Глава 22. Павел

Я сразу подметил изменившееся настроение Любы, когда мы подошли к окну подавать документы. Я конечно понимал, что все ее улыбки, поцелуй в щеку это игра, но… А тут просто лица на ней не было.

Мне так и не удалось с ней поговорить, когда вышли из здания. И мать еще влезла, словно знала все мои действия наперед. Да и Люба просто взяла и сбежала.

— И чего ты так нервничаешь? — интересуется мама. — Единственное, я только радости у Любы не заметила, — задумалась женщина, наблюдая как девушка запрыгнула в автобус и скрылась из виду.

Домой возвращаемся в тишине. Я же отвлекаюсь от мрачных мыслей, занимаясь с дочкой.

После купаний и кормления я все чаще поглядываю на часы, и отец то и дело ловит мой взволнованный взгляд. Да, я, наверное, чокнулся, потому что реально стал бояться, что она решила меня бросить. Хотя, что значит решила? Мы же даже не пара, не состоим в отношениях. Но все равно, не смотря на сложности в нашем взаимопонимании, которое держится только лишь из-за Дарины, я боялся потерять Любу.

А потом и вовсе сорвался и завалил ее звонками, да только их игнорировали. А когда она перезвонила… в общем, я явно в дурацкой ситуации нахожусь. Заставил девушку врать. Врать всем. Для моего блага.

— Паш, — в спальню заглянула мать. — Отцу звонили с работы, просят срочно вернуться. Так что завтра рано утром мы уезжаем.

— На работу? — недоверчиво посмотрел на мать. — Серьезно?

— Да. Сама злая на него. Нет, ну как я тебя тут одного оставлю?

— Не одного. У меня тут девочки, — усмехнулся.

— Да вижу я. Как твоя девочка бегает по своим делам и дома сидеть со своим, заметь, ребенком не собирается.

Вот об этом….я ведь должен рассказать, должен.

— В общем, ты не переживай. Как у него все утрясется там, мы сразу обратно. Вам же еще к свадьбе все готовить надо, мы поможем…

— Ма, ну чем хоть помогать, то?

— А хоть и с родителями Любы познакомиться то перед свадьбой надо. В общем, вернуться обещаем скоро, соскучиться не успеете, — деланно смеется и ерошит мне шевелюру.

Сказать, что я обрадовался такой новости, ничего не сказать. Единственное мне интересно, это отец там что-то намудрил или действительно все так сложилось. Но это в любом случае мне на руку. Первое, это, наконец, разобраться с Совиной. Куда она смоталась и надолго ли. И главный вопрос, это как подобраться ближе к Любе. Определенно. Нужно что-то предпринимать. Иначе рискую я профукать удивительную девушку. Но пока, даже странно подумать, она моя невеста. Да, черт возьми. Это подарок свыше, не иначе…

— Привет, — в комнату входит виновница моих размышлений. — Даринка уже спит? — тихонько подходит к кроватке малышки и, заправив выбившуюся прядку волос за ушко, склонилась над кроваткой.

Мое сердце замерло. Вот серьезно. Она же идеальная. Во всех смыслах.

Вот и пялюсь на нее как дурак во все глаза.

— Ты меня пугаешь, — смотрит на меня девушка и робко улыбается. — У тебя сейчас такой вид, будто ты лет пять на диете как минимум и увидел что-то явно не по своему меню.

Я чуть не подавился слюной от ее комментария. Остра на язычок, ох как остра.

— Я так устала за сегодня. Так что я без ужина и сразу спать, — стягивает с себя теплый свитер и садиться на постель.

— Да, хорошо, не буду мешать, — направляюсь на выход из спальни. — Прости, туплю немного, — и закрываю за собой дверь, поймав на себе взгляды родителей.

За какой-то несуразной болтовней прошел остаток вечера. Родители упаковали свои сумки. Я обещал отвезти к вокзалу ко времени.

А вернувшись в спальню, застал Любу уже спящей. Не соображая, что делаю, улегся рядом. Пушистые ресницы слегка подрагивают. Опускаю взгляд к губам и замираю. Красивый изгиб и форма пухлых губ, который так и манит коснуться и почувствовать их мягкость…

Собираю всю свою волю в кулак и сжимаю челюсти до боли, чтобы не позволить себе совершить глупость. Ведь она мне доверяет, раз спит рядом. А если поведусь на поводу у своих желаний, могу тупо все испортить. Испугать ее.

Глядя на спящую девушку, строю план по завоеванию на ближайшие пару недель. Самонадеянно? Не знаю. Но я точно уверен, что не хочу забирать заявление из загса. По моему я созрел. Да так, что улыбаюсь как дурак только от одной мысли, что безумно хочу ее себе.

В пять утра у меня прозвенел будильник. Быстро отключаю и выползаю с постели. Да, родители уже готовы. Я бросаю взгляд на спящую девушку, которая даже не почувствовала моего ухода, сильнее прижав к себе одеяло продолжила смотреть свои сны.

— Люба даже проводить не встала? — возмущенно запыхтела мать.

— Нин, ну, в конце концов, долго еще будешь придираться к девочке? — вступился отец.

— Ма, она загружена учебой, выматывается.

— И что? Все мы так жили раньше в молодости. Только детей рожать и замуж выскакивать не торопились, — гнет свое упрямая женщина.

— Нин, — рыкнул отец. — Угомонись сварливая бабка.

Мать застыла изваянием с удивленным выражением на лице. Я еле сдержал улыбку. Батя умеет сказать свое слово.

С родителями попрощались быстро. Мать чуть слезу не пустила, сетуя, на кого она меня оставляет. Отец же пожал руку и коротко сказал:

— Если любишь ее, докажи.

Вот так и стоял, смотря, как они уходят в здание вокзала. А в голове все крутилось — Любишь, докажи.

