Глава 11

Вскоре мы покинули каток. Пошли переобуваться и переодеваться. Благо, я взяла запасную одежду и для Дани, и для Сережи. А после, зайдя в ближайшее кафе, мы подкрепили силы чаем с пирожными. Каюсь, от глинтвейна, что предложил Кирилл, не отказалась. Не столько замерзла, сколько решила пустить все на самотек, просто наслаждаясь классным солнечным днем и приятной компанией. Поэтому, даже понимая, что включилась в своеобразную игру Кирилла, не стала себя ограничивать. Короче, флиртовала я напропалую, используя невербальный язык. То до лица дотронусь, то волосы поправлю, то будто невзначай прикоснусь к нему. И что, ему можно, а мне нельзя?!

После кафе решили погулять по центру и неожиданно наткнулись на небольшой ледовый городок. Подговорила Даню затащить Кирилла на ледяную горку, а сама решила примерить роль папарацци. Успела сделать несколько фотографий на телефон, прежде чем меня заметили и чуть и не в приказном порядке заставили присоединиться. Я не сильно и противилась.

День пролетел как-то незаметно. В начале четвертого решили, что пора возвращаться домой. Ребята утомились, хотя и старались держаться молодцом. И едва мальчишки оказались в машине, как начали позевывать. Пять минут – и оба дрыхнут без задних ног. Даже жалко было будить Сережку, когда мы подъехали к моему дому. Проводила его, сдав на руки это сонное чудо сестре. Заодно захватила из дома наряд Снегурочки. Седьмого января теперь не надо будет домой заезжать, а подарки захватят мои бывшие коллеги.

В коттедж Громовых приехали минут через сорок-пятьдесят. В дороге в какой-то момент я сама вырубилась, даже не заметив этого. Разбудил меня Кирилл очень «оригинальным» способом. Прикосновение его губ было мягким и нежным, и, видимо, ещё не до конца проснувшись, я ответила на его поцелуй. Кирилл глухо застонал и углубил поцелуй, зарываясь рукой в мои волосы, отчего и мою крышу снесло.

Рядом завозился Даня. Наверное, сейчас проснется. Уперлась плечами в грудь Кирилла, пытаясь оттолкнуть. Ноль реакции. Что ж, сам напросился! Укусила его за наглый язык, сильно. Блондинчик сразу отстранился и удивленно взглянул в мои глаза. Я же склонилась к Дане и начала расстегивать ремни безопасности.

– Приехали? – неразборчиво уточнил чемпион, открывая заспанные глазки.

– Да, уже приехали, – мягко ответила я.

– А где Серый? – он оглядел салон и вопросительно посмотрел на отца.

Ах да, он же так и не проснулся, пока мы Серегу выгружали.

– Дома, у себя дома.

Кирилл наконец отмер и, обойдя машину, открыл дверь для Дани. Водитель уже даже на горизонте не мелькал. И хорошо, значит, наш поцелуй с Громовым никто не видел. Пусть это останется нашей маленькой тайной.

В коттедже мы разделились, чтобы переодеться. Кирилл сказал, что сам позаботится о сыне, поэтому я с чистой совестью направилась в свою комнату. Долго умывалась в ванной комнате, пытаясь привести мысли в порядок. Надела привычные джинсы и зеленый свитер крупной вязки. Да, я знаю, что он меня полнит, собственно, для этого и надела – напомнить кое-кому о собственных несовершенствах, а то блондинчик как-то резко перешел в наступление. Вот только пройма горловины у него широкая, поэтому под свитер нацепила топик на тонких лямках. Если совсем жарко станет, так хоть снять смогу. Расчесав волосы, подумала было собрать их в кривой пучок, но тут же отбросила эту мысль. И вовсе не потому, что при воспоминании о том, как Кирилл зарылся в них ладонью, мурашки снова забегали по коже. Просто не люблю собирать волосы – голова быстро от любых причесок устает. Напоследок нацепила на ноги полосатые оранжево-черные носочки. Чисто для того, чтобы в Кирилле эстет сдох окончательно и бесповоротно. Хватит ему на меня с таким интересом смотреть и так тепло улыбаться. И без того на одном упрямстве оборону держу.

