Глава 19

Антия расхаживала из конца в конец спальни и иногда посматривала в окно. День пролетел незаметно, солнце неумолимо клонилось к закату, и Анкель ясно дал понять, что им стоит поужинать и отправляться по комнатам. Девушка сразу поняла: наемник очень скептически относился к своей работе. Он был строг и исполнителен, выполнял все, что требовал от него Кирам, но сам неверил, что может произойти что-то нехорошее.

Это было что-то на уровне инстинкта. Антия никогда не полагалась особо на свое чутье, знала, что оно редко ошибается, но привыкла смотреть на вещи через призму доказательств.

Правда, раньше она никогда бы не подумала, что маленькая девочка может прыгать не только из сада в дом и обратно, но и в другие миры. Всего несколько недель отделяли прошлую Антию, выпускницу Академии с магической силой и знаниями, от Антии теперешней, в чьей жизни происходило такое, о чем девушка бы даже никогда не задумалась.

Скажи ей кто-то, что Антия будет работать в доме оборотня и учить его дочь телепортироваться без угрозы для жизни, она бы просто посмеялась и беззаботно отмахнулась, решив, что у кого-то слишком богатая фантазия.

А уж о том, что ей предстоит стать женой этого самого оборотня…

“Ха, да не могло такого быть, потому что не могло быть никогда!” – сказала бы она раньше.

Вот только теперь Антия не стала смеяться, потому что все шутки давно закончились.

Распахнув окно, девушка втянула свежий вечерний воздух полной грудью. Позволила слабому ветерку взъерошить волосы на макушке и посмотрела туда, где за деревьями и высокой оградой скрывалась дорога к городу.

Где-то там сейчас Кирам и Элайна.

Женщина вела себя совсем не так, как раньше. Не прожигала ее холодным взглядом и разделила традицию. Возможно, Антия – последняя дура. Она приняла вино из рук предполагаемого врага, без задней мысли сделала целых два глотка, хотя спокойно могла отказаться.

– Я очень не хочу об этом пожалеть, – пробормотала девушка себе под нос. – Да и не было там ничего! Не накручивай себя, Антия, ты бы почувствовала любой яд, если бы кто-то додумался отравить напиток.

И Кирам ничего не сказал, а уж его волк точно куда чувствительнее, чем любая магия.

Наверное…

Мысль о Кираме вернула ее в тот день, когда тетушка пришла в поместье и пыталась навести здесь свои порядки, выставив ее худшей племянницей в мире.    

Антия за все время с момента его так называемого “предложения” даже не успела подумать о случившемся как следует.

Она все еще не сказала “да”, по всем правилам, да и лорд по всем правилам не спрашивал, сделав вид, что вопрос решенный и нет ничего такого в свадьбе, спустя такое короткое время.

Она же совсем его не знала, но Кирама это, на первый взгляд, совсем не волновало. Может, это все… закидоны оборотней? Мало ли, что там стукнет в мохнатую голову. Решил женщину сделать своей женой – и все, справляйся теперь с этим, как хочешь, Антия. Можешь сопротивляться, можешь возражать, но все равно лорд Волен исполнит, что задумал.

– Не слишком ли поздно об этом думать? – Собственные мысли развеселили девушку. – Будь отчаянной! Все равно тебе терять нечего, правда?

Присев на подоконник, она подняла голову к небу. Уже были видны первые звезды, все еще бледные и слабые, скрытые красноватой дымкой заката и рваными тонкими облаками.

В груди медленно рос странный “огонек”. Это походило на тепло от выпитого алкоголя, и в первые минуты Антия не придала ему значения. Она всегда отличалась запоздалой реакцией на вино: дядя даже шутил, что если Антия и поймет, что напиток был крепче яблочного сока, то случится это через пару часов.

Но огонек в груди разрастался все больше и перестал девушке нравится. Приятное тепло медленно превращалось в жжение, будто она проглотила раскаленный уголек из только что потухшего костра. Во рту разлилась отвратительная горечь, и девушка встала, чтобы выпить воды. Рука потянулась к кувшину и застыла всего в дюйме от гладкой белой ручки.

Несколько раз моргнув, Антия попыталась отогнать наваждение, но не смогла.

От кончиков пальцев до запястий тянулся странный красноватый узор. Только лекарское зрение позволило рассмотреть его в мельчайших подробностях. Тонкая сетка под кожей слабо пульсировала и медленно расползалась все выше, подбираясь к локтям.