Будет не просто. Потому что еще не знаю, люблю ли сам. Но точно знаю, что хочу ее видеть всегда рядом. Всегда.

Вернулся домой. В тишину. Девчонки значит, еще спят. Я согрел чайник, выпил чашку кофе. Подошел к окну и представил, а что если бы все получилось? И к новому году обзавестись семьей?

Стоп!

Бабка о чем толковала? О том, что женюсь до нового года и что-то про большую семью. Так не может же быть, чтобы это была правда? Почему большая семья? И нет, сейчас эта новость определенно меня не пугает.

Отставляю чашку на стол и крадусь к спальне. Проверяю спит ли дочь и осторожно пробираюсь в постель под одеяло к сладко спящею девушке.

Люба, Любовь. Какое говорящее имя.

Укладываю руку на талию и придвигаю ее ближе.

В голове бьют молоточки, звоночки…. Не разбудить, не спугнуть, но знали бы как хочется ее касаться, находясь вот в такой близости, чувствуя ее запах. Веду руками по изгибу тела, опускаю ладони на попу, слегка сжимая. Боги, нужно иметь железную выдержку, чтобы не сорваться.

Я слышу, как учащается ее дыхание, но девушка не просыпается. Она закидывает на меня свою изящную ножку и обвивает руками за шею.

Я замираю. Но потом снова продолжаю путешествие своих рук, касаясь спины, пробираюсь под футболку, проезжая подушечками пальцев по камушкам позвонков. Чуть приближаюсь к ее личику и касаюсь своим кончиком носа ее щеки. Вдыхаю ее запах. Запах ее кожи.

Слышу легкий стон девушки, от которого разряд тока проносится от пяток до макушки, разрываясь фейерверком в голове. Невесомо касаюсь ее губ и тут же чувствую, как она замерла. Поднимаю свой взгляд и встречаюсь с ее. Сначала затуманенным желанием. Да, я вижу, что она хочет. Но тут же все рассеивается, и она упирается ладошками в мою грудь.

— Медведев, ты чего себе позволяешь? — рычит как львица.

— А что я себе позволяю? — задаю встречный вопрос. — Сама только что ластилась как кошка. А теперь что я себе позволяю?

На щеках Любы вспыхивает румянец. Она отодвигается от меня, смотря испуганными глазами.

— Я не могла. Я не хотела.

— Может и не могла, но то, что не хотела, я бы поспорил, — бурчу в ответ, устанавливая дистанцию между нашими телами, которая так была необходима девушке.

— Нет, такого быть не может.

— Не может, так не может. Дело твое. Извини, если обидел, — все еще наблюдаю за ней и давлю желание заграбастать ее и подмять под себя. Заткнуть этот невозможный ротик поцелуем, заглушив ее ругательства. Сделаю именно так, но чуть позже.

— А почему такая тишина? Родители спят? — переводит разговор на другую тему.

— Уехали.

— Куда? Надолго?

— Не знаю, но до свадьбы обещали вернуться.

— Какой… Черт, свадьба, — морщит аккуратный носик. — То есть, раз они уехали, я могу больше не ночевать у тебя. Наконец то, — вскакивает с постели и, игнорируя мое присутствие, начинает одеваться.

А вот это обидно, знаете ли. И бьет по самолюбию, да так, что скулы сводит.

— У тебя какое расписание? — оборачивается девушка в мою сторону.

— Сегодня тренировка в десять. Освобожусь в два. Тебя отпущу.

— Вот и отлично. Тогда я готовить завтрак, а ты занимайся Даринкой. Пуговка просыпается, — уже улыбаясь ребенку, говорит она. — И сегодня я останусь дома. Теперь не вижу надобности оставаться у тебя.

И покидает спальню. А мне ничего не остается делать, как подняться и брать на руки проснувшуюся дочь.

Ничего, скоро у тебя появится надобность оставаться с нами. Я упертый. Постепенно поймешь, что без нас не сможешь. А я в свою очередь постараюсь ее обаять. Кто я, в конце концов, Медведев или нет?

Проделав все водные процедуры, с улыбающейся малявкой, переходим к завтраку. Кормит ее Люба, приговаривая и играя ложечкой как самолетом. Забавное зрелище.

Потом я собираюсь на тренировку и, попрощавшись с Любой, вышел из дома.

Первым делом, как только сел в машину набираю номер дядьки, который мог бы посодействовать в розыске Оксаны. Чтоб ей там икалось, зараза такая.

— Барни, какие люди, — смеется Роман Петрович. — Вспомнил про бедного родственника.

— Да скажешь тоже, дядь Ром, — усмехаюсь я.

— Какой я тебе дядь Ром? Тебе скоро тридцатник, давно вышел из того возраста чтобы мне дядькать. Чего стряслось, без дела бы не позвонил.

— Все ты знаешь. Да есть дельце. Кроме тебя и обратиться не к кому.

— Выкладывай.

И я выкладываю про бывшую. И все ее выкрутасы. Не забываю попросить и о том, чтобы родителям ни слова. На что он обещает все оставить в тайне.

— Не волнуйся, отыщем твою кукушку.

— Только подскажи мне еще такой вопрос, что будет с малышкой?

— Нужно документальное подтверждение твоего отцовства, желательно сразу озаботься этим. Тест-ДНК сделай. Чтобы бумага была на руках. Тогда, скорее всего, ребенка оставят с тобой. Мамашу можно лишить прав. Там как карта ляжет. В общем, через пару дней отзвонюсь. А ты не сиди, булки не мни, времени нет на это дело, — и отключается.

Ну вот, главное процесс запущен. Теперь главное не накосячить.

Выруливаю с парковки и направляюсь в зал. Тренировку никто не отменял.