В столовой, как оказалось, для нас уже был накрыт стол. И когда я зашла, Кирилл открывал вино. Они с Даней были одеты почти одинаково – джинсы и белые футболки с коротким рукавом. Зараза, заметил же, как я на его руки залипаю взглядом. Вот и сейчас подвисла, наблюдая, как напрягаются мышцы, когда Кирилл вытаскивал пробку.

– Присаживайся, – разливая вино по бокалам, он кивнул мне на привычное место. Даня по-джентельменски отодвинул мне стул. – А то мы жутко проголодались.

– Приятного аппетита, – пожелала я мужчинам с улыбкой.

Ужин прошел в теплой, почти семейной атмосфере. Вино расслабляло и снимало запреты. Заставляло забыть про оборонительные сооружения и просто наслаждаться вечером. А после Кирилл предложил перебраться в гостиную и включить камин, хотя помещение совершенно не нуждалось в дополнительном отоплении.

– Чем займемся? – с интересом спросил Кирилл у Дани, и мальчишка всерьез задумался.

– Может, поиграем в дженгу? – предложила я, опасаясь, что снова предложит сыграть в твистер.

Дженга намного безопаснее и требует сосредоточенности. Принцип: из прямоугольных брусочков строится квадратная башня, укладываются три брусочка в ряд, следующий ряд ложится перпендикулярно первому и так далее. Задача: вытащить брусочек так, чтобы башня осталась стоять, и положить этот брусочек сверху. Придерживать строение руками нельзя. Кто уронит башню, тот проиграл.

Объясняла я правила, строя башню на голом полу сбоку от камина, сама же устроилась на ковре. Потом выровняла по максимуму сооружение и предложила Дане начинать.

По итогу самые разрушительные ходы были у Дани. Пару раз нарочно ломала башню, только чтобы чемпион не расстраивался. После очередного обрушения башни Громовы попереглядывались, и Даниил неожиданно объявил, что хочет быть судьей. Я только брови приподняла и пожала плечами. Тут же поправила сползший ворот свитера и начала снова строить башню. Кирилл решил мне «помочь» и в который раз будто случайно погладил мою ладонь. Выровняв сооружение, я закатала рукава, настраиваясь на серьезное сражение до победного.

Даниил забрался на диван, с интересом наблюдая за первыми довольно простыми ходами. Башня росла на глазах. В какой-то момент, когда я вытаскивала боковой брусок, оставляя сооружение на одной «перекладине», рукав опал и чуть не порушил башню. Помянув матрешку добрым словом, сняла свитер и закинула его в кресло.

– О! Игра перешла на новый уровень сложности, – с улыбкой прокомментировал Кирилл мой стриптиз.

Я сдула с лица противный мешающийся локон и аккуратно уложила брусочек на верхний ряд башни. Кирилл же без особого труда вытащил брусочек у самого низа и «надстроил» сооружение. С каждым новым ходом игра усложнялась, казалось, наше здание упадет от легкого ветерка, поэтому мы периодически задерживали дыхание, глядя, как она пошатывается от наших осторожных движений.

– Может, желание поставим на кон? – шепотом предложил Кирилл, обдумывая очередной ход. Я поморщилась и покачала головой. – Боишься проиграть? – уточнил он с легким вызовом. Снова покачала головой. В принципе у нас осталось максимум по два хода, дальше просто невозможно строительство. – Значит, на желание играем.

Махнула рукой на этого белобрысика. Все равно при Дане он ничего пошлого не загадает. Кирилл улыбнулся с видом победителя. Покосилась на притихшего чемпиона, начиная подозревать подвох. Так и есть: спит без задних ног. И без передних. С определенным трудом, но Кирилл вытащил брусок, не обрушив здание. И вокруг башни начала ползать уже я, аккуратно выбирая себе цель. Вроде нашла подходящий и начала осторожно вытаскивать. У меня почти получилось, когда Кирилл резко выдохнул, опаляя дыханием мне ухо и шею. Естественно, рука у меня дрогнула.

