Глава 59

– Пока! – помахала рукой семье, которая уже собиралась домой. Этого я боялась больше всего. Потому что сейчас они уедут, малышня пойдёт в свою комнату, а я… Останусь наедине с Александром.

Он же сказал, что наш разговор состоится вечером, да?

Весь день ходила от этой мысли как на иголках. Избегала мужчину, как можно чаще проводя время с детьми. А вот моя мама буквально прилипла к начальнику, вечно что-то треща ему на ухо. Что именно – знать боялась. Надеюсь, не обо мне.

Когда дверь закрылась, Павел закашлялся, зашаркал ногами и быстрее решил уйти спать. Время было позднее, и на улице давно уже стояла ночь. Сегодня Генеральский нарушил режим, делая отбой не в десять, как обычно, а чуть позже.

И оставшись в коридоре с Генеральским наедине, решила капитулировать. Нет, разговора я не выдержу. Особенно такого неопределённого и страшного. Боялась? Безумно. Поэтому рассчитывала уйти спать сразу же, как уложу детей спать.

– И нам пора, – сказала и подталкиваю малышню в сторону лестницы. – Отдых отдыхом, а отбой почти что по расписанию.

Отвернулась от спокойно рядом стоящего Александра и сделала шаг вперёд. Но почти сразу же остановилась, вытянулась и поёжилась, стоило только услышать голос мужчины:

– Юлия, задержитесь. Дети сами лягут спать.

Ой-ой-ой, мамочки. Сами не смогут! Я уверена! Всегда могли, а сегодня не смогут.

Мелкие паразиты переглядываются, и идут в свою комнату, оставляя меня одну. Так, куда можно убежать? Если я вдруг побегу в свою комнату и закроюсь на замок, будет ли это выглядеть по-детски? Конечно, будет!

Поэтому собираем все силы и поворачиваемся к боссу.

Выдохнув, сделала это в несколько секунд, встречаясь с карими глазами Саши. Я ведь могу звать его у себя так в голове, хотя бы иногда?

– Что-то хотели? – сглатываю, нервно перебирая пальцы у себя за спиной. Генеральский посмотрел на меня сверху вниз, сканируя. От этого сразу же стало не по себе. В одно мгновение джинсовые шорты и белый топ стали слишком тесными. Сейчас бы замотаться в одеяло, чтобы не чувствовать себя так неловко под изучающим взглядом генерала.

– Прямо шагом марш, – произносит спокойно, и я опускаю голову вниз. Блин, такое чувство, будто я что-то натворила. Иду вперёд, ощущая рядом присутствие того, к  кому я неровно дышу. – Расслабься. Не на плаху веду.

Да лучше бы на неё.

– А может это, – делаю попытку, чтобы сейчас уйти отсюда. – На завтра перенесём? Мне кажется, я переела. Живот что-то болит, да и голова раскалывается.

– А не надо было с моим охранником в литрбол играть, – от этих слов краснею, отводя взгляд в сторону. Вот как он узнал?! Соревновались ведь тайно, за деревом. На желание. Которое теперь мне, кстати, должен Юрий… – Может, тогда лучше бы себя чувствовала. Волнуешься?

Его слова застали врасплох, и я, не думая, выпаливаю:

– Волнуюсь.

– Чего именно? – а вот это хороший вопрос. Потому что я пока не решила. То ли разговора, то ли его последствий, а может и всё сразу…

– Всего.

Чувствую на своей руке мужскую ладонь и останавливаюсь, оборачиваясь. Миг, в котором дыхание перехватывает, и я утыкаюсь спиной в стену. Внутри всё скручивается от испуга, и близости мужчины, который, нависнув надо мной, посмотрел прямо в мои глаза.

– Вы чего? – слетает с губ, когда чувствую стальную грудь Александра, прикасающуюся к моим двойняшкам. Господи, спаси и сохрани, пожалуйста, потому что кажется, мне скоро нужна будет скорая помощь. – А если дети увидят?

Он призадумывается на несколько секунд, а потом произносит:

– Не увидят, – как самоуверенно-то! – Я тебе нравлюсь, Юль?

Теряю голос, слыша такой прямой вопрос. К этому я точно была не готова. Но это же прямолинейный генерал, который вообще не может выбрать выражение помягче.

И что ответить?

Вместо каких-либо слов молчу, хлопая ресницами и смотря на великолепную мордашку босса. Две недели назад я клеилась к Генеральскому, а теперь тряслась под его взглядом, стоило только подойти ему так близко.

– Молчание знак согласия? – шевелит губами, бегая взглядом по моему взволнованному лицу.

И всё что могу – кивнуть в ответ. Не знаю, на какой из вопросов. На оба.

– С тобой сложно, – почему-то только сейчас понимает Саша. Чёрт, имя моего начальника так непривычно крутится в голове, что мне становится неловко. – Ладно. Задам другой вопрос. Готова ли ты девочка на то, что подписалась?

