Глава 5 Немного о мире

Отдохнуть нормально не удалось. Первое время после ухода Морока носилась по помещению, как тигр в клетке, злая и возбуждённая. Выхода для энергии найти не получалось и более-менее связно думать смогла не скоро. И вот тогда задалась вопросом. Куда девалась моя «капуста», которую натянула перед тем, как Морок одел меня в ритуальные одежды? Кто-то много чего не договаривает о съёме одежды? А, возможно, и надувает меня? Стоит ведь вспомнить, что Морок не хилый маг. Сделать так, чтобы одежда с меня показательно не снималась, ему раз плюнуть, наверное. И что мы имеем в итоге? Перевозбуждённую меня, но всё-таки не добившегося своего мужика. Что ещё у него имеется в арсенале, чтобы обвести меня вокруг пальца, притом так, что и не замечу? Много чего, стопудово. И ещё одного урмыта не из вредности придётся завести, а по срочной необходимости. И как выбрать того, кто не будет заглядывать в рот Мороку, и петь под его дудку?

Срочно нужен мужик с мозгами и характером, который будет охотно делиться нужной мне информацией. Но чтобы найти мужика, придётся задать пару наводящих вопросов Мороку. И постараться при этом не проколоться. Потому как собираюсь я по миру прогуляться и оглядеться, притом используя отнюдь не ритуальные одёжки. И лучше всего это делать одной… Или не лучше? Если бы была уверена в Мороке, тогда даже секунды не сомневаясь, пошла бы только с ним и не рискнула бы высунуть нос на улицу в одиночестве. А так. Даже не знаю, что лучше.

Но два мужика в доме будет точно лучше, чем один Морок. То, что расскажет новый урмыт, стану проверять у Морока. То, что расскажет первый урмыт — у второго. Если не споются, то самый что ни на есть возможный вариант. Итак, задача номер один — антагонист Мороку. Обязательно этим займусь.

Решив так, попробовала присесть. Чувствовала себя неуверенно, но стоило только согнуть ноги, как под пятой точкой воздух сгустился и начал пружинить. Посидев так немного, прилегла, вытягиваясь во весь рост. Повертелась, устраиваясь, и вынуждена была признать, подобное ложе много удобней привычной кровати. Полностью подстраивается под меня, обтекая тело и позволяя расслабиться и хорошо отдохнуть. И не упадёшь с такой постели, как ни старайся.

Полежав немного и успокоившись, включила здравый смысл и задумалась, а не сможет ли Морок пробраться в помещение тогда, когда спать буду? Проснуться в его объятиях — сдать бастионы моментально. Как обезопасить себя? Ни одного подручного средства, даже ритуальная одежда исчезла. И не проверишь теперь, можно надеть её самостоятельно, или придётся опять прикосновения Морока терпеть. Как же бесило то, что так мало знаю и из-за этого превращаюсь в податливую игрушку в умелых руках. Отстоять права возможно, если понимаешь, в чём они заключаются, и где искать подвох. А вот так… Чувствую себя беспомощным младенцем.

Долго в одиночестве находиться не смогла, как-никак не поздний вечер был, и спать ещё не хотелось. Очень быстро, погоняв одни и те же мысли по кругу, поняла, что становится скучно. Кроме как размышлять — никаких иных занятий. Проблема, однако. И ни одной знакомой вещи, которую можно было бы использовать для убивания времени. Ни телека, ни ноутбука, ни книги, ни телефона, ни чего-либо ещё. Соскучившись, отправилась на поиски туалета-душевой. Какое-никакое развлечение всё-таки. Попробовать освоить, пусть и методом тыка, новые девайсы, не помешает.

Из опыта общения с удобствами с утра пораньше помнила, что дверка открывается от прикосновения, а чистка зубов не предусмотрена. Вместо неё появляется что-то похожее на пилюльку, стоит нажать на ромбик. Рассосёшь ту пилюльку, и во рту так приятно свежо и чисто становится… Теперь стоило проверить, как работает остальное. А то на поисках душа и получении вместо него прозрачной зеленоватой пилюли, я и остановилась в прошлый раз.