– Так нечестно! – возмутилась я до глубины души. – Ты специально, – в сердцах кинула в него «строительным материалом» разрушенной башни. – Ты!.. ТЫ!.. – слов цензурных почему-то не осталось, а нецензурными нельзя – вдруг Даня проснется.

Кирилл же со смехом сгреб меня в охапку и, всё ещё посмеиваясь, поцеловал. Толкнула с силой его в грудь. От неожиданности он завалился на ковер и меня за собой утащил. Рванулась из мужских рук, но Кирилл легко удержал меня и, перекатившись, подмял под себя. Собирался поцеловать, но я успела отвернуться, и его поцелуй пришелся куда-то в волосы.

– Ты проиграла мне желание, – шепнул Кирилл мне на ухо и скользнул губами по скуле, невольно задевая шершавым подбородком мою кожу.

С силой прикусила губу, чтобы вслух не застонать. А Кирилл, будто очнувшись, отодвинулся и, поглаживая подбородок, осторожно повернул мое лицо. Вопросительно вдернула брови, не видя смысла в препирательствах. Хотя выиграл он нечестно!!! Усмехнулась криво. Удиви меня, бизнесменчик. А он все ещё колебался или слова подбирал.

– Хоть раз, – начал он проникновенно и почему-то шепотом. – Посмотри на меня так же, как в момент знакомства.

Я замерла, чувствуя что-то непонятное в районе солнечного сплетения. Бабочки? Щекотный узелок страха, как на аттракционах?

– Как «так»? – прохрипела с трудом я.

Уф, как проняло. Даже изобразить непонимание как-то не особо вышло.

– Будто я самый лучший мужчина на земле, – он усмехнулся, но будто над собой. – По крайней мере, для тебя.

Время замерло для нас двоих. В тишине стало слышно, как тикают часы, тихо гудит камин, Даниил посапывает рядом. Я смотрела в голубые глаза Кирилла и молчала. В мыслях был полнейший сумбур. Сказать, что это его в тот момент насмешило? Хотя, судя по его просьбе, это не так. Спросить, зачем это ему?

– Так стань им, – почему-то сердито выпалила я.

– Я стараюсь, – тихо признался он, склоняясь ниже.

Мягко, очень нежно коснулся моих губ. Так ласково, что я не смогла остаться равнодушной. Он вроде хотел отстраниться, но я удержала его за затылок и приоткрыла рот, безмолвно приглашая продолжить. От этого действа у Кирилла сорвало крышу, с тихим стоном он проник языком в мой рот, исследуя и завоевывая новые пространства.

Мужские руки же начали путешествовать по телу, тактильно изучая меня. Пальцы погладили грудь в районе соска, и, несмотря на разделяющую с ними ткань, соски отреагировали на ласку. Будто этого мало, ладонь Кирилла полностью накрыла грудь и мягко сжала её. Другая же ладонь спустилась к бедрам, и, забросив мою ногу себе на бедро, Кирилл сжал ягодицу. Я понимала, что нас заносит куда-то не туда, но прекратить сладостную пытку не могла. А Кирилл, будто чувствуя мою капитуляцию, усилил напор. Раздвинув мне ноги, он устроился между ними, вжимаясь твердым членом в мою промежность. И пусть нас разделяла жесткая джинсовая ткань, но такие прикосновения будили низменные инстинкты. И вскоре я уже нетерпеливо ерзала под ним, желая избавиться от мешающей одежды. Губы Кирилла наконец оторвались от моих, чтобы проложить дорожку до моей шеи и вниз по ней. Царапающая щетина добавляла остроту ощущениям, так что я с трудом сдерживала стоны.

Неожиданно рядом завозился Даня, и мы оба испуганно замерли. Кирилл резко сел и уставился на сонного мальчишку. Я среагировала не так быстро, но откатилась и села вполне проворно.

– Кто выиграл? – приоткрыв глаза, уточнил Даня.

– Я! – уверенно заявил Кирилл. Картину портила только некоторая осиплость голоса. – Неужели ты сомневался в собственном отце?

– Ни капельки. Ты – молодец! – выдавил чемпион и зевнул, снова закрывая глаза.

