Глава 31 · Устами ребенка… Что⁈

Когда дверь за пиктаном закрывается, я смотрю на генерала, который кажется таким молодым и наивным, что даже становится тоскливо. Ведь я не видела его в то время. Он даже не знал об актрисе из другого мира. Собственно, и сейчас не очень-то в курсе. Или я ошибаюсь?

На самом деле, не только этот человек для меня загадка. Тот, кого я каждый день вижу в зеркале, ещё большая тайна. Сны о кинжале, неясные слова, которых я не понимаю, а ещё хвост! Вот его проигнорировать никак не получается.

— Опоила, — глядя на улыбающегося мужчину, бормочу я и решаюсь спросить: — Я вас чем-то угощала?

— Тс, — он снова опасливо косится на дверь. — Если твой отец узнает, нам конец.

— Что? — у меня холодеет спина. — Вы повторяете то, что уже говорили.

— Не говори, что я оказался прав, и на его жизнь покушались. Как он? Сильно пострадал? Нет… Лучше скажи, как он намерен ответить? Поведёт василисков на Гринн?

Давит тяжёлым взглядом, а я решаюсь попробовать то, что пришло на ум.

«Хуже ведь не будет?»

И тихонечко начинаю насвистывать. Сначала Вурф замирает, потом втягивает голову в плечи и обнажает зубы в болезненном оскале. Хочется завершить на этом эксперимент, но вдруг понимаю, что не могу остановиться. Тело начинает жить своей жизнью, и кроме насвистывания ещё и хвост поднимается.

Он покачивается мерно, как метроном, разве что не тикает при этом, и эмэр двигает в такт головой, а взгляд мужчины становится пустым. Музыка, которую я сейчас насвистываю, мне незнакома, но она такая грустная, что у меня по щеке ползёт слеза.

Вдруг замечаю, что глаза Вурфа тоже влажно блестят. Более того, мужчина начинает тихонько мне подпевать! Надо бы остановиться, не к добру это всё, но моё тело не слушается. Я двигаюсь вперёд и мельком вижу себя в зеркале…

«Кто это⁈ — ужасаюсь при виде вытянувшегося лица и острых клыков, как у вампира. — Неужели, я полностью превращаюсь в василиска?»

В панике не знаю, что делать, и уже жалею о том, что затеяла этот эксперимент, как вдруг в окне появляется Краас. Твердолобый вислобрюх врезается в стекло, распахивая створку и с диким мяуканьем летит в нашу сторону.

При виде меня с острыми зубами он, вытаращив глаза, машет лапами, будто пытается затормозить в воздухе, но у него не выходит, и лишь тонкая жёлтая струйка золотится в лучах солнца, опадая на ковёр.

Ещё секундная, и Краас меня пометит! Эта вероятность настолько ужасает, что я перестаю петь.

— С-с-стой! — вдруг удаётся произнести мне.

И кот зависает в воздухе.

В окно заглядывает Эллеш, и я вздрагиваю:

— Ты же разобьёшься!

— Смешная, — хихикает она, влезая внутрь. Закрывает створки, задвигает шторы и поворачивается ко мне. — Решила использовать магию василисков на глазах драконов? Смело, но глупо! Особенно, если твой змей тебе не очень-то подчиняется.

— Мой змей? — растерянно моргаю я.

— Ага, — она садится на кровать и беспечно болтает ногами. Смотрит на опекуна: — А с ним что?

— Увидел мой хвост, и, похоже, впал в шок, — поясняю ей. — Или в прошлое. То зависает, как сейчас, то говорит одно и то же. Пиктан поведал, что некогда его опоил василиск, заставил открыть некую военную тайну, и теперь он перенёсся в тот момент. А мне вдруг показалось, что я могу помочь. Кажется, у меня с головой тоже не всё в порядке.

— У тебя не с головой проблемы, а с дисциплиной, — заявляет Эллеш. — Я давно заметила, что твой змей очень сильный. В Осселине рассказывают сказку о человеке, сила которого была так сильна, что однажды змей, явившись, больше никогда не позволял человеку одолеть его. Но змее пришлось уйти от людей. Она уползла в горы, потому что её взгляд обращал всё живое в камень.

— Я тоже слышала что-то подобное, — с сомнением делюсь я, ведь это было в моём мире. — Но почему та змея не уступила человеку?

Эллеш поджимает колени и обнимает их.

— Так бывает, если магия становится неуправляемой. Эмэр как-то сказал, что большая сила означает большую ответственность. Советовал не спешить развивать мою магию, и теперь я понимаю, почему.

— Что ты понимаешь? — хмурюсь я.

— Думаю, это ты.

Она внимательно смотрит на меня, и взгляд буквально обжигает.

— Что я?

— У тебя появился хвост, и эмэр стал вести себя, как много лет назад, — терпеливо поясняет девочка. — Тогда его не опоили, а околдовали. Ведь некоторые василиски могут вводить людей в транс. Чем сильнее магия, тем ужаснее изменения. Например, человек превращается в камень. Думаю, эта сила у тебя есть, и она совершенно неуправляема.

— Погоди, — мотаю головой. — Ты к чему ведёшь?

— Ты и есть принцесса василисков, — просто говорит она.