Прикосновение к стенке, находившейся напротив той, через которую уходил Морок — не хотелось мне ввалиться к нему в спальню, пусть и не была уверена, что там за дверкой — привело к тому, что я очутилась в очередном пятистенном помещении, похожем на то, из которого пришла, как две капли воды. С тихим шелестом перегородка за моей спиной встала на место, а я огляделась и плюнула про себя на любителей минимализма. Вот ведь никакой фантазии. Пять стен и всё! Тут тоже можно прилечь? Или как? Чтобы не заплутать, решила вернуться к себе в комнату. И попробовать с другой стеной. Заблудиться всегда успею. Это развлечение отложу на потом, хоть и любопытно проверить каждую перегородку и комнату, которая за ней может оказаться. Вдруг найдётся что-то интересное?

Когда поверхность за моей спиной вернулась на место, сделала шаг к соседней стене и прикоснулась к ней. Ещё одно пятистенное помещение, но есть различия с тем, где располагалась я. Панелька на одной из стен. Блестящая и манящая своей неизведанностью. Заколебалась, вернуться обратно или попробовать потыкать в значки на панели, и решила пока остаться. Приблизилась к стене с панелью и с любопытством изучила знаки, изображённые на ней. Знакомый мне круг, выключает свет, наверное. Но раз уж в помещении нет окон совсем, как и во всех остальных, которые видела ранее, не буду рисковать, вырубая освещение. Опять потом буду на ощупь пытаться включить. И чем это может быть чревато, не знаю. Пусть свет рассеянный и льётся отовсюду, без него стану чувствовать себя некомфортно. Больше знакомых обозначений не имелось.

Поколебавшись, ткнула пальцем в спираль. Сначала ничего не происходило и я как раз собралась нажать на знак бесконечности или очень похожий на него, как по стене напротив, пробежала рябь. Раз, другой, третий… А потом на стенке появилась картинка. Окно в «Европу»? Глянула на панельку и замерла в растерянности. Под спиралью, вместо остальных знаков, появилась россыпь более мелких значков, от которых с непривычки зарябило в глазах. И как вернуться к старому меню? И где моя незаменимая мышка, с которой было бы намного понятней? Щелкнул левой клавишей — получил нужный результат, щёлкнул правой — получил тоже нужный… результат. А тут? Вот как разобраться без лекции от местного жителя? Абориген под рукой только один, но на контакт идёт только телесный. Значит, его кандидатура отпадает. Придётся самой разбираться.

Сочетание двух звёздочек, что было самым первым в изучении меню, привело к тому, что картинка на стене сменилась. И я уже более уверенно ткнула в эти звёздочки ещё раз. Картина сменилась снова. Ага. Это переключатель каналов, если проводить аналогии с земными пультами от телевизоров. Ткнула в изображение одной звезды и вздрогнула, включился звук. Стена как раз показывала море, и шум прибоя сочетался с изображением идеально. Значит, здесь моря тоже имеются. Только вода не голубая, а ярко-зелёная. Но так и на Земле бывает, поэтому картинка вполне отвечала моему эстетическому вкусу. Так, развлечение нашлось, и неплохое. Прекрасная замена изучению душевой. Вот только в туалет потянуло и стоило бы вернуться, наверное, и поискать нужную мне комнату. Но меня настолько заворожила картина двух солнц, сияющих в небосводе, над морем, что так и стояла, не в силах сделать хоть один шаг.