– Я уложу Даню, – предложил Кирилл, кидая на меня быстрый взгляд. Кивнула. – Только никуда не уходи, я быстро, – взгляд блондина стал настойчивым.

И снова я кивнула, немного тормозя из-за недавних событий. Либидо требовало продолжения, я же упорно игнорировала его. Кирилл подхватил ребенка на руки и устремился к лестнице. А я ещё минуту или две сидела и пыталась сообразить, что мне делать. Ждать блондина? И тогда ночь я точно проведу в его компании. Или сбежать пока не поздно? Чертенок настаивал на первом варианте. Я же ничего не потеряю, наоборот, возможно, избавлюсь от страхов. А вот все остальное восставало против такого решения. Наверху негромко проскрипела дверь, и я подлетела с пола в мгновение ока. Наплевав на рассыпанные по полу брусочки, бросилась к себе в комнату. От греха подальше. «Кирилл – не наш вариант»,– пыталась убедить я себя и чертенка.

Кирилл

Спустившись вниз, я разочарованно выругался. Все-таки сбежала к себе в комнату. Чего же ты так испугалась, Снегурочка? Растаять от нашей страсти? Твою ж мать! Никогда не думал, что так сложно растопить лёд в сердце женщины. И ведь с детьми Таша такая теплая и любящая, а стоит мне приблизиться, так вечно снежную стену вокруг себя возводит. Хотя сегодня я добился определенных успехов. Вот только Таша все равно сбежала. И что я сделал не так? Поторопился? Но я, ей-богу, не в силах был сдержаться, когда она наконец ответила на поцелуй. Не так, как в машине, неосознанно, пребывая в полудреме, а вот так, как несколько минут назад.

А как Таша на ласки откликалась?! Думал, что кончу прямо в трусы, когда она начала ерзать подо мной. Со стоном разочарования поправил джинсы, ширинка неприятно давила на стоящий колом член. На миг появилась мысль передернуть, чтобы хоть так спустить напряжение, но я тут же отмел её. Опять к Ларисе съездить? Так она ещё на последней встрече раскусила меня.

– Кир, ты кого-то встретил?

Я тогда уверенно покачал головой, но, судя по понимающей улыбке любовницы, обмануть её не удалось. И хоть она была все такой же страстной и чувственной в ту ночь, но мне было этого мало. Я все никак не мог кончить, и только фантазии об упрямой Снегурочке позволяли получить разрядку. Кажется, я все-таки назвал Ларису другим именем, так как на прощание она пожелала мне удачи с Наташей.

Налил себе бренди и глотнул обжигающий алкоголь. Спиртное чуть прочистило мозги. Вспомнив о Максиме, я поморщился. Сегодня я, нагло используя свое положение, избавился от соперника, отправив его на законный, но нежеланный выходной. Даже цель ему обозначил: чтобы он выяснил, что же натворил бывший Таши в тот вечер. Правда, не особо рассчитывал на результат. А вот что завтра делать? Ведь опять будет крутиться неподалеку, ненавязчиво опекая Ташу и перетягивая её внимание на себя. И я не могу этому помешать. Разве что уволить. Но так низко я не упаду. В конце концов, это подло.

Я вновь выругался, с силой сжимая бокал. Залпом допил горячительное и налил новую партию. Неожиданно заметил в кресле забытый Ташей свитер. Усмехнулся: не те Золушки теперь пошли. Повинуясь внезапному желанию, схватил вязаную кофту и прижал к лицу, втягивая будоражащий аромат. Восточные сладости – ванилька и совсем чуть-чуть корицы.

Тело отреагировало новым всплеском желания, и я глухо простонал. Твою ж мать! Когда я успел так вляпаться? Неужели с самого начала? С первого взгляда? И именно поэтому был так груб с ней в новогоднюю ночь? Как мальчишка, дергающий за косичку понравившуюся девчонку. Уселся в кресло и снова хлебнул бренди. В другой руке я все еще мял зеленый свитер и пытался убедить себя не торопить события. У меня есть ещё по крайней мере пять дней, чтобы завоевать Снегурочку. Я резко выдохнул и, допив спиртное, направился к себе, оставив свитер на подлокотнике. Вот только на втором этаже ноги понесли меня к её спальне. В конце концов, просто спрошу, чего она испугалась. Я ведь не подросток, держать желания в узде могу. Даже такие безумные, как сейчас.

