Глава 14

Окончательно очарование спало, когда Лия забеременела. Я думал, что это будет самое счастливое время. Я буду баловать маленького толстого бегемотика, выгуливать. Специально купил дом, чтоб малыш ещё в животике дышал чистым воздухом. Но меня ждали сюрпризы, которые принесли первую седину. Спустя два месяца, как мы увидели многообещающие две полоски, Лия мне заявила: - Прохор! Я не хочу ребенка! Я посмотрел на нее с беспокойством. Вдруг сон плохой приснился или с анализами что-то не так. - Апрелик, что случилось? Ты себя плохо чувствуешь?! - Пока нормально. Относительно. Но уже сейчас чувствую, что он меня убьет. Он уже меня убивает! Глаза жены наполнились слезами, а это то, чего я категорически не могу выносить. Я пытался ее утешить, успокоить, но получилось только хуже. Есть особы, которые от подобного внимания впадают в раж - доводя себя до истерики. Наверно, логика такая - раз меня успокаивают, значит, действительно, есть повод для слез. - Ты не понимаешь! Он разрывает мое тело. Мою душу. Я за два месяца не написала ни одной строчки! Это катастрофа! Помимо воли я хмыкнул. - Радость моя! Неужели ты думаешь, что я тебя люблю за твои стихи?! - Вот! Вот! Этого я и боялась! Когда ты скажешь, что мои стихи дерьмо! – отчаянно всхлипнула она.

Приплыли. Как сказать так, чтоб дальше не обидеть?!

Сказать, если я люблю свою корову, это не значит, что я люблю молоко, потому что от него у меня несварение? Но это будет бомба, которая второй раз попала в одну воронку. Я понимал, что беременным нельзя нервничать, а как справиться с ее негативом не знал. - Лия, не говори глупости. Я хотел сказать, что сейчас у тебя голова занята одним. И вполне логично, что в нее сейчас не приходят стихи. Родишь и все наладится! - Примирительно сказал я. Но получилось опять, как маслом потушить огонь. - Это время, выброшенное из жизни!

- Слушай! Но по-другому не бывает. Все через это проходят, и все налаживается, - осторожно произнес я.

- Ну вот ты сам все сказал! Ты считаешь, что я такая, как все?!

Никогда не думал, что попаду в такую идиотскую ситуацию. Совершенно, как в «Камеди.Клаб»

«- Это потому что беременность забирает ум? - Ну у тебя и забирать нечего…»

- Лия. Ты особенная. Бесспорно. Но физиология, прости, у всех одинакова.

- А если одинакова, почему ты на Илоне не женился?

Тут я понял, что выражение «глаз дергается» - это не фигура речи. Мне, как какой-нибудь истеричке, захотелось перебить всю посуду, только бы остановить это выпиливание мозгов. Потому что у меня самого не получалось.

Я выдохнул и, собрав волю в кулак, спокойно сказал.

- Лия. Беременность не болезнь. Тогда почему ты сейчас ведешь себя так, будто у тебя горячка?

- Ты не ответил на вопрос! – поджала губы она. А я, грубо нарушая инструкцию по правилам поведения с беременными, просто рявкнул:

- Я не собираюсь отвечать на глупые вопросы.

Хлопнув дверью, я ушел, не взирая на отчаянные всхлипывания.

Меня раздирала противоречивые чувства. С одной стороны, я был в бешенстве. С другой – мучила совесть, что женщина, которая носит моего ребенка из-за меня же и плачет.

И окончательно я понял, что сделал непростительную глупость, женившись на ней, когда она едва не сделала аборт.

Спасибо Илоне. Она меня предупредила, и я выдернул жену уже из клиники. Дальше были психологи, сиделки, неотступно следящие, чтоб Лия ничего с собой не сделала. Потом была послеродовая депрессия. Малышку она кормить грудью категорически отказалась, и я разрывался между бизнесом, женой и няньками дочери. Потом снова клиника. И когда уже более – менее Лия пришла в себя и я подумал, что развод – дело хлопотное и неблагодарное, случилось то, о чем я вообще не мог и подумать…

И как ни странно, опять Илона помогла мне. Уберегла от почетного звания «Рогоносец».

Я только закончил встречу с деловыми партнерами, как позвонила она.

- Прохор. Я, конечно, помню, что в старину гонцов, принесших дурную весть, казнили. Очень надеюсь, что ты меня не казнишь. Я и так в щекотливом положении…, - Илона умолкла, очевидно, ожидая, что я поклянусь ее помиловать.

От дурного предчувствия противно засосало под ложечкой.

- Если есть что-то, что я должен знать, давай не тяни. Казнить не буду, - пообещал я.

- Если бы это касалось только Лии, я, честное слово, промолчала бы.

- Та-а-к! – угрожающе протянул я. – Ты решила мои нервы размотать?

- Я предупредила. Короче. Мы с Лией поехали в «Вега-Измайлово». Там, в конференц-зале, проходит тренинг по личностному росту. В перерыве мы спустились в кафе и встретили там Демида. У него, оказывается, встреча с инвестором была. Поболтали. Выпили кофе. А потом они начали переглядываться, да так, что я почувствовала себя лишней. В общем, Лия сказала, чтоб я не ждала ее после тренинга и ехала домой. Не знаю, может, они там обсуждают дизайн интерьера, но мне не понравилось, что они оправились в номер.

Виски пронзило острой болью. Появилось ощущение, что какой-то злой карлик пробрался внутрь меня и сдавил своей костлявой лапой легкие, потому что я не мог полностью вдохнуть. Даже перед глазами появились какие-то черные мушки.