Не скоро отмерла и вместо того, чтобы вернуться к себе, подошла ближе к стенке-экрану. Тянуло к нему прикоснуться и проверить на реальность. Море же жило своей жизнью, набегало на каменистый берег и шумело. Жаль, что это не ход в другой мир… Вот было бы здорово прогуляться по бережку, искупаться, поплавать… Коснулась всё-таки рукой экрана и отпрянула. Под ладонью было пусто. Но, однако, когда я повторила попытку, пытаясь нарушить границу между комнатой и очень живым изображением, сделать этого не смогла. Долго играла с этим странным ощущением. Вроде и понимание есть — это вовсе не привычный мне телевизор, а всё пытаешься снова и снова попробовать на прочность. И рука постепенно вязнет в воздухе, и двигаться можно только назад, но никак не вперёд. Какая занятная игрушка!

Воевать с непонятным явлением мне скоро надоело, и я вернулась к изучению пульта управления. Сменила несколько раз картинки, прежде чем заметила — а на последней-то солнце одно! Это что получается? На изображения разных миров смотрю? Или одно из солнц зашло, а другое в одиночестве гуляет по небу? Как жаль, что я профан в астрономии. Тогда поняла бы сразу, возможно такое или нет. Долго пялилась на пустыню и однообразные барханы. Ветер завывал вполне себе натурально — вместе с изображениями менялись и звуки. Потом нажала на две звёздочки ещё раз и передёрнула плечами. Картина на экране вызывала отторжение. Кроваво-красное солнце в зените и равнина, заполненная булыжниками разных форм и размеров. Очень неуютный пейзаж с преобладанием багровых тонов… Жилище маньяка-великана, не иначе. Поторопилась сменить изображение и решила остановиться на вполне себе мирном пейзаже… Лес с растительностью непривычного вида… Но выглядит вполне себе мило. Пение незнакомых птичек, шум листвы… Самое оно. Интересно, а в этой комнате выход на душевую имеется? Судя по всему, комнаты располагаются наподобие сот и соединяются друг с другом стенками-дверями. Возможно, по соседству есть то, что мне нужно, и возвращаться не придётся? Здесь мне нравится больше, чем там, где меня оставил Морок.

По-быстрому — так не терпелось продолжить изучение пульта — проверила все стены. Нашла искомое, использовала облачко по назначению и вернулась обратно, предвкушая возможность потратить время с пользой. В комнате ждал сюрприз — Морок, собственной персоной.

— Я тебя потерял, Светляч-чок, — обратился он ко мне.

— А искал-то зачем? Я же ясно дала понять, хочу отдохнуть в гордом одиночестве, — отозвалась недовольно.

Вот ведь, только нашла себе развлечение и забыла об ушлом урмыте, как взял пришёл и обломал мне всю малину.

— Зашёл сказать, что и у вас, и у меня могут быть проблемы из-за того, что ритуал не доведён до конца, — заявил непринуждённо, но явился всё-таки одетым, пусть и в одни облегающие штаны, значит, по какому-то другому поводу.

Иначе пришёл бы голым. С него бы сталось.

— Да что ты говоришь?! Мы уже обсудили всё, не? — спросила с насмешкой, снова начиная злиться на этого гада, который опять взялся за свои непонятные игры. — Я сказала, что стоит сделать. И ты, как послушный воле тэйалии урмыт, нашёл решение проблемы и пришёл доложить о результате? Морок, не считай меня за дуру. Что тебя привело на самом деле? Включение экрана? Мою активность почувствовал?

— Переход работает. Это я чувствую, да, — снизошёл он до вроде бы правдивого ответа.

— Забеспокоился о несчастной мне и решил спасти? — вот не смогла удержаться от сарказма.

— Дом тебя не выпустит одну и без ритуальных одежд. Там, — махнул он рукой и пристально глянул на экран, при этом какой-то жадный огонёк проскользнул в его взгляде, — может быть опасно.

— Как много интересного и на ночь глядя, — ядовито заметила в ответ. — Раз уж ты пришёл, то будь добр, покажи, как пользоваться этим пультом, — ткнула пальцем в сторону панельки.