Снова сглатываю от волнения, не особо понимая к чему он это говорит. Хоть и смутно осознаю. Я сама хотела этого, но теперь, когда спонтанно между нами с Александром промелькнула молния, не могла этого принять.

Всё так неожиданно… Но так радостно!

В груди до сих пор трепещет что-то тёплое, яркое, дарящее хороший заряд настроения.

– Готова, – пересиливая себя, говорю то, что думаю. Мужчина усмехается, а затем наклоняется чуть вперёд, обжигая своим дыханием. Главное не упасть на пол, потому что ноги от волнения трясутся и подкашиваются.

– И тебя ничего не волнует? Например, мои неугомонные дети, возраст, вечная работа, – казалось,  он меня проверят. Ждёт, когда я скажу: «Ой, точно, дети. Спасибо, я девушка молодая, активная, пожалуй, нет». А вот тебе фига, генерал. Не на ту напал.

С детьми контакт найдём. Возраст – ничего, мне всегда нравились мужчины постарше. А вот работа… Найду время, когда отвлечь Вас, генерал Генеральский. О, как звучит!

– Нет, – заявляю уверенно. – У меня встречный вопрос. Справишься со мной?

Не знаю, откуда взялась такая смелость, но резко стало хорошо. Если Саша такое говорит, значит, тоже что-то чувствует?

На мой вопрос мужчина фыркает. Что, задела, да?

А потом делает то, чего я не ожидаю – целует. Касается своими мягкими губами моих, углубляя поцелуй. Он выходит сладким, нежным и трепетным. Нет той борьбы, которая была несколько часов назад.

Генеральский отстраняется и почему-то улыбается.

– Целуешься как девчонка, – это что был камень в мой огород? Не маленький камушек, а целый булыжник! – Надо подучиться.

Хочу ответить, но задыхаюсь от возмущения, открывая рот как рыба. Да вы что?! Да я целовалась-то от силы раз шесть-семь, три раза из которых с генералом. Невозмутимая наглость говорить мне это в лицо!

– Научусь! – восклицаю недовольно, чувствуя на своих волосах пальцы мужчины. – Вот прямо сейчас пойду и начну. Мне Юрий желание должен. В литрбол проиграл.

– Спать иди, – грубее, чем следовало, ответил Александр, выпуская меня из своей клетки. – Отбой был полтора часа назад.

Вы только посмотрите на него. Сначала недоволен, потом ещё и злится. Этих мужиков не поймёшь.

– Ну, и пойду, – говорю воинственно, быстро делая шаг в сторону и отдаляясь от босса. Увеличив дистанцию, почувствовала себя уверенней, чем несколько секунд назад. – Спокойной ночи, товарищ генерал.

Не дожидаясь ответа, разворачиваюсь и что мочи бегу себе в комнату. Генеральский что-то говорит, но я уже не слышу, погружаясь в себя и сгорая от смущения.

***

– Знаете что, генерал, – говорю, потирая носком землю. Утренняя зарядка была в самом разгаре, и пока дети бегали круги, осилить которые я была не в состоянии, решила переговорить с боссом. – Помните первый наш рабочий день?

– Ближе к делу.

– Вы заставили меня бегать, говоря, что если не буду спортивной, то дети могут убежать.

– Неужели, Юлия, вы решили показать мне, как научились быстро шевелить своими стройными ножками?

Ага, как же. Но за комплимент спасибо.

– Хочу, – победно улыбаюсь.

– Демонстрируйте, – следует краткий ответ.

Киваю, отворачиваясь от генерала. Вижу, как в нашу сторону несётся Ритка, только и успевая, что размеренно дышать.

Стоит ей только пронестись на метр вперёд меня, как я елейным голосом произношу, привлекая внимание Александра:

– Маргарита, солнце, смотри пальчики об камни не ушиби.

Эти слова действуют на девочку как красная тряпка на быка. Только вот очень послушного и неагрессивного.

Почти сразу же, Рита сворачивает, продолжая бежать, но только ко мне. Несколько метров, и вот она уже стоит рядом со мной, мило улыбаясь.

А не нужно сосать палец в этом возрасте. Тогда и шантажировать никто не будет.

Поворачиваюсь обратно к Генеральскому, кладу ладонь на макушку девочки и, потрепав её по голове, обращаюсь к боссу:

– Как видите, ум побеждает спорт.

И няня детей.

 Стоило только узнать о слабостях карапузов, как они сразу же становятся шёлковыми. А ещё сами начинают дружить, чтобы я случайно не рассказала об их «увлечениях» отцу. Ритка палец до сих пор сосёт, а вот Андрей… Делает своей сестрички косички и сильно стыдится этого.

И если в этом нет ничего такого, то мне пока на пользу, что мальчик не хочет, чтобы об этом кто-то узнал.

Что же, план порабощения детей, исполнен. Возраст мне не помеха. А вот работа… Тут мы что-нибудь придумаем.

А там ведь ещё и неугомонная бывшая где-то есть…