивились мы с мужчиной, а Пашка откликнулся со шкафчика:

— Машка дракон! Некс дурик!

Советник бросил взгляд на попугая, и тот сник, словно корова не его. Незнакомец сказал негромко:

— Ваше высочество, вашему венценосному отцу это не понравится. Человек в нашем мире? Это недопустимо.

— Интересно, почему это? — во мне сразу вскипело негодование. — Что за расизм такой! Чем вам люди не угодили?

Дракон раздул ноздри и чуть не вспыхнул изнутри, но взял себя в руки. Вдохнул, выдохнул и улыбнулся:

— Я могу присесть?

Жестом я пригласила его к столу. Пашка снова встрял:

— Яблочко будешь?

— Потом, — махнула я ему рукой и снова взглянула на советника. Некс поудобнее устроился под кофтой, царапая коготками. Эх, остричь надо бы…

— Видите ли, Елизавета Английская, королева, вторая по порядковому номеру…

— Это была шутка. Меня зовут Маша.

Мужчина икнул от неожиданности:

— М-маша? И всё?

Эк его скривило! Чем ему моё имя не угодило?

— Ма-а-ашенька, хорошая Ма-а-ашенька, — почти шёпотом проворковал Пашка, распустив крылья. Глаша подняла морду вверх и как-то так рявкнула, что мне послышалось явственное: «Заткнись!» Попугай, видимо, тоже понял, потому что чирикнул по-волнистиковски и обиженно ушёл к стенке.

— Ладно, допустим, — покрутил пальцами советник. — Видите ли, Маша, в нашем мире никогда не любили людей. Из вашего мира.

— А почему?

— Спросите что-нибудь попроще, — он пожал плечами. — У нас служат оборотни и мицелиусы. Редко, но попадают представители других рас, а вот люди — практически никогда.

— А как попадают? — меня отчего-то заинтересовал этот вопрос. Книжки про попаданок мы читали взахлёб в детдоме, но никогда не верили в эти сказки. Нет, верили в принцев, а помладше были — в родителей, которые когда-нибудь обязательно заберут нас всех… Не родные, так приёмные. У меня родных не было, меня нашли на пороге. В субботу, поэтому и фамилию дали — Субботина. А имя я получила по святцам. Так нянечки развлекались…

— Попадают через тонкие материи, разумеется.

— Вам-то разумеется, а мне непонятно. Какие такие материи?

— Виуз, я же говорил, люди… Эти люди…

Советник тяжко вздохнул, а на его лице я прочитала досаду от подобной тупости. Однако пропускать подобные высказывания мимо ушей я научилась уже давно. На обиженных воду возят, а я предпочитала ездить верхом. Поэтому, придержав моего «младенца» Некса, присела напротив советника и постучала пальцем по столу:

— Про материи, пожалуйста.

— Хорошо… Если хотите, миров много. Они все одинаковые, почти. Нанизаны, будто бусины на шнурок, только плотнее. Касаются друг друга, но проникнуть друг в друга не могут. В некоторых местах материи тоньше, чем обыкновенно, поэтому при достаточном нажиме можно случайно или намеренно проникнуть в другой мир. Вы понимаете?

— Я понимаю. Почему люди к вам попадают так редко?

— Я могу только строить предположения, и, как вы понимаете, благочестивая Маша, все они лишь из области теории…

Дракон вздохнул:

— Возможно, тонкие материи с вашей стороны слишком плотны. Либо у людей не хватает силы проникнуть сквозь них. Либо вы промахиваетесь мирами. Что толку с моих догадок? Его величество император Рандаверилокурт не жалует людей. Он никогда не согласится принять вас в своём замке.

— Без неё не вернусь! — высунул мордочку из моей кофты Некс.

Вот. И точка. Что за выкрутасы? Я склонила голову и тихо отругала ящера:

— Во-первых, при человеке не говорят «он», «она», а называют по имени. А во-вторых, с чего ты решил, что я пойду куда-то там в ваши тонкие материи?

Некс со вздохом спрятал рыльце мне под мышку, щекоча, а советник резко встал:

— Я не собираюсь терпеть капризы, ваше высочество! Вам необходимо вернуться домой.

— Так, стоп! — я тоже встала. Где моя кочерга, блин? — Вы отдаёте себе отчёт в том, что ваш наследник оказался в чужом мире и мог умереть один в лесу? Вы понимаете, что где-то есть пробел либо в воспитании, либо в присмотре за ним? Я никуда его не отпущу, даже и не мечтайте!

Глафира заворчала на меня, как будто угрожая. Советник опустил взгляд на собаку, и та заткнулась, свесив голову к лапам. Я, кажется, начинала кое-что понимать. Питбулиха не собака. То есть, она, конечно, собака, но не из нашего мира. Там, у драконов, она наверняка охранница наследника. Прелестно, чо! Она не уследила, а на меня рычит. Я-то, кстати, сделала всё, то было в моих силах, чтобы спасти дракошу! И сейчас сделаю. Пока Некс прячется под моей кофтой, он в безопасности.