— Им может управлять только тэйалия. Как управлять переходом, не знает ни один урмыт. Это право нам неподвластно, — признался Морок, поколебавшись.

— Билет на выход может только тэйалия выдать? — спросила проницательно и, кажется, попала в яблочко, потому что урмыт нахмурился и не стал отвечать.

Не в этом ли причина того, что он так рвётся стать мне полноценным мужем. Дабы проверить догадку, задала ещё один наводящий вопрос.

— И выйти туда, — махнула рукой на экран. — Может только настоящий урмыт?

— Урмыт, принадлежащий этому дому. Поэтому и нужно столько урмыт. Держать подвластную территорию сложно. Многие гибнут, осваивая новые территории и проверяя старые границы, — ответил снова, кажется, честно.

— У каждого дома и у тэйалий соответственно своя территория, не пересекающаяся с остальными, так? — устало вздохнула и покачала головой, как же тяжело ничего не понимать и не знать точно, и только догадываться. — И при этом каждый дом мечтает подмять под себя как можно большую территорию? Есть какое-то ограничение в количестве мест, куда можно перейти из дома? Какие-то законы, регулирующие это?

— Есть закон сильнейшего. Тот, кто может удержать, тот и удерживает… Хоть бесконечное количество миров, — проговорился или намеренно рассказал?

— А в свой мир я вернуться через этот экран смогу? — но не воспринималась мной картинка пока как переход, хоть ты тресни.

— Нет, дорога из Дома ведёт либо на Руалонэ, либо в необитаемые миры.

— Теперь понимаю, почему нужен отдельный хэцо, который переходит в обитаемый мир… Но раз ты смог перейти, вместе со мной, то и вернуться обратно можешь тоже со мной, — с подозрением окинула мужчину взглядом, пытаясь понять, возможно ли будет его уболтать на то, чтобы он помог мне вернуться.

— Для того чтобы открыть переход, нужно согласие нескольких тэйалий и позволение воспользоваться энергией их домов через Совет. А никто из них никогда не даст такого согласия, — надо же какой словоохотливый.

— А эти миры, — кивнула на картинку. — Обитаемые? Там есть люди?

— Нет, — ответил уверенно. — Там нет разумных. Животные, растения. Дом не открывает переход в миры, где есть разум, — и вытягивать ничего не приходится, всё сам рассказывает без лишних уговоров.

Надеется заговорить и исполнить-таки супружеский долг? Вполне возможно, вполне возможно… И да, Совет точно разрешения на открытие перехода в мой родной мир не даст. Их власть, если я правильно понимаю, зиждется именно на тэйалиях. Один прецедент и всё, Совету капец. А с нею властьимущие расставаться не любят.

— Морок, давай попробуем договориться ещё раз, — обратилась к мужчине с предложением, надеясь, что в этот раз он меня услышит. — Ты найдёшь все возможные способы, чтобы скрыть то, что обряд Единения не доведён до конца. Ты сам сказал, что требуется много урмыт, чтобы удержать дом и подвластную территорию. Пропускать каждого из вас через постель… Извини, для меня это нонсенс. Для вашего общества, возможно, это и норма. Но не для того, в котором родилась и выросла я. Мне понадобится время, чтобы приспособиться и привыкнуть.

Поколебавшись, мужчина выдал очередную порцию информации:

— Для обычных рэшей можно придумать скрывающее заклинание-подделку. Но Совет раскусит нас сразу. И использует это в своих интересах. Ты готова играть по их правилам? Я — нет! — вот и настоящие мотивы проявляться начали.

