Глава 6

Глава шестая

Разговор с шефом следующим утром прошел крайне печально. Учитывая, что Виталий Данилович терпеть не мог перемен и сложно сходился с новыми людьми, беседа была та еще. Познакомившись с секретарем, что должна была заменять меня до открытия галереи, я немного выдохнула. Девушка оказалась сообразительная, в меру обаятельная, не сильно болтливая и неплохо разбиралась в делопроизводственных нюансах. Показав ей рабочее место, я стала проводить инструктаж, затем подарила блокнот, который писала почти всю ночь с пометками о привычках босса и местах, которые ей следовало выучить наизусть, а также его особых увлечениях.

- И как ты все это запомнила? – удивилась Оля, пролистывая мои заметки и над некоторыми зависая с недоумением.

- Ты к этому привыкнешь. Там все довольно просто. Главное, чтобы его ничто не раздражало. И еще, постарайся не быть всегда разной, он это плохо воспринимает.

- В смысле?

- Если сегодня ты пришла с легким макияжем и ровными волосами, то не надо завтра красить губы яркой помадой и делать высоких причесок. Перемены сбивают его с толку.

- А если мне надо на свидание?

- Дамская комната всегда в твоем распоряжении. И потом, парни любят естественность, - добавила я с самым уверенным видом, потому как выбора у меня попросту не было.

Оставляя шефа на Ольгу, я чувствовала себя словно молодая мать, впервые отдавшая ребенка в детский сад. Выйдя из здания офиса, поехала домой, постаравшись выбросить из головы мысли о шефе. Он справится. Надеюсь.

Что касалось моего нового статуса, то день знакомства с подопечным был назначен на завтра. Стефан сказал, что в городе у них есть дом, где художник живет со своей семьей, там он и планировал представить меня Станиславу. Что ж, сказать, что я волновалась ничего не сказать. Пол вечера выбирала одежду, проверяла свой английский на всякий случай, штудировала основы мировой художественной культуры. Мне представлялось, что я буду кем-то вроде учительницы, буду вести с Бикичем-младшим уроки и покажу ему мир художников таким, каким сама его вижу. Стефан сказал, что характер у сына сложный, поэтому я мысленно готовилась отражать любые атаки нерадивого ученика. Да, пожалуй, я заранее начинала относиться к Бикичу-младшему с покровительственной заботой и вниманием.

Но он превзошел мои ожидания. Когда водитель Стефана привез меня к дому, я спокойно вышла, поправив желтое льняное платье, откинула волос назад и пошла к встречавшему меня художнику.

- Рад видеть, Елизабета, -  в своей привычной манере улыбнулась знаменитость. Рядом с ним стояла новая супруга, ее я узнала сразу – в фан-группе Бикича было не одно их совместное фото. – Знакомьтесь, Оксана, моя жена.

- Очень приятно, - девушка вполне мило растянула губы в улыбке, позволив мне отметить свое симпатичное лицо, почти не тронутое пластикой. Она не выражала никакой враждебности и это меня воодушевило.

- Проходите в гостиную, я заканчиваю работу в мастерской, дайте мне двадцать минут. Оксана, займись гостьей.

- Конечно.

Вместе с женой художника я прошлась по дому, отметив его отличный дизайн, выдержанные тона и картины самого мастера на стенах. Заметив знакомое полотно, на миг замерла, как тогда у «Бури»:

- Это же…

- Да, она самая. Стефан любит эту картину, поэтому она висит у нас дома. – Пояснила Оксана, проводив в комнату для гостей с камином и кожаным коричневым диваном. – Чай, кофе?

- Чай, спасибо, - я нерешительно присела на диван, когда супруга Стефана вышла из комнаты в кухню. 

Мне не сиделось. Пока разглядывала бревенчатую стену, каминную полку с фотографиями и широкую плазму на стене время тянулось крайне медленно. В итоге я встала и подошла к окну с белой плотной занавеской. Аллея у дома была ухоженной, с забавными деревянными гномами вдоль кустов жасмина и ярких розовых пионов. Тут я услышала шум мотора и отодвинула занавеску, с любопытством поглядывая в окно. Сбоку от аллеи появился черно-серебристый мотоцикл, практически проехал по ухоженной зеленой траве, что покоробило даже меня, представляю, как обрадуется тот, кто отвечает за красоту дорожек в этом доме. Припарковав мотоцикл на подножке, гонщик перекинул одну ногу через сиденье, слезая, затем снял шлем, взъерошив волосы после езды. Погода стояла жаркая, но парень был в черной футболке и кожаной спортивной куртке с рисунком пламени на левом плече. Когда незнакомец повернулся, мы встретились взглядами. Он нахмурился, а я попыталась улыбнуться. Темные глаза под ежиком русых волос, волевой подбородок, чуть выпирающий вперед, слегка торчащие уши – это точно был сын Стефана, я почти не сомневалась. Одновременно симпатичный и в то же время какой-то по-юношески немного нескладный, хотя для его возраста это было скорее непривычно. Если бы я рисовала портрет, то точно бы сделала акцент на подбородке и этом взгляде, очень выразительный. Я продолжала наблюдать за парнем, когда тот решительно направился к дому. Буквально пару секунд, и он предстал передо мной, застав все там же, у окна. Я растерялась. «Какого черта ты здесь забыла?» так и читалось в его взгляде и облике в целом.