Ещё пару минут помялся под дверью и, тихо выругавшись, постучал. За дверью послышался шум, но открывать её не спешили.

– Наташ, открой, – попросил я спокойно.

– Сейчас, подождите минуту, – её голос звучал испуганно и торопливо.

Снова на «вы»? Спустя отведенную минуту дверь так и не открылась. Постучал опять и оперся плечом на косяк, приготовившись к длительному ожиданию, но дверь открылась буквально в следующую секунду. Мой взгляд замер на обнаженных щиколотках и ступнях. Млять, я и не думал, что эта часть тела может быть такой сексуальной. С усилием заставил себя отвести взгляд, скользнув им вверх по обнаженным ногам, по атласной ткани синего халата, остановившись в более чем скромном вырезе на груди. Сглотнул, борясь с жутким желанием распахнуть полы халата. Резко поднял взгляд и уставился в сине-зеленые глаза.

– Не пригласишь? – хрипло спросил я. Покачала головой. Я криво усмехнулся и шагнул вперед. – Впрочем, я не гордый.

Что я вообще несу? Наташа поспешно отступила в сторону, будто её напрягала моя близость. Я зашел и захлопнул за собой дверь. А после дотронулся до её влажных волос и уточнил с легкой насмешкой.

– Душ принимала? – млять, просто гениальный вопрос.

– Тебе бы тоже не помешал, – бросила она, незаметно для себя вновь перейдя на «ты», отстранила мою руку и припечатала: – Ледяной.

– Не поможет, – хрипло признался я.

Проверял. Усмехнулся и в следующую секунду прижал Снегурочку к стенке. Она уперлась руками мне в грудь, не давая сократить и без того маленькое расстояние между нами.

– Кирилл Сергеевич, прошу, покиньте мою комнату, – тихо, но с напором попросила она.

Обращение по имени-отчеству мне не понравилось до ужаса. Зачем? Снова стену пытается выстроить? Не позволю! Она отвела взгляд, будто чего-то смутилась.

– Таша?.. – вопросительно протянул я. Не подняла взгляд, поэтому я обхватил её шею рукой, вынуждая смотреть в мои глаза.

– Кирилл Сергеевич, мы всё обсудили ещё на «собеседовании», – упрямо заявила она. – Меня не интересуют отношения на одну ночь.

– У нас будет больше ночей, – хрипло пообещал я.

Таша закатила глаза, явно злясь, хотя я пытался шуткой развеять напряжение между нами. Поддавшись искушению, погладил пальцами её шею. Наташа прикусила губу и покачала головой. А я взглядом прикипел к её губам, вспоминая их вкус. Сглотнул и, преодолевая сопротивление, прижался к Таше вплотную. Чувствуешь, как сильно я завелся? Вслух же спросил совсем другое:

– Таша, ты ведь специально дразнила меня весь вечер, а теперь в кусты прячешься?

– Я не дразнила, – пискнула она и глубоко вздохнула.

Потом принюхалась и уже оценивающе посмотрела на меня. Пытается оценить степень моего опьянения? Да, Таш, я сильно пьян, но пьян тобой. Я обхватил рукой её шею уже не так нежно, боясь, что она может сбежать.

– Не играй со мной, Таша. Я этого не люблю, – шепнул я, склоняясь ещё ниже.

А в следующую секунду мои губы завладели её в неистовом поцелуе. И на мгновение мне показалось, что она уступит. Но в следующий миг Таша яростно укусила меня за губу.

– Пустите, иначе закричу, – пригрозила Таша.

В глазах смятение и неуверенность, поэтому я и не воспринял её слова всерьез.

– Звучит как обещание, – шепнул я и вновь поцеловал уже гораздо нежнее.