— Поняла уже, что с Советом у вас давнее противостояние. Ты сильный маг… Это я тоже уже поняла. Какой-то из Домов настойчиво пытался перевести тебя из рэша в урмыты, так? Вы это не поделили? Молчишь? — усмехнулась понимающе. — Почему же до тебя никак не дойдёт, что если у тебя не будет от меня тайн, мы вместе будем действовать эффективней, и нам легче будет выстоять против общих врагов? Ведь те, кто враги тебе, стали теперь и мне врагами. Из-за тебя подставилась под удар. И ты же не хочешь сделать всё, чтобы защитить и себя, и меня. Играешь в дурацкие игры, используешь вслепую и не желаешь признать, что у женщины тоже мозги есть. И почему не дала тебе имя шовинист? А ещё осёл. Упрямства тебе не занимать.

— Я привык командовать и принимать решения самостоятельно, — наконец снизошёл он до ответа. — Ты говоришь, что тебе нужно приспособиться. Мне тоже придётся переучиваться и привыкать.

— Здесь есть мебель? — кажется, орешек раскололся и можно попытаться использовать это по полной.

— Она есть везде, — пожал он плечами и показал пример, упав в объятия невидимого воздушного потока.

Последовала его примеру, небольшой всплеск адреналина от страха, что могу шлёпнуться на пол, а не на лежак, оказался очень кстати. Прочистил немного мозги, которые поплыли при мысли, что в лежачем состоянии мужчина мне нравится не меньше, чем в стоячем. Понежившись немного, продолжила разговор:

— Каким было твоё звание, когда тебя выбрали в хэцо?

— Главнокомандующий, — не стал он юлить, но и подробностей не выдал.

— Насколько высоко ты стоял в иерархии мира? — раз гора не идёт к Магомеду, Магомед отправится к горе, главное, чтобы мне терпения хватило.

— Сразу после Совета, — неохотно выдал он.

— Всё ещё переживаешь, что так низко пал? — усмехнулась, глядя в потолок и потянулась как кошка. — А ты не думал, что теперь у тебя есть шанс войти в Совет? Не хочешь поиграть в интриги сильных мира сего? Сколотить свою коалицию, продвигать свои решения? Кто тебе мешает перетасовать Совет так, как тебе хочется? Амбиций и ума тебе достаёт. Как и умения водить людей за нос. Не зря же назвала тебя Мороком, думаю, ты оправдаешь это имя.

— Для того чтобы войти в Совет, — мужчина выдержал паузу, а потом эффектно продолжил, — нужно пройти через обряд Единения. От и до. Безо всяких условий. Иначе самозванца быстро разоблачат.

— Поэтому ты так рвёшься в мою постель? — спросила проницательно и рассмеялась. А отсмеявшись, продолжила: — Правильно, ты же сообщил, что я физически непривлекательна… Приходится ломать себя, бедняжке. Ладно. Я обещаю подумать над тем, чтобы довести обряд до конца. Но не сразу. Мне нужно привыкнуть к тебе. Понять, что ты за человек, и научиться тебе доверять. Пока я не доверяю тебе ни на грош.

— Что такое грош? — перебил он меня.

В очередной раз не услышал того, что ему сказала? Но ответила спокойно:

— Такая мелкая монетка, на которую не обменять ничего.

— А зачем тогда такая мон-нэта нужна? — задал мужчина вопрос, явно искренне недоумевая.

— Если таких монет собрать много, то их можно обменять на более крупную, и её уже на что-нибудь обменять, — пояснила и решила вернуться к продолжению разговора. — Итак, твоё решение, Морок? Готов играть в союзе со мной и начать привыкать к новому статусу и новым правилам игры?

— У любого урмыта есть право соблазнять… — протянул он задумчиво.

Снова рассмеялась. Кому что, а лысому расчёска. Что же этого мужика так на сексе переклинило?

— А у тэйалии право отказать? — спросила, хитро улыбаясь, но всё так же продолжая глядеть в потолок. — Что, давно никого не было? — осведомилась с тонкой иронией.