Мужчина тяжело вздохнул и произнёс:

— Хорошо, под мою ответственность.

— Что хорошо? Что — под вашу ответственность?

— Вы отправитесь с его императорским высочеством в Эридан.

— В качестве кого, пардон?

— В качестве… скажем, няни.

— Эм-м… Но я же всегда смогу вернуться? — решила уточнить на всякий случай.

— Разумеется. Тонкие материи можно проходить в обе стороны, особенно, когда знаешь их месторасположение.

Этот его снисходительный тон прямо убивал. Сноб недобитый! Интересно, откуда мне знать принцип работы этих тонких (то-о-оненьких) материй, если я узнала о них, как и о мире драконов, лишь пятнадцать минут назад? И вообще — я что, уже согласилась? Я готова пойти в другой мир? А вдруг… Вдруг оттуда не возвращаются?

Так, тихо, Машка, не паникуй! Ходят же эти драконы туда-сюда, рога отращивают, крыльями трясут. А мне что, нельзя? Можно. А когда ещё шанс представится? Родителей не дождалась, принца ждать тоже не вариант — как он меня в этом захолустье найдёт… Зато посмотрю новый для меня мир. Интересно же! А если не понравится — вернусь. Вот только удостоверюсь, что Некс в безопасности, и вернусь.

— Ладно, — ответила я. — Сейчас только собакам соберу вещи…

— Что, простите?

Дракон смотрел на меня удивлённо. А я нахмурилась:

— Что такого сказала-то? Я согласна ехать, идти, лететь — как вы там передвигаетесь?

— Какие вещи, какие собаки?

— Мои собаки, а что вы думали — я их здесь оставлю? И Пашку взять надо, кто с ним будет разговаривать!

— Благочестивая Маша, — выдохнул дракон с непроизносимым именем, и отчего-то сразу стало ясно, что с нервишками у советника императора совсем плохо. — Вы не считаете это неизмеримой наглостью?

— Конечно, нет! Я очень ответственно отношусь к своим животным. Кошек с собой не потащу, так и быть, за ними тётя Лида присмотрит. Птичек тоже — им лучше в клетках на насиженном месте. Но собак и Пашку я здесь не оставлю. Спорить будем, или вам показать выход?

Спорить дракону жутко хотелось — по холёному личику видно было, но Некс крепко держался за мою майку лапками и отпускать не собирался. Самый настоящий наследник престола — упрямый и дерзкий. Интересно, папе-императору он так же дерзит?

— Хор-р-рош-шо, — не то прорычал, не то прошипел советник. — Берите, кого хотите. Но извольте мне указать, кого вы хотите.

— А что?

— Животные плохо переносят тонкие материи. У них не хватает интеллекта. Поэтому мы их помещаем в обволакивающие капсулы.

— Какие-какие капсулы? — я даже лоб наморщила, пытаясь представить, как попугая обволакивают чем-то вроде желе. А советник снова высокомерно глянул на меня сверху вниз:

— Обволакивающие. Интеллектом. Капсулы. Ещё вопросы?

— Вопросов нет. Пойду соберу вещи.

Я направилась было к комнате, но была остановлена холодным тоном дракона:

— Они вам не понадобятся.

— Это почему это? — резко развернулась, подозрительно глядя на него.

— Не думаете ли вы, благочестивая Маша, что будете одеваться… вот так?!

Как так-то? Я опустила взгляд на свои кофту и джинсы, что такого-то? Не выходные, конечно, но вполне себе приличные.

— У нас в империи совсем другая… гхм мода.

— Так а мне как?

— Вам будет предоставлен гардероб.

Как он не подавился при этих словах — загадка прямо. Аж посинел от натуги. Наверное, думал, за чей счёт будет меня одевать. Ну, это уже не мои проблемы. Налегке так налегке, мне не привыкать. Из детдома сюда с одним чемоданчиком приехала.

— Но собакам я всё-таки соберу. Вдруг у вас в империи… гхм мисок нет!

— Попрошу вас не позволять себе подобных высказываний о моей империи!

— А что, есть миски? — деланно удивилась я. — А поводки с ошейниками?

— Нашим… гхм домашним питомцам не требуются ограничители свободы, — снова задрал нос советник. Боже, надеюсь, он не женат, иначе бедная его жена!

— А моим требуются. Пашка, игрушку твою любимую берём?

Попугай появился из глубины надшкафного пространства и смерил меня выпуклым глазом. Потом буркнул вредным голосом:

— Яблочка дай! Яблочка!

— О! Кстати! У вас в… гхм прекрасной империи имеются яблочки? — высунулась я из-за двери с Пашкиной пластиковой курочкой, исклёванной и изгрызенной. Взгляд советника сказал мне ясно — лучше по империям не шляться… Но я же уже настроилась! Поэтому спросила у Некса тихонечко:

— У вас яблочки есть, или стоит взять мешок?

— Есть, — пискнул ящер.

— Ну и хорошо! — усмехнулась я, а потом повысила голос: — Хорошо, говорю, что есть яблочки! Ну что, мы идём?