Эпилог

В тот памятный вечер Карина убегала от меня, своей единственной подруги. От своего бывшего мужа, о котором она рассказывала мне страшные вещи, и от своего сына.

Я, может быть, и могла бы поверить подруге, реши она вдруг меня переубедить.

Не факт, что поверила бы, но может быть!

Да, может, и поверила бы, не познакомься я всего лишь несколькими часами ранее с Иосифом, а главное, с Мишей.

Да, наша многолетняя дружба и наше общее прошлое перевешивали моё совсем короткое знакомство с этим мужчиной и со всей его семьей.

Но Карина даже не стала пытаться этого делать, лишь подтвердив своим бегством то, что врала мне. Глупо и беспочвенно.

Зачем? Почему? За что?

Зачем она обманывала меня, придумав эту жуткую историю про Иосифа?

Почему она представляла отца своего сына в таком негативном свете?

И, наконец, самый главный вопрос: за что она так поступила со своим сыном?

В тот вечер мы с Иосифом расстались со странным настроением. Нет, конечно, я бы пришла утром на работу, но как бы оно там дальше всё случилось – не известно, если бы не его ночной звонок.

– Мила, прости, но первый раз я не могу успокоить Майкла. Он плачет и зовет тебя, – услышала я уставший голос.

– Еду! – выпалила, не дав ему продолжить.

– Мила, не вызывай такси, я приеду быстрее!

Конечно,  я поехала. Он приехал за мной через десять минут. Я успела только одеться и выйти из подъезда.

– Мила, спасибо, что согласилась! – услышала, едва села в его машину. – Первый раз с ним такое, веришь?

– Иосиф, едем! Я позволила мальчику поверить в то, что я его мама, и в то, что я не уйду. Так что мне и решать эту проблему.

Да, Миша гений и вундеркинд, но в первую очередь он маленький ребенок, которому была нужна мама.

В тот вечер я успела только спеть ему колыбельную, как ребенок уснул. Уснул, крепко держа меня за руку. Маленький мальчик спал, продолжая еще какое-то время всхлипывать во сне и не разжимать своих пальчиков, боясь отпустить мою руку.

Я сидела на краю его кровати, гладила его по волосам, вытирала остатки слез с его щечек и понимала, что теперь я уже и сама не смогу жить без этих глаз цвета спелой черешни в обрамлении пушистых, невероятной длины, ресниц.

Спать меня положили в этой большой квартире в спальне Иосифа, сам он в ту ночь ночевал на диване в гостиной.

Утром, уезжая с Иосифом на работу, я пообещала Мише, что с работы мы с его папой тоже вернемся вместе.

Конечно, мне пришлось рассказать Иосифу о своих проблемах из-за Александра.

– Ничего, мы решим этот вопрос. У отца с мамой обширный круг знакомых в разной сфере. Найдем твоего Александра, не переживай, – услышала я уверенное в ответ.

И ведь действительно нашли. И даже трудоустроили, чтобы забирать часть его, а не моей, зарплаты в уплату кредита. С переоформлением документов мне помог кто-то из знакомых папы Лёвы.

Вопрос с Самантой тоже был решен быстро. Нимфа не была беременна, она, как оказалось, вообще сделала себе операцию по женской части, не желая рожать и портить свою идеальную фигуру. Иосиф купил ей билет, заплатил компенсацию за “испорченную репутацию” – как она сама это назвала, и Саманта улетела обратно в свою страну.

От подруги спустя месяц пришло сообщение: “Милка, я не буду ничего тебе объяснять. Скажу только, что я не хотела ни этого ребенка, ни детей вообще. Ты это знаешь. Это Иф уговорил меня не делать аборт. Он хотел сына, и он его получил. Думаю, ты уже знаешь о том, что я подписала отказ от ребенка. Можешь его усыновлять и быть для него матерью. Ты всегда хотела большую семью, так что плодитесь и размножайтесь. Удачи вам в осуществлении этих планов!”

Карину мы больше не видели, да и, признаться, оба не хотели её видеть, решив, что хватит нас с её вранья.

Наша с Иосифом свадьба состоялась через полгода. Была она большой и шумной. Конечно, я не знала всех гостей, гуляющих на нашей свадьбе и говорящих нам с Иосифом поздравительные тосты. Но зато я знала и любила всем сердцем Иосифа, его большую дружную семью и своего сына Мишу.

Да, моего, пусть и не мною рожденного, сына. Ведь всем известно, что дети выбирают себе родителей сами, и делают они это не здесь, не в нашей с вами реальности.

А через семь месяцев после свадьбы наша большая и дружная семья стала больше еще на одного человечка.

Имя для нашей с Иосифом доченьки мы позволили выбрать ее старшему брату. И Мишенька не подвел, объявил, едва увидев сестренку в больнице:

– Её зовут Ангелина.