Промолчал, значит, права. Как долго он без секса, интересно? И как долго без него может? У всех темпераменты разные. Вдруг ему требуется по нескольку раз в день и даже этого мало? И что мне делать с кучей мужиков, если у всех у них тут такой темперамент? Ужаснулась этой перспективе и мысленно малодушно начала ныть. Мол, нафига мне власть? Нафига много урмыт? Заведу пару-тройку и хватит. Ну, отнимут у нас территории, зато и проблем меньше станет. Или не станет? А тэйалий, не удержавших территорию, здесь принято убивать или только на покой, а-ля пенсию, отправлять?

— Что будет с тэйалией и домом, если не удастся удержать принадлежащие нам земли? — ответит правду или нет.

— Срок жизни и урмыт, и тэйалии сократится. Энергии будет поступать мало… — ему-то всё понятно, а мне не очень.

— То есть ты хочешь сказать, что срок жизни обитателей дома напрямую зависит от того, сколько миров дому принадлежит? — нет, звучит как-то странно, впрочем, другой мир — другие правила. — Бред какой-то.

— Так оно и есть. Вся техника Дома питается энергией чужеродных светил. И сам Дом отдаёт излишки тэйалии и урмытам, продлевая жизнь и отодвигая старость, — неужели Морок решил играть на моей стороне?

Вон как охотно отвечает. Или всё-таки преследует какие-то свои цели?

— Морок. Ответь ещё на пару вопросов… — раз уж разговорился, грех не воспользоваться. — Как увеличивают количество урмыт? Где их ищут? Существуют какие-то особые правила, обряды?

— Есть соревнования, на которых желающие попасть в Дом рэши показывают свои умения и силу, — ответил вполне полно и информативно. — Обычно тэйалии выбирают себе урмыт на них. И разгораются даже скандалы, каждая тэйалия стремится заполучить лучший экземпляр. Победители соревнований всегда попадают в Дома.

— А вот прохожего на улице я могу выбрать? Если он мне понравится? — соревнования — дело хорошее, но что-то мне подсказывает, что самые честные, благородные и с нормальной, устойчивой психикой, в это мерянье пиписьками не лезут.

Судя по всему, Морок когда-то тоже не лез… Но вот абсолютно нормальным и благородным его не назовешь. Сложно-то как тут всё. Впрочем, как и везде. Так легко ошибиться в человеке и пригреть на груди змею. Придётся действовать с оглядкой. И семь раз мерить, а потом отрезать… И совсем не то мерить и резать, о чём все подумали. А мерить качества моральные, и отрезать аморальные. И каковы в этом мире нормы морали? Впрочем, какая мне разница до местных норм? У меня свои есть, выработанные с детства. Вот на них и будем ориентироваться.

— Можешь. Обычно тэйалии ориентируются на силу, ум и магические способности того, кого выбирают. Обычному прохожему, с патрулированием миров не справиться, — повернула голову и прищурила глаза, пытаясь определить, реально так думает или притворяется.

Надо же, как они тут помешаны на богоизбранности. Сила, ум, магические способности… А что-то кроме этого? Ведь не только эти качества определяют характер человека. Человек может быть физически силён, вроде бы и умён, а будет постоянно попадать в дурацкие ситуации… Только потому что неуклюж и слишком погружён в обдумывание гениальных идей. Или быть умным, сильным магом, но оставаться себе на уме и этим приносить вред своим товарищам. Будет, как Морок, играть в одиночку, не в команде, и какое получится патрулирование чего бы там ни было?

— А не пытались тэйалии договориться? — осторожно начала высказывать крамольную мысль. Подозреваю, что крамольную. — Объединить все территории и силы Домов, чтобы всем вместе следить за порядком.

Если судить по выражению лица, моя демократическая идея не нашла в мужчине поддержки.

— Никто не захочет делиться властью и молодостью, и жизнью, — ответил он вполне себе обтекаемо и совсем не конкретно.

— Делаю выводы… Или не пытались. Или пытались, и это плохо кончилось, — села и снова потянулась, усталость постепенно накапливалась, и стало клонить в сон. — А ты можешь, как урмыт, использовать свои магические способности против меня?