“Уголек” в груди вспыхнул с такой силой, что Антия вскрикнула и, отдернув руку от кувшина, двинулась к двери. Все ее чувства обострились до предела, силы целителя снова и снова ощупывали каждый уголок тела в поисках проблемы.

Хотя Антия и так могла ее назвать.

Яд.

Все-таки она – дура. Поверила Элайне – и зря!

Но ведь Кирам тоже был там! Разве он не должен был почувствовать? И Элайна тоже пила напиток, она не пыталась отказаться.

“Она могла принять противоядие, – мысли вяло крутились в голове – все заволок красноватый плотный туман. – А Кирам мог быть просто невосприимчив к ядам. Он же оборотень… вдруг он… даже не понял, что в бутылке…”

Дорога к двери показалась Антии бесконечной.

Девушка успела подумать о Брин и Валвере.

Не могло быть, чтобы у Элайны не было плана и на их счет!

Нужно было предупредить Анкеля и его людей…

Нужно…

Острая, раздирающая боль прошила тело от живота вверх, отравленные “стрелы” вонзились в лодыжки и колени, подогнули ноги – и Антия упала, растянувшись на полу.

Прижав ладонь к груди, Антия потянулась к внутреннему источнику силы. Она еще могла себя исцелить, найти отраву и уничтожить ее. Лекари могли справиться с любым ядом, если дать им достаточно времени.

Вот только времени у нее, возможно, не оставалось.

Боль на секунду отступила, позволив девушке подняться, но через пару шагов накатила с новой мощью. Сила лекаря боролась с непонятной заразой, но Антия с трудом добралась до двери и ухватилась за ручку.

Невидимая когтистая лапа вцепилась в горло и сдавила изо всех сил, не вздохнуть. Комната покачнулась, завалилась на бок; все смазалось, будто Антия смотрела на вещи через мутное, грязное стекло. Горячие слезы бессилия покатились по щекам и падали на пол тяжелыми солеными каплями.

Брин…

Кто-нибудь, нужно было предупредить Брин!

Спазм скрутил грудь, и, тяжело выдохнув, Антия провалилась в забытье.

***

Брин не могла уснуть. Ворочалась с боку на бок, а в итоге встала и принялась бродить по комнате. Взгляд упал на плюшевого зайца, и девочка сразу же прижала его к груди. Она, конечно, уже совсем взрослая для игрушек! Но почему-то захотелось обнять его и прижать крепко-крепко.

Валвер не заглянул к ней вечером, даже Антия не стала укладывать ее перед сном, а ведь всегда это делала! Девочка не понимала, что произошло. Папа и раньше уезжал из поместья. Брин помнила, что иногда его долго не было, но за ней всегда присматривали.

И Валвер никогда не забывал пожелать ей спокойной ночи, а иногда даже сказки читал. Она, конечно, уже и для сказок слишком взрослая, но любила, когда Валвер своим спокойным, тихим голосом рассказывал невероятные истории о принцах и принцессах, о приключениях и путешествиях в неведомые края, где героев всегда поджидали жуткие опасности и новые друзья.

Но вот сегодня он не пришел.

– Как думаете, мистер Пимплс, – пробормотала она и сильнее сжала в руках мягкую игрушку, – что-то случилось? Надеюсь, я ничем не обидела Валвера и Антию. Может, я что-то сделала не так? Надо у них спросить!

Поняв, что просто так она точно не уснет, Брин решила хотя бы пробраться в комнату Антии и спросить у нее.

Она чувствовала, что обязательно должна это сделать.

– Ты чего здесь забыл? – Раздалось из-за двери, и Брин замерла, прислушиваясь.

Тяжелые уверенные шаги точно не принадлежали Валверу. Он двигался совершенно бесшумно, а когда хотел быть замеченным, то Брин легко могла узнать его по-кошачьи легкий шаг.

– Анкель тебя приставил следить за девкой, – голос звучал раздраженно, послышался тихий лязг. – Так что лучше вернись на место, пока он не решил все проверить! 

Лязг усилился, и Брин вся сжалась, узнав этот звук.

Так звучит клинок, когда его извлекают из ножен.

– Что?..

Все слова резко оборвались, превратившись в протяжный хрип, а затем – и в глухое бульканье.

Зажав рот ладошкой, Брин отступила назад и сжалась. Ноги приросли к полу, а игрушка в руках стала такой тяжелой, что девочка с трудом могла ее держать.

Круглая ручка двери дернулась, но дверь не открылась.

Кто-то громко и резко выругался.

– И где же ты спрятал ключ?

