Глава 23 · Жуткий кошмар актера

Каждый актёр когда-нибудь испытывал самый кошмарный ужас — забывал слова. Вроде всё помнишь, ведь зубрил не раз и не два, но стоит одному вредному слову выпасть из плавного течения диалога, и наступает ступор. Стена. Трындец. Финита ля кончита!

Кто-то в такие моменты начинает импровизировать, кто-то не в силах преодолеть шок и подпадает под транс зрительского внимания и жалящих софитов. Я принадлежу к первым и, когда случалось страшное, могла и спеть, и станцевать, и выдать экспромтом четверостишие.

Но сейчас, с ужасом глядя в глаза короля, чувствую себя абсолютно бессильной. Танцевать не в состоянии. Спеть? Стихи? В голове пусто, как в холодильнике за три дня до зарплаты! А Его Величество уже щурится, явно подозревая что-то.

Магия? Чем мне поможет ещё одна остановка времени? Я лишь отсрочу разоблачение, и только. И тогда привет палач и прощай второй шанс на жизнь! От перспективы меня бросает в жар, и кажется, что ноги отрываются от земли…

Стоять! Не кажется, а так и есть. Я немного приподнимаюсь над повозкой и не могу поверить происходящему. Как так? Я же обогнула арку! Может, она действует даже в таком случае?

— Танцуй быстрее, — слышу напряжённый голосок Эллеш. — Долго я тебя не удержу!

Задерживаю дыхание и с изумлением смотрю на эмэра. Малышка может поднять не только кота, но даже меня в этом жутко-тяжёлом подвенечном платье? Вот это талант! Но сколько времени она так продержится?

Нетерпеливо тяну Вурфа за руку:

— Что застыли? Давайте же танцевать!

Он тут же делает шаг, приближаясь вплотную, и кладёт ладонь мне на талию… Предполагаю, что так, поскольку через слои ткани и золотую вышивку ничего не чувствую. Мы кружимся по залу, а придворные любуются нами. Видимо, многие прониклись тем, что арка пропустила осселинку, потому что я больше не слышу в свой адрес проклятия и обидные прозвища.

Когда мы завершаем круг, то церемониймейстер стучит по полу, объявляя всеобщий танец, и вокруг становится тесно от других пар. Я шепчу эмэру:

— Умоляю, давайте прямо сейчас же вернёмся к повозке.

— Это невозможно, — тихо возражает он и уточняет: — В чём дело?

— Папа, я скоро её уроню, — слышим хриплый голосок Эллеш.

Вурф меняется в лице и стремительно ведёт меня к выходу, но стража преграждает путь. Подскакивает церемониймейстер и слащаво улыбается:

— Пока церемония не завершена, эмэр и эмра не могут уйти.

— Ой-ой-ой! — хватаюсь за живот и кривлюсь. — Эта нежная гриннийская еда совершенно не подходит для моего грубого желудка. Ой-ой! Скорее, дорогой супруг, иначе, боюсь, что могу опозорить вас!

Церемониймейстер растерянно моргает, а Вурф наседает на него:

— Немедленно пропустите нас или готовьтесь к последствиям.

Сомневается тот буквально секунду, а потом машет страже, и те отходят от дверей. Вурф едва ли не бегом тащит меня по коридору, а я лечу за ним, как огромный воздушный шарик. Слуги и придворные с недоумением и любопытством провожают нас взглядами.

Внезапно из боковых дверей выходит принцесса. Прижимая платок к покрасневшему носу, она тихо всхлипывает, но при виде нас округляет глаза и отшатывается.

— Ему так не терпится! — бросаю ей, пролетая мимо.

Не знаю, зачем это сказала. Мне очень хотелось щёлкнуть её по красному носу, чтобы не слишком его задирала. Мало ли, что принцесса! Это не значит, что в тебя должны влюбляться все на свете мужчины. И не стоит смотреть на других людей, как на мусор. Это не добавляет величия, а лишь выставляет напоказ гордыню и высокомерие.

Топнув в сердцах, принцесса сводит пальцы особым образом, выплетая призрачное полотно магии, и кидает его мне вслед. Я с ужасом смотрю на тёмно-синюю паутину и кричу:

— Ребёнок же пострадает!

— Ребёнок? — прокатывается по коридору. — Осселинка ждёт ребёнка? Принцесса ударила беременную женщину?

Вурф оборачивается на крик и замирает на миг, будто не верит глазам:

— Виссера⁈

Но тут же выставляет руку, отбрасывая паутину принцессы в сторону. Одновременно с ним действует Эллеш — из складок моей юбки с диким мяуканьем вылетает Краас. Вцепившись в лиф девушки, он в ужасе шипит на неё. Шерсть кота становится дыбом, хвост трубой.

— А-а-а-а! — голосит перепуганная принцесса.

Размахивая руками, она бегает кругами, пытаясь сбросить рыжее чудовище, и с размаху влетает лицом в свою собственную паутину.

— М-м-м, — доносится глухое, когда девушка пытается её отодрать.

Вурф кидается к ней на помощь, кот прыгает в сторону, а я падаю на пол, — магический заряд Эллеш исчерпал себя! — и отползаю в комнату, откуда вышла добрая милашка Виссера. Дождавшись Крааса, захлопываю дверь и выдыхаю с облегчением:

— Кажется, всё-таки пронесло.

Слышу громкое «Ик!» и поднимаю взгляд. Передо мной стоит зеленоватый от новости церемониймейстер.

«Как он тут оказался? — недоумеваю я. — Только что был в зале с аркой!»

Мужчина приходит в себя и деловито говорит:

— Я выставлю стражу у дверей и велю принести для вас воду и чистую одежду.

Он осторожно перешагивает через меня и, зажав нос, гундосит:

— Не волнуйтесь, эмра! Ваша тайна умрёт со мной… Лет через шестьдесят или семьдесят.

— Оптимист, — ворчу, глядя вслед.

Когда дверь закрывается, притягиваюсь к дивану и, прислонившись к нему спиной, нахожу Эллеш. Краас бодает её в плечо, но хозяйка не реагирует. Бедная девочка! От перерасхода сил она потеряла сознание.