— Пока обряд Единения не доведён до конца, могу, — мужчина глянул исподлобья.

Он так и лежал на животе всё то время, пока мы разговаривали, ни разу, по-видимому, не сменив положения тела. Что-то в его взгляде показалось мне странным. Какое-то непонятное выражение… Что-то ускользающее от внимания… Так и не смогла дать определение этому выражению. Одно точно, теперь Морок смотрел на меня не в пример серьёзней и открытей, чем ранее. Так подействовало то, что я думать умею? И догадываться о недосказанном? Ничего, поудивляю ещё своими талантами. Имеются таковые. Тоже ведь богоизбранная, раз хэцо выбрал и утащил с собой. Не могу сказать, что сей факт делает счастливой до визга, но раз уж появились в жизни трудности… придётся с ними справляться.

— Ты обмолвился, что без ритуальных одежд дом меня не выпустит. Это правда? — неужели накрылось медным тазом моё желание прогуляться без шлейфа собственной избранности за спиной?

— Да. Одежда — защита для урмыт и тэйалий. Без неё тэйалия, сама не обладающая магией, будет беззащитна перед любым прохожим, — вот ведь, задело его моё замечание про прохожего.

Знать бы ещё чем можно задеть, чтобы понимать, на чём и побольнее при необходимости можно потоптаться. В отместку за плохое поведение. А об объединении тэйалий нужно всё-таки подумать. Если попробовать вступить в союз со слабыми домами? Для того чтобы это провернуть, очень пригодились бы мозги Морока. Значит, так или иначе, придётся дать ему то, что он хочет. Только сейчас пока морально не готова, хоть тело и не против, прямо здесь и сегодня. Не воздействует ли Морок на меня магией? Может быть, поэтому его так сильно хочу, удивляя себя силой собственного влечения? Спросить? А скажет ли он мне правду? Подозреваю, что нет.

— У тебя осталось какое-либо недвижимое имущество после того, как тебя назначили хэцо? — ещё один неудобный для его самолюбия вопрос, но чем больше знаю, тем больше буду понимать собеседника.

— У хэцо нет ничего, кроме его никчёмной жизни, — ответил зло, явно припоминая кем-то сказанные слова.

— Всё забрали, да? — как же всё непросто.

Но злость Морока даёт мне власть над ним. Ведь если подталкивать мужчину в нужном направлении, играя на его обиде… Впрочем, легко точно не будет. Следует обдумать, как это использовать.

— Как Совет определил, что я настоящая тэйалия? — продолжила допрос с пристрастием, любопытство требовало срочного удовлетворения гораздо сильнее, чем тело.

Какая у женщины главная эрогенная зона? Уши? Неа, не правы. Любопытство, самая важная и классная.

— Аура. Это определяют по ауре. У тэйалий она отличается от аур местных женщин, — Морок, наконец, сменил положение, тоже сев и уставившись на меня непроницаемым зелёным взглядом, выражение которого вновь изменилось.

Исчезло то тёплое и заинтересованное, что горело в нём ранее. Мужчина стал опять похож на того безразличного хэцо, каким его видела ранее. Скрыл все эмоции и движения души под непроницаемой маской. Да на здоровье. Думаю, после пары дней дрессуры быстро поймёт, подобное поведение прямая дорогая из моей постели, а не в неё.

— Скрыть ауру возможно? Хотя бы от обычных прохожих? Тебе это по силам? — поинтересовалась, ловя пришедшую в голову мысль за хвост.

— Да, возможно. Но трудно. С энергией Дома, которая поступает полноценно, было бы проще, — мужчина окинул меня настороженным взглядом. — Что ты задумала, Светлячок?

— Мне нужно будет помещение вне дома. Это возможно? Чтобы никто не мог подсмотреть, что там происходит, и выследить нас с тобой, — решила прихватить урмыта с собой на прогулку по миру.