Брин чуть не подскочила на месте, ее тело действовало само по себе, когда девочка бросилась к тумбе у кровати, чтобы задуть свечу.

Спальня мгновенно погрузилась во мрак. Шторы были плотно задернуты, в комнате не осталось ни одного освещенного уголка. Нырнув под кровать, девочка принялась остервенело рыться в небольшом сундучке, спрятанном там очень давно.

В голове что-то щелкнуло, паника отступила под напором глубоких вдохов и резких выдохов.

Все, чему ее учили папа и Антия, поднялось на поверхность, чтобы успокоить и отрезать “хвост” противной, всепоглощающей “змее”, что обвилась вокруг сердца девочки.

Откинув крышку, Брин нащупала в углублении рукоять небольшого клинка, что легла в ладонь так, будто была для нее создана.

Ручку снова дернули.

Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену – и Брин едва не вскрикнула.

“Дыши глубоко, – гремели в ее голове слова Антии. – Позволь силе себя вести и представь место, где хочешь оказаться. Запахи, предметы, особенности, которые тебе запомнились. Ты должна потянуться к месту, нащупать нужный путь”.

– От меня бесполезно прятаться, детка.

Что-то схватило ее за ногу и резко дернуло.

Рука! Чужак в ее комнате!

Брин вскрикнула и попыталась вырваться, но хватка оказалась такой крепкой, что крик удивления и страха быстро превратился в отчаянный и болезненный визг.

Брин махнула рукой наугад, сжав клинок так, как ее учили.

И попала.

Чужак взвыл и разжал пальцы, а Брин вскочила и бросилась к двери.

Она могла бы найти ее даже в кромешной темноте, но тут под ноги попалось что-то большое и мягкое. Споткнувшись, Брин кубарем покатилась по коридору и с размаху приложилась головой о стену.

Перед глазами заплясали красные круги, во рту стало горько.

В нос ударил мощный солено-стальной дух; в коридоре тоже было темно, но свечи над головой рассеивали тени, превращая их в тусклый полумрак.

Брин смогла рассмотреть странный силуэт на полу, похожий на гору тряпья.

Вот только у тряпья были волосы и залитое чем-то темным лицо.

Вскрикнув, она зажмурилась и потеряла несколько драгоценных секунд – и очнулась только, когда в комнате загрохотали шаги.

“Беги!”, – голос Валвера в голове громыхнул с такой силой, что Брин даже не подумала ослушаться.

До спальни Антии совсем недалеко! Брин должна ее разбудить, сказать, что в доме враг!

– Куда собралась?!

Ее схватили за ворот рубашки и дернули вверх, оторвав от земли. Девочка дернула ногами, и вцепилась пальцами в ткань, что больно сдавила шею. Со звоном на пол упал кинжал.

Резкий рывок – и она смотрит в глаза чужака!

Его лицо было перекошено от гнева. Переносица рассечена ударом клинка, и крупные красные капли катились вниз, попадая в рот и срываясь с подбородка.

– Маленькая дрянь! – рявкнул он и тряхнул еще раз, будто хотел душу из Брин достать. – Как жаль, что тебя приказано живой забрать, а то я!..

– В-валве-е-р! – Брин уже не кричала – она натурально скулила и брыкалась, как попавший в капкан кролик.

– Никто тебя не спасет, – прошипел чужак и хотел уже потащить ее к лестнице, как его глаза округлились и взгляд застыл на чем-то за плечом Брин.

– Это тебя не спасут, мелкая ты крыса. – Талию Брин обвила крепкая рука, а вторая, больше похожая на когтистую черную лапу, расчерченную странными красными узорами, сжала лицо чужака и с легкостью отшвырнула его прочь.

Брин совсем ничего не понимала.

Слезы без остановки катились по щекам; хотелось сжаться в комок и спрятаться, но ее поставили на землю и подтолкнули к комнате Антии.

– Разбуди госпожу Брею, – силуэт Валвера странно колебался, будто его укутывал полупрозрачный темный туман. – Запритесь в спальне и никому не открывайте.

– В-валвер…

– Уходи! – рявкнул он и встал между ней и чужаком.

Тот уже поднялся на ноги и широко ухмыльнулся.

– Я все равно заберу девку! 

– Только через мой труп.

Мужчина расхохотался, и что-то безумное мелькнуло на его окровавленном лице. В его руке сверкнул странный черный меч, украшенный затейливыми узорами. Клинок будто ловил свет свечей, отчего символы на стали слабо светились.

Оскалившись, он направил острие на Валвера.

– Договорились, демон. Через труп – так через труп.