Я сжал голову руками и понял, что мне срочно нужна анестезия. Благо в кабинете большой выбор спиртного. Почти наощупь откупорил бутылку «Хенесси» и плеснул в бокал. Выпил залпом и практически не почувствовал согревающего тепла.

Ярость и стыд сплелись в такой клубок, что казалось, меня вот –вот разорвет.

Как раненый кабан, я готов был крушить все, что попадется под руку. Но Илона спасла дорогую мебель.

- Вяземский, ты в порядке? Хочешь, я приеду?

- Нет, я должен сам это увидеть. Можешь приехать туда, иначе я боюсь, что задушу гаденыша!

- Ты за руль сам не садись, представляю твое состояние, - проявила участие Илона.

Нет, никто не мог представить. Правду говорят, сколько волка ни корми, а он все равно в лес смотрит. И это одинаково касалось и жены, и брата. Встретив порхающую с цветка на цветок эльфийку, я с какого-то перепугу решил, что эту свою легкость она привнесет в мою жизнь, будет светлым лучиком. Ага-ага! Ни замужество, ни ребенок не избавили ее от желания «звездить».

А братец – это просто какой-то кукушонок, подкинутый мне. Так и норовит выкинуть из гнезда хозяина. Мало того, что деньги постоянно тянет, так еще решил залезть и в кровать!

Никогда в жизни не мог подумать, что окажусь в ситуации из анекдота: «Приезжает муж из командировки…»

Хорошо, что я не потерял навыки самообслуживания и в состоянии сам себе вызвать такси, не ставя в известность ни секретаршу, ни водителя о том, куда я еду. Я не хотел, чтоб у кого-то закралось хоть малейшее подозрение насчет проблем в моей личной жизни. Хватало того, что все знали о проблемах со здоровьем у моей жены.

Черт! Как ни пытался я себя отвлечь, но мысль о том, что я оказался плохим любовником, раз она решила пойти налево, жгла немилосердно.

Но несмотря на захлестнувшие меня эмоции, по дороге я уже решил, что делать. Тут же вызвал своего адвоката, так что приехали в Измайлово мы почти вместе. Молоденькая администраторша попыталась включить строгость, но у нее плохо получилось. Мне даже не пришлось доставать кошелек, хватило почти правдивой истории о непутевом брате, которого я пытаюсь уберечь от аферистки. Я клятвенно пообещал, что никто физически не пострадает. И девушка, нарушив должностные инструкции, сообщила мне номер.

Пока я беседовал с ней, мне пришлось утихомирить свой гнев, чтобы не вызвать опасения насчет моей вменяемости. И теперь я шел по коридору уже с совершенно холодной головой. Даже морду братцу бить не стану. Отстраню гаденыша от кормушки, пусть работать идет. А свою ненаглядную просто вышвырну, чтоб не портила жизнь ни мне, ни дочке.

Найдя нужную дверь, я постучал. Причем не забарабанил, а именно постучал.

- Кто там? – раздался неожиданно трезвый голос Демида.

- Параллелограмм! – буркнул я. – Пошевеливайся.

Но подлец и не думал прятаться или баррикадироваться. Наоборот, довольно шустро распахнул дверь. И по классике жанра, в одном полотенце на бедрах.

Спрашивать, где жена, не стал. Нашел ее в комнате, в чем мать родила и в состоянии медведя зимой. Только что лапу не сосала. Хотя размазанная помада и навевала некоторые мысли.

- Перефразируем афоризм. Ты в ответе за тех, кого соблазнил. Я не собираюсь ждать, пока эта спящая красавица проснется. Сейчас подойдет Парфенов, составит договор. Как только она его подпишет, я переведу ей на карту сумму достаточную для того, чтоб она навсегда забыла дорогу в мой дом и о том, что у нее есть дочь. Денис привезет ее вещи сюда. Найдешь ей жилье на первое время, пока ее квартира не освободится.

Я говорил холодно, безэмоционально, будто объяснял, куда какую мебель поставить. Внутри я чувствовал полнейшее опустошение.

- И что, ты даже не набьешь мне лицо? – с наглой усмешкой спросил паршивец. – Непохоже на тебя. В детстве чуть что, так сразу подзатыльник.

- Не вижу смысла. Раньше я питал иллюзии сделать из тебя человека. Вижу, не вышло. Кстати. Ты тоже дорогу ко мне забудь.

Выйдя из номера, я немного затормозил, соображая, что делать. Но ничего путного в голову не приходило. Ехать в офис смысла не было. Ни к чему пугать народ отсутствующим видом. Помогла опять Илона. Она сидела в холле и ждала меня.

- Прош, пойдем в бар? – спокойно сказала она.

- Пойдем. Только не здесь.

- Согласна. Аура испорчена у этого заведения. Тогда я отвезу тебя в другое, вполне приличное место.

И отвезла. Потом отвезла домой мое подвыпившее тело. Почти каждый вечер она приезжала проведать Лушу. И однажды спросила:

- А хочешь, я к тебе перееду? Буду помогать, за няньками следить. И тебе не будет так одиноко.

- Илон, ты ж понимаешь, что нельзя в одну реку войти дважды? Жениться я не буду теперь ни за какие коврижки. А ты останешься старой девой. Оно тебе надо?

- Фу, Вяземский! Ты о чем? Я девой перестала быть в четырнадцать лет. А замуж я, может, тоже не тороплюсь.

Так мы и стали жить под одной крышей. И наши отношения из дружеских снова перешли в постельные.

Конечно, я ей благодарен. Но иногда я чувствую глухое раздражение.