И Таша уступила. Одной рукой я все ещё сжимал её шею, не давая отстраниться. Другая же ладонь спустилась к поясу на халате и развязала узел. Миг – и я распахиваю халат, чтобы натолкнуться на новое препятствие. Таша что-то возмущенно мычит, но я не даю ей возможности отстраниться. И тогда она снова кусает меня, вот только теперь за язык. Усмехнувшись, я оставил в покое её рот и начал покрывать поцелуями её подбородок, шею, ключицу, иногда задевая щетиной нежную чувствительную кожу. И вот уже и она учащенно дышит, её ладони перестают с силой упираться мне в грудь. Сейчас Таша скорее гладит меня по мышцам торса, чем пытается оттолкнуть. Отстраняюсь всего на миг, чтобы быстро стащить с себя свитер, и с удовольствием замечаю, с каким жадным интересом Таша оглядывает мой обнаженный торс. Собственный контроль трещит по швам, и я силой вдыхаю воздух сквозь сжатые зубы. Аромат ванили проникает в легкие, и у меня срывает крышу окончательно. С рыком сдергиваю с неё полотенце и замираю.

В жизни у меня было много женщин, но никого желаннее я не видел. Так и не снятый халат прятал большую часть картины, и с тихим шипением я стащил его с женских плеч. Таша судорожно выдохнула и попыталась прикрыться руками. Удержал её за запястья, вовремя вспомнив о триггере, и начал покрывать поцелуями столь желанную женщину. Губы проложили дорожку от шеи до груди и обхватили её сосок. С тихим стоном Таша выгнулась навстречу ласке. Обведя языком горошинку, чуть прикусил и отпустил на волю. Продолжил спуск вниз, солнечное сплетение, пупок, ещё несколько поцелуев – и я у цели. Опустившись на колени, закинул её бедро себе на плечо, языком скользнув к клитору. Таша снова застонала и вцепилась пальцами в мои волосы. Отстранить не пыталась, поэтому я продолжил играться с клитором, пробуя на вкус её желание. И теперь я точно знаю, чем оно пахнет. Корицей.

Новый стон Таши ещё громче предыдущего, я и сам чувствую, как сжимаются её мышцы, словно в предвкушении разрядки. Чуть куснул нежную кожу – новый стон был мне наградой. Не то. Втянул в рот её горошинку и начал посасывать, одновременно проникая двумя пальцами в вагину. Тихий вскрик, и я понимаю, что Таша наконец улетела в нирвану, настолько расслабленным стало её тело. Хочу с ней сорваться в эту пропасть. Поднимаюсь, расстегивая ширинку и приспуская джинсы вместе с бельем.

Таша смотрит на меня затуманенным пережитым удовольствием взглядом. Целую влажные искусанные губы и, приподняв её бедра, медленно проникаю в неё. Мучительно медленно, в то время как хочется ворваться как ураган. Но понимаю, что надо быть осторожнее. Мышцы плотно обхватывают мой член, слишком плотно. И я внезапно понимаю, что мужчины у Таши давно не было. И неизвестно почему, но от этого осознания становится сладко на душе.

Наконец заполняю её собой до упора, Таша тихо стонет от удовольствия и выгибается мне навстречу, обхватывая ногами мои бедра. И желание быть осторожным летит к чертям. Медленно выхожу и уже резко вторгаюсь в неё вновь. Вновь и вновь. Сильнее, жестче, мощнее. Чувствую, как Ташу накрывает оргазм, и срываюсь с ней, взлетая к самим звездам.

Синхронно переводим дыхание, и, подхватив Ташу на руки, я направляюсь к кровати. Сдернуть покрывало не получится, но и ставить на пол не хочется. Поэтому укладываю Ташу на заправленную постель и пристраиваюсь рядом. Кровать не широкая, поэтому соседство наше очень тесное. Таша поворачивается ко мне спиной, и я подкладываю свое плечо ей под голову, прижимаясь грудью к обнаженной коже. Мягко целую плечо, ожидая, когда Таша придет в себя. Не выдерживаю соблазна и, скользнув рукой на её живот, начинаю поглаживать его. Таша судорожно выдыхает и накрывает ладонью мою руку, будто пытаясь меня остановить. Но все ещё молчит, никак не комментируя случившееся. И её молчание начинает меня напрягать.