- Ты кто?

Первое, что меня удивило – он говорил по-русски практически без акцента. А еще при ближайшем рассмотрении я убедилась, что парень все же симпатичный. Нестандартный, но привлекательный. Интересно, какой он увидел меня?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Тут в комнату вошла с подносом и чашками Оксана, заметила парня и нахмурилась.

- Станислав, снова гоняешь? Отцу это не нравится, ты разве не знаешь?

Я отметила, что она зовет его на русский манер, с ударением на последнюю «а». Младший Бикич положил шлем на спинку дивана и завалился на него с ногами. Мы с Оксаной остались стоять, чувствуя неловкость. Девушка поставила поднос на кофейный столик, предложила мне стул, что был в углу, сама же повернулась к молодому человеку.

- Ну что ты на меня смотришь? – устало зевнул Станислав. – Хочу гонять и гоняю, тебе-то что? Может разобьюсь к черту и все наследство тебе достанется. Так что я на твоем месте радовался бы, а не строил из себя заботливую мамашу. Ты всего на пять лет меня старше, милая.

- Я тебе не милая, Станислав. Хватит валять дурака. У нас гости. Между прочим, это к тебе. Отец сейчас подойдет, а пока будь любезен подняться наверх и привести себя в порядок. Мы едем ужинать в город, так что выглядеть надо прилично. Пожалуйста.

Что ж, у Оксаны, кажется, было ангельское терпение. Мне же захотелось треснуть этого нахала буквально с первой секунды, как он открыл рот. Очарование куда-то испарилось. Остался только вопрос: как я могу чему-то научить такого хама? А еще пришло понимание, что мы совсем из разных миров -  в моем не принято менять одежду перед каждым приемом пищи. Впрочем, я подумала, что может быть ужин будет с какими-то известными личностями и поэтому нужен новый набор носков и штанов. Хам в итоге смерил Оксану недовольным взглядом, в мою сторону даже не обернулся и покинул гостиную. Мы с девушкой устроились за столиком с чашками в руках, то и дело переглядываясь в неловком молчании.

Когда вернулся Бикич, я облегченно выдохнула. Обстановка в гостиной была накаленной и это напрягало. Стефан словно не заметил этой неловкости и весело устроился рядом с женой на диване, прихватив чашку чая из белого фарфора с розочками. Пока мы пили чай, художник поделился несколькими историями из путешествий и рассказал, какой видит будущую галерею. Я поняла, что они с шефом уже обо всем договорились и мысленно порадовалась, что у Бикича безупречный вкус, который подходит Виталию Даниловичу. Я даже улыбнулась.

После Бикич предложил показать свою мастерскую, что я посчитала невероятной удачей и конечно же согласилась. Мы отправились в мансарду, где и располагалась мастерская.

- Оксана сказала, вы познакомились со Станиславом и вел он себя крайне невежливо.

Я лишь пожала плечами.

- Мы скорее увиделись, чем познакомились. Но уверена, у нас еще будет шанс узнать друг друга лучше.

- Если он вздумает вас как-то…обидеть, скажите мне. Я найду способ, чтобы его приструнить.

На этот раз моим ответом была сдержанная улыбка. Очевидно Стефан плохо знает детей. Мне и в голову не пришло бы жаловаться на сына отцу, потому что я прекрасно знала – тогда моим мечтам точно конец. Судя по Станиславу, он бы такой подставы никогда не простил.

- Вы можете, кстати, пожить в нашем доме, если хотите. Так будет проще, наверное, - предложил Стефан, входя в мастерскую.

Окинув взглядом святая святых, где все было в легком хаосе, пахло краской, а на мольберте стояла начатая картина, закрытая белым полотном, ответила:

- Спасибо за предложение, но лучше мне остаться у себя. Я временно присматриваю за двумя собаками, пока соседки в отпуске, а переселиться с ними к вам было бы слишком.

Бикич рассмеялся, я тоже.

- На самом деле было бы даже забавно. Станислав не любит собак.

Ну вот, отметила я про себя, еще один пункт по которому мы абсолютно не сходимся с молодым дарованием Бикича. Я поймала себя на мысли, что начала составлять этот список буквально с порога.

Договорившись на том, что завтра я приеду к завтраку, чтобы нормально пообщаться с парнем без посторонних, художник провел мне небольшую экскурсию по владениям. Я приходила в легкий восторг каждый раз, когда видела его картину, или слушала историю ее создания. Бикич умудрялся вдохновлять одними своими рассказами и это было невероятно, у него была бешенная энергетика, которой так и хотелось подпитаться. Вернувшись домой и выгуливая собак, я думала о том, какие перемены принесет мне новая работа. А после ужина, когда Кэрри миленько сопела в лежанке, опять взялась за кисточки и краски. Мне снова захотелось творить.