Глава 27.1

Кайрон

Когда за Верой закрылась дверь, я вдруг понял для себя, что все сделал правильно. Сегодня, там, на площади, наконец-то было все правильно.

Все эти дни, с того самого момента, как ворон принес мне письмо от Баша, я думал поступать совершенно иначе. Видят боги, моя воля была тверда. Я знал, что Вера… она не отсюда. Я должен дать ей шанс вернуться домой. Должен… наступить на то, что дергается внутри меня и сделать, как нужно.

Но когда сегодня я увидел ее танцующей с Бастианом. Увидел, как блестят ее глаза. Услышал снова, как звонко она смеется. И как рядом с ней хохочет мой сын… Когда я слышал это в последний раз? Чтоб вот так ярко?

Еще и Бастиан потом подлил масла в огонь.

– Твоя Верочка просто чудо! – весь запыхавшийся он оставил ее с Томасом среди хоровода, чтобы доложить мне это. А то я сам не знаю. И ведь смотрел на меня в упор. – Или не твоя? А то смотри, я бы познакомился с ней поближе.

Баш всегда видел меня насквозь. Иногда мне казалось, что он знает меня даже лучше меня самого. Этот маг обладал какой-то странной чуткостью или проникновенностью, или как там это все называется? В общем, он умел надавить на то что нужно в самый подходящий момент.

И вот этот его вопрос, этот взгляд, который он бросил на нее… Такой, каким я не позволял себе смотреть. Оценивающий, разгоряченный.

– Тебе еще не хочется свернуть мне шею? – он еще и локтем меня пихнул.

Злость пропала. Я сбросил оцепенение, усмехнулся и покачал головой. В этом был весь Бастиан…

Коридор будто опустел сразу, едва только Вера юркнула за дверь. Тяжелый полумрак, шорох занавесок у приоткрытого окна позади и легкий аромат сандала, которым маг зачем-то прованивал весь дом.

Бастиан… При той его ухмылке и колком замечании любой бы почувствовал себя застигнутым врасплох. Но сейчас я не был зол. По правде говоря, у меня внутри будто стало удивительно легко.

Я прислонился лбом к стене, чтобы чуть остыть. Сердце все еще колотилось слишком быстро. Еще сильнее, чем когда я решился поцеловать ее в первый раз.

Для пробы…

Ай, ладно! Не для пробы, а потому что это просто было невозможно! Я всегда думал, что умею держать себя в руках, могу себя остановить. Но с Верой это так не работает. Каждый раз рядом с ней становлюсь не тем Кайроном, которого привык видеть в зеркале. Более живым и одновременно уязвимым.

Это безумно бесило! Я не привык это ощущать. Это было дико!

А теперь, когда ничто не тормозит меня, вроде нерешенного вопроса с моим браком… Голова вот-вот отъедет.

Стоя здесь, я невольно ловил себя на том, что прислушиваюсь к звукам в ее комнате. Но стены были слишком плотные, чтобы я мог услышать.

А еще с ее уходом стало странно тихо и внутри меня. Словно что-то отняли. И продолжают вытягивать из меня. Одиночество, к которому уже было привык, вдруг стало почти чужим и чуждым, даже неприятным.

Смешно. Сколько раз я сам загонял себя в эту темноту: легче отгородиться стеной, чем поверить, что заслуживаешь еще один шанс. Но теперь это кажется варварски бессмысленным… особенно после этого вечера, после ее взгляда, после того, как она сказала: "Без тебя было бы не то".

Так просто… и так страшно важно.

Думаю, я никогда не позволял себе становиться таким… Открытым. Жанна всегда поддерживала мой облик военного. Немногословного, обстоятельного, упертого и решительного.

А теперь я задумался… был ли тот я настоящим?

Где‑то в глубине в ответ на этот вопрос начинало болезненно кровоточить. Но я всегда знал, что стоит сорвать эту грозную личину, и сразу станет больно, трудно, стыдно. Легче контролировать. Проще сдерживаться, отчужденно жить по порядку, выполнять долг и ни к чему не привязываться всерьез.

Только теперь это ощущалось невыносимо тяжелым якорем, который не дает двинуться ни вперед, ни назад.

Вера меняла это молча – одним взглядом, касанием, самой своей храбростью быть рядом со мной, несмотря ни на что.

Я поднес руки к лицу, задержал дыхание, будто в надежде сбить пульс… напрасно. Сердце билось, как в молодости, когда еще можно было верить в тепло и любовь без страха и самоограничения. Сейчас это казалось глупым и пугающе возможным одновременно.

Бастиан наверняка еще не раз подденет, как застал “прекрасную пару” в самый уязвимый момент. Но удивительно – меня больше не волновала мысль, что нас увидели. Плевать.

Впервые за много лет то, что я поддался собственному желанию, казалось огромной победой, а не промахом или слабостью.

Выдохнул, провел ладонью по лицу… несколько шагов и вот уже стою перед комнатой Бастиана. Без стука захожу внутрь.

– А я-то думал, сколько ты еще там вздыхать будешь под ее дверью.

– Заткнись, – бросил беззлобно, а у самого улыбка на рот лезет, хрена с два удержишь.