Глава 4

— Что ты сказал? — не верю своим ушам. Хватаю подушку и прикрываю ей грудь.

— Что слышала. Иди собирай свои вещи и проваливай из моего дома. — Тон мужчины кардинально изменился. Если до этого он был милым и добрым, то сейчас это слова жестокого человека, деспота и, как оказалось, подонка.

С кровати с психом встаю, поднимаю с пола вещи и начинаю надевать. В комнате темно, я стою спиной к Диме, или как там его, Степе, и тороплюсь.

Я чувствую, что он на меня смотрит. Словно взгляд его ощущаю и прикосновения. Да, мое тело еще не остыло от поцелуев горячих и между ног чувствуется его напор.

И нет, я не собираюсь так просто уходить, мне хочется высказать ему все, что я о нем думаю.

— И зачем тебе это? — Вновь возвращаюсь к постели и смотрю мужчине прямо в глаза. Нет, мне не стыдно, я девочка большая. Это ему должно быть стыдно, что в таком солидном возрасте он не научился уважать женщин.

— Персонал ко мне на вы обращается, — надменность в голосе зашкаливает.

А вот у меня возрастает желание плюнуть в эту наглую рожу. Или пощечину ему залепить, такую, чтобы ладошка горела, а от его ухмылки и следа не осталось.

— Ты только что меня трахнул, думаю, у меня привилегия.

— Все было по согласию.

— Ты все равно козел. Мог бы сказать, что ты хозяин дома.

— И что бы это изменило? Ты бы не раздвинула ноги? Не думаю. Ты бы их еще охотнее раздвинула, зная, кто я. А может, ты знала и просто притворилась? — Прищурился так, будто я должна в чем-то признаться. А мне не в чем. Я и впрямь думала, что он Дима-водитель.

— Пошел ты… урод. — Фак ему показала, развернулась и прочь из этой комнаты порока. И от мужчины ненормального.

Кто так себя ведет? Соврал, напоил и трахнул. И я хороша. Вот дура. Такого места лишилась, ради чего?

Ради лучшего секса в своей жизни?

Ну тут мне нечего возразить самой себе. Секс и впрямь был потрясный, но остальное… Вот же урод! Козел, мудак, скотина!

Да что б он… А-а-а… бесит.

В комнате нахожусь минут двадцать. Быстро переодеваюсь, собираю вещи в рюкзак и пакет, точнее просто скидываю все и пытаюсь утрамбовать. Я хочу как можно быстрее покинуть этот дом.

Об одном жалею — Марьяне. Я обещала с ней завтра по магазинам пройтись. И мы даже не попрощались.

Эх, жаль…

Надеюсь, она не сильно расстроится. В скором времени на мое место найдут другую идиотку.

Интересно, а этот самый хозяин весь персонал трахает или выборочно? Может, он таким способом работников отбирает? Фу, что за мысли, Ева?

Еще и шлюхой меня назвал, вот же гад. Сам он шлюха.

У порога сандалии обуваю, хватаю пакеты, и тут этот выходит. Рожа довольная, улыбается, а мне теперь весь его вид противен. Тошнит.

— Зарплату получишь. Накину тебе сверху за оказанную услугу. — Мало ему, он больше решил меня унизить.

— В жопу можешь себе свои деньги засунуть.

— Да ладно тебе. Не строй из себя оскорбленную девицу. Ну не удался твой план соблазнить меня, ничего, найдешь другую жертву.

— У меня не было такого плана, а ты просто…

— Ну, кто?

— Козел, который воспользовался девушкой.

— Но девушке явно понравилось.

— Не явно. Бывало и лучше, — лгу ему с надменным лицом и лицемерной улыбкой, хочу побольнее сделать. И получается, эго задето.

Улыбка с лица Степы молниеносно слетает. Он напрягается и чуток задирает прямой подбородок.

— Пошла вон, — говорит сквозь зубы.

— Пошел на хер, — говорю с улыбкой на лице.

Выхожу на улицу. Такси меня ждет, вприпрыжку к нему. Хочу поскорее покинуть этот дом, этот загородный поселок и больше никогда сюда не возвращаться.

А так и будет.

Я больше никогда не увижу этого мудака, этого нахального мужика. Да я больше никогда не переступлю порог этого дома! Никогда.