Глава 25

– Успокоилась немного?

Мне подают чашку теплого чая, и я на автомате делаю глоток. Вкусно. Отдает какими-то травами.

– С ромашкой, – поясняет хозяйка дома, в котором я неожиданно оказалось.

Изнутри все еще трясет. Вот ведь как бывает.

Пока бежала с Макаром на руках, ничего не боялась. А сейчас зуб на зуб не попадает.

Малыш лежит рядом на полу. Мария, так зовут девушку что помогла мне, постелила ему одеялко.

Маленькая девочка трясет перед мордашкой карапуза игрушками. В основном куклами или фломастерами. Других нет. Из возраста ползающих гномиков здесь уже выросли.

– Ты прости, я тебя, наверное, напугала, когда вот так втащила внутрь.

Маша опять извиняется. А я трясу головой. Говорить пока что не получается.

Делаю еще один глоток. Скорее бы отпустило.

– Мы с Мией гуляли во дворе. Я услышала шум, долетающий к нам с улицы. Хотела сначала позвонить охране. Но все произошло так быстро…

– Спасибо! – после нескольких глотков вкусного ароматного чая получается выдавить из себя слова, – вы нам очень помогли.

– Можно на «ты», – улыбается девушка, – мы ведь уже виделись.

Намекает на их визит в дом Тимура.

– Да, конечно, – киваю, – спасибо тебе большое.

– Ну, вот и славно, – хлопает меня по ладони. Такая милая и добрая. – А теперь отдыхайте. Вы натерпелись. Охране я передала информацию. С этими двумя разберутся.

Наконец прихожу в себя. Начинаю понимать последствия своего поступка.

Ведь если дело дойдет до полиции, похитительницей скорее объявят меня, а не родную мать ребенка.

Что же теперь будет?

– Мне надо позвонить, – отставляю чашку с чаем.

– Конечно, – Маша кивает, – чувствуй себя как дома. За Макаром мы присмотрим. Мия от него просто в восторге.

Она отходит к покрывальцу, на котором лежит малыш. Рядом, не скрывая радости, топчется вторая кроха. Чуть не хлопает в ладоши.

Еще бы! Целый живой ребенок. Это даже поинтереснее котика или собачки. Или игрушечного пупса.

Макар всю возню вокруг себя воспринимает с чисто мужским равнодушием. Но время от времени бросает на меня взгляд своих больших, как блюдца, глаз.

Словно ищет поддержки.

Я ему улыбаюсь. И он продолжает сосредоточенно изучать своих новых знакомых. Сейчас как никогда напоминая своего отца.

Сердце сжимается в груди.

Выхожу в коридор и достаю телефон.

Номер Тимура у меня сохранился. Да и как иначе, пока я живу в его доме и присматриваю за его ребенком. Надо быть на связи.

С замиранием выслушиваю пару гудков. Но он отвечает быстро. Есть шанс, что не на совещании или, где там еще работают такие богатые люди.

Я ведь даже не знаю, чем занимается Тимур. Совершенно ничего не знаю о его жизни.

Зато помню, какие у него красивые глаза – цвета угасающего сумеречного неба. А еще улыбка – от нее всегда щемит где-то в районе груди. И губы… Губы – это самое страшное. Это моя ловушка.

Стараюсь, как можно сухо и быстро объяснить ему, что случилось. Эмоции оставляю на потом. Для себя. Нечего их вывалить на чужого мужчину.

Он мои слезы и истерики выслушивать не обязан. Это точно лишнее.

Заканчиваю и пару секунд царит тишина. Мне даже страшно становится.

Тимур настолько сердит? На меня? Я его подвела? А может добавила хлопот? Может надо было отдать ребенка?

Но я просто не смогла. Не смогла вот так. Такой матери, называющей Макара малявкой. Приехавшей как вор.

На глаза снова наворачиваются слезы. Я понимаю все свое бессилие.

Шмыгаю все-таки носом пару раз. Эмоции сдержать не получается.

– Поля, ты сама как? – раздается неожиданно в трубке, – у тебя все в порядке? Не упала? Не поранилась? Они тебе ничего не сделали?

Засыпает градом вопросов. Я даже теряюсь. Не сразу нахожу, что ответить.

И слезы предательски душат. Он переживает за меня. Он…

Сегодня официально объявлено днем моих рыданий. Наверное, в детстве я так заливалась последний раз.

– Со мной все хорошо, – проглатываю ком и выдаю, – мне наши соседи помогли. Из дома рядышком.

– Соседи?

Почти ощущаю, как он хмурится. Словно вспоминает, что там за соседи рядом живут.

– Мария с дочкой. Они как раз играли во дворе. Услышали шум. И помогли мне.

– Ах, эти, – кажется он выдыхает с облегчением, – Жена Глеба. Только Мия ей не дочь.

– Правда? Надо же. А девочка зовет ее мамой.

– Там все сложно. Забудь. Пусть сами разбираются. Но ты пока посиди у них. Я скоро приеду.

– У тебя наверно дела? Может мы сами…

– Плохая идея. Я знаю Марику, и она не отвяжется, пока не успокоится, – ворчит, – а успокоить ее, похоже, могу только я.

В голову опять лезут всякие мысли. Чем он будет ее успокаивать? Женится? Ведь именно этого хотела девушка.

Вслух, конечно, не спрашиваю. Это не мое дело. Решать тут только Тимуру. Это его жизнь.

– А что с тестом? – вспоминаю.

Из-за всех этих событий про самое главное я и забыла.

– Результаты мне уже прислали.

– И?

В крови бушует нетерпение вперемешку со страхом. Сейчас откроется истина.

Волнуюсь так, будто и вправду я мать. Дурдом.

– Пока не смотрел.

– Ох…

Вылетает разочарованно. А он неожиданно добавляет:

– Приеду, вместе посмотрим.

Умеет же этот мужчина удивить. Ведь наверняка ничего такого не имел в виду. А щеки вспыхивают. Сердце тоже ускоряется.

Совсем я пропала.

Пытаюсь привести себя в нормальное состояние. Тимур тем временем прощается.

Наверняка у него дел выше крыши. Накопилось. Он столько с нами провозился, пока моя нога заживала. А теперь приходится отрываться. И снова решать проблемы. Из-за меня…

Может если бы я не пошла гулять…

Бью себя по рукам в попытке самоедства. Привычка брать на себя ответственность выработалась со школы. Вот и в произошедшем виню тоже себя.