Глава 14

Услышав это, подняла голову со своей тарелки и посмотрела в лицо Генеральского. А что вы на меня так смотрите? Вот лучше у кровинки своей спросите.

В общем, если я сейчас не скажу что-то нормальное, меня уволят. Коза, блин, а не учительница.

Соберись Юлька и быстро думай. Только не мели ерунды, прошу тебя один раз в жизни.

– Появились некоторые трудности, – протянула, пытаясь выиграть время. Посмотрела на чертят, чтобы те не посмели и пискнуть. Сама эту кашу заварила, когда уснула и мне её же теперь и расхлёбывать.

– Вы уснули, и дети сбежали, так? – всё. Эту учительницу я больше ненавижу. Потому что у меня в голове только что появилась идея и теперь она была разрушена.

– Так, – опустила голову как нашкодивший щенок, теребя пальцами край скатерти. А что врать и пытаться вывернуться, если он обо всём знал? Представляю, он сейчас и так злой, а ему ещё и пожаловались меня.

– У вас одно предупреждение из трёх, – ещё бы знать, о чём он говорил. – Напортачите ещё два раза, и вы уволены.

Фу-ух, отлегло. Он прямо смиловался надо мной, давая мне ещё один шанс. И я не собиралась его терять, потому что с этого самого часа легкомысленная Юлька по кличке «Филин» становится серьёзней всех на свете.

Раз воспитанием этих детей никто не занимался, эту задачу я возьму на себя. Они будут у меня ходить как шёлковые, по струнке и больше не посмеют вставить мне палки в колёса!

Но я видела, что по их маленьким улыбочкам, это сделать они и собирались. Услышали и поняли, что ещё два моих просчёта, и вылечу с этой работы. А детки тем временем  проведут время с отцом. Намного легче и быстрее, чем я договорюсь с их папой больше уделять им внимания.

И они решили пойти по другому пути. Это я видела в их глазках, которые так и сверкали, задумывая вытворить что-то ещё. Ох, чувствую, жизнь моя сладка не будет.

Оставшийся вечер  прошёл спокойно. После обеда помогла сделать дьяволятам домашнее задание, а затем у нас была тренировка по плаванью и скрипке. Оказывается, Андрей неплохо плавал и мечтал стать известным пловцом, а Рита хотела научиться в совершенстве играть на скрипке.

Узнав об этом, удивилась. Хотела взглянуть одним глазком на то, что они умеют, но ни один сорванец не пустил меня на порог комнаты, в которой проходили занятия.

День был спокойным, дети больше ничего не вытворили, и я сразу же поняла, что это означает  одно – затишье перед бурей. Обдумывают план, чтобы нанести удар в неподходящий момент.

Но я буду готова дать им отпор.

***

– Рота, подъём! – сквозь сон слышу громкий крик и непонимающе, даже лениво поднимаюсь с кровати. Какая к чёрту рота? Какой подъём?  

Смотрю на свой телефон, пытаясь разглядеть время через только разлипшиеся глаза. Шесть двадцать. Мама миа! Почему так рано?! Это же у детей зарядка, а не у меня должна быть. 

 Ну уж нет, я досплю свои официальные сорок или сколько-то там минут и никто, абсолютно никто не выдернет меня с моей новой, тёплой кровати.

 Плюхаюсь обратно на мягкий матрац, накрываясь одеялом с головой. Закрываю глаза и сразу же слышу звук открывающейся двери, напоминающий грохот.

 – Юлия Филимонова, подъём! – какой же вы горластый, Александр Николаевич! Морщусь, и сажусь на кровати, заматываясь в плед. Поворачиваюсь в его сторону и смотрю заспанными глазами.

 Так и хотелось спросить, что ему от меня надо, но сдержалась. Начальник стоит же!

 – У вас осталось три минуты на сборы, – сообщил мне Генеральский, смотря на меня и ожидая, пока я встану с кровати. А всё что я могла сейчас сделать – молча смотреть и хлопать глазками, которые срочно нужно было промыть водой.

 – А куда? – произнесла, моргая. Замерла на секунду, пытаясь хоть что-то понять. У меня с утра мозг вообще не работает, а тут что-то делать заставляют.

 – Я вижу, вы не прочитали устав, – ой, опять этот тон, не терпящий каких-либо косяков. Прошу, только не второй выговор! – У нас утренняя зарядка. И у вас осталось две минуты и тридцать секунд на сборы.

 Всё также продолжаю пялиться на своего шефа, непонимающе хлопая ресницами. А время-то идёт…