Глава 15

Артур

Она такая сладкая… такая… словно нереальная. Нарисованная моим воображением, идеально подходящая мне женщина. Только сейчас понимаю, как сильно меня заводит ее искренняя скромность, ее полный обожания взгляд, которым она на меня смотрит.

Вначале думалось, что это лишь мимолетное влечение. Желание, заполняющее меня до отказа и как только я ее получу, все пройдет. Теперь знаю, что нет. Знаю, что готов и ждать ее, если понадобится и не настаивать. Я на такое ради нее готов, на что не пошел бы ни с одной другой женщиной. Уверен в этом. Просто знаю, что так оно и было бы.

– Артур…

В какой-то момент думаю, что она меня остановит. Снова. Скажет, что не готова или выдумает другую чепуху. До последнего не верю, что мы можем, как взрослые люди, переспать.

– Да?

– Презервативы… у тебя есть?

Мне даже смешно становится от ее вопроса, но понимаю, что для нее это наверняка важно.

– Расслабься, малыш. Я знаю о защите.

Она кивает. Доверяется, конечно. И так это доверие по мне прокатывается – едва успеваю привыкнуть и выдержать.

Не знаю, чем зацепила, не могу объяснить, почему так тронула, просто знаю, что вряд ли будет женщина, которая зацепит меня так же. Уверен.

Платье ее красное отбрасываю в сторону. Швыряю куда-то влево и даже не смотрю, куда упало. На нее смотрю. Неотрывно. Скольжу взглядом по оголенной молочной коже, по смущенно сведенным ногам и полоске трусиков. Смешных, не кружевных, к которым я привык. Даже это в ней отличается от все женщин, которые у меня были.

Снимаю и их. Смешные разрисованные трусики летят в сторону и Аврора остается передо мной абсолютно голой. До невозможности смущенной и неуверенной, но все же, голой.

Не хочу думать о причинах, по которым она решилась отдаться мне. Просто принимаю их. Возбуждаю ее. Ласкаю руками ее тело, прохожусь пальцами по нежным складкам клитора, ловлю сбитое дыхание. Довожу до исступления и только потом решаюсь таки раскатать презерватив на члене и толкнуться головкой внутрь Авроры.

Она охает, но пока не расширяет глаза от боли и ужаса. Знаю, что по сути еще даже не начал. Знаю и медлю, потому что назад дороги нет. Не могу сказать, что чувствую какую-то ответственность за лишение девственности, но давление в груди назревает.

– Готова? – спрашиваю.

Я до последнего ее спрашиваю и даю возможность отказаться.

– Да.

Вспоминаю все, что знаю по девственницам. У меня их, между прочим, не так много было и еще ни разу я не волновался так сильно, как сейчас.

Меня переполняет возбуждение, которое преследует меня все время, что Аврора находится у меня. Член буквально распирает от желания, но я, конечно же, не спешу. Вдыхаю и рывком толкаюсь в нее. Так хочется продолжить, но я понимаю, что нельзя этого делать. Замираю. Смахиваю языком ее слезы со щек. У самого в груди неприятно сжимает от того, что довел ее до такого состояния, что вызвал эти слезы.

– Так надо, малыш, – шепчу. – Так надо, потерпи.

– Все… в порядке. Я… я уже в норме, продолжай.

Даю ей еще время, осознавая, что совсем она не в норме. Вижу ведь, как крупной дрожью трясется ее тело, как она закусывает губу, чтобы не плакать. Такая узкая, маленькая, тугая и желанная. Хочу ее до дрожи и жалею одновременно.

– Как ты?

– Порядок, – выдыхает уже спокойнее и отмирает.

Сама подо мной начинает елозить.

Аккуратно выхожу из Авроры, почти до конца и вбиваюсь снова. Срываю с ее губ хриплый стон, на этот раз удовольствия.

– Боже, – выдыхает Аврора.

Сжимаю ее бедра в руках и начинаю движения. На этот раз без пощады, вбиваюсь в нее, хотя, конечно, контролирую силу. Знаю, что пока рано работать на износ. К этому мы обязательно чуть позже дойдем.

– Нравится? – спрашиваю, толкаясь с нежностью. – Нравится? – хочу, чтобы ответила.

– Да… боже… да…

Ее дурманящий запах, ее мягкие едва ощутимые касания, ее красноречивые вздохи и острые ногти, которые она вгоняет мне в спину, заставляют терять голову. Закидываю ножки Авроры себе на бедра и толкаюсь глубже. Вхожу уже на всю длину. Срываю с ее губ очередной стон и добавляю пальцы на клитор. Хочу, чтобы она кончила. Чувствую, что еще немного, и я взорвусь, а поэтому помогаю дойти до пика и ей.

– Боже… боже…

Ее громкий крик на несколько мгновений оглушает, а затем я следую за Авророй. Кончаю с гортанным несдержанным рыком. Горячая лава собирается внизу живота, а затем растекается по всему телу. Еще несколько движений бедрами, медленных, размеренных, и я замираю. Прижимаюсь к Авроре и оставляю засос на ее шее. Хочу, чтобы все знали, что она теперь моя. Моя. Моя.

– Это было… круто, – говорит она уже без смущения.

Да и какой стыд может быть после того, что мы с ней провернули?

– Да-а-а, – растягиваю. – А дальше будет только лучше.

Планирую делать с ней такие вещи, о которых она даже не подозревает. Не сейчас, конечно, потом. Раскрепощу ее, раскрою, научу всему, что знаю сам. Представляю это и член снова встает, что Аврора, конечно же, замечает.

– Ты… тебе мало?

– Мне всегда тебя мало, но мы отложим это на потом.

Ответ заглушает громкий плач Майки. Аврора тут же спохватывается, но я ее останавливаю.

– Я сам.

Выхожу из комнаты и думаю о том, что пора бы ей сказать, чей Майки сын на самом деле. Пора признаваться, но как же, черт возьми, не хочется. Да и, признаться, страшно. Мне, взрослому мужику, страшно ей сказать.