— Зачем? — нахмурился мужчина.

— Ты хочешь сказать, что ты бывший военный? — фыркнула в ответ. — Вместо того, чтобы сказать, что будет исполнено, вопросы задаёшь…

— Я не просто военный. Я — Главнокомандующий! — глянул сердито.

Какой несдержанный, однако. Удалось мне его защиту пробить. Или показалось?

— Итак, вернёмся к помещению. Можно будет таким обзавестись? Возможные ответы «да» или «нет», — показала язык урмыту, который немного подвис после этой моей выходки.

— Да, возможно, — заторможено ответил он, сморгнул и снова нахмурился. — Зачем?

— Поясню. Мы с тобой выходим из дома. Ты выглядишь настоящим урмытом, с тебя маскировка того, что обряд не доведён до конца. А я настоящей тэйалией. Все традиционные одежды и поведение. Добираемся до жилья, о котором говорила. Там скидываем с себя всё лишнее, переодеваемся в повседневную одежду, в которой у вас ходят женщины и мужчины. С тебя более не требуется маскировка того, что обряд не доведён до конца. Зато нужно будет другое, прикрыть мою ауру тэйалии. И как обычные жители мира, мы с тобой сможем пройтись по улицам, посмотреть на народ.

— Но зачем это тебе? — он явно не мог понять моих мотивов. — Для тебя, как для тэйалии, открыто всё кроме чужих Домов. Ты можешь посмотреть мир и так, притом, будучи под защитой одежд и своего статуса.

— Статус. Ох уж этот статус. Ходить под маской, молчать и не видеть, как люди на самом деле относятся к красным одеждам? Все будут почтительно раскланиваться, не сметь поднять на меня взора и так далее, и так далее. А я живых людей увидеть хочу, настоящих. Без шелухи страха перед возможной смертью, если что-то не то рядом с тэйалией сделал.

Возможно, это и сказано с излишней горячностью, но всю жизнь ходить и гадать, кто там как ко мне относится и что из себя представляет, только потому, что заговорить с понравившимся человеком нельзя — подобный вариант точно не для меня.

— Но это может быть опасно для тебя, — Морок явно не собирался сразу соглашаться с моей идеей.

— Чем? — склонила голову набок, изучая экземпляр мужчины, что мне достался по странному стечению обстоятельств. — Объясни, пожалуйста. Не забывай, я не знаю ваших реалий.

— У нас принято сражаться за понравившуюся араи. И мнение араи в этом споре не учитывается. Только желание и силы рэшей, — объяснил он мне.

— Какой интересный мир. Неужели ты не сможешь меня защитить и выиграть этот спор? — пусть и подначивала его, а всё равно стало не по себе от того, что могу оказаться причиной неприятностей. — Да и утверждал ты, что я непривлекательна. Поэтому и переживать не о чём. Не поведётся никто на меня. И сражаться никого не потянет. Зато будет возможность посмотреть на рэшей в обычной жизни и выбрать среди них следующих урмыт, которые подойдут мне.

— Я смогу защитить тебя, — хмуро отозвался мужчина, но перспектива его явно не радовала.

— Думаю, такой необходимости не возникнет, — улыбнулась и задала очередной вопрос. — А что бывает с урмытами, не оправдавшими надежды тэйалии?

— На всё воля тэйалии, — ответил Морок, не став развивать эту тему дальше.

— И всё-таки? Какой бывает эта воля? — ну же, удовлетвори моё любопытство, глядишь, стану более благосклонной.

— Наказание или забвение. Каждая тэйалия выбирает свой путь, — как же ему не нравится эта тема, вон как хмурится и недоволен.

— Каким может быть наказание? — и где взять столько терпения на этого вредного урмыта, пока что-то выковыряешь из него, десять раз с ума сойдёшь.

— Смерть. Пытки… — звучало жутко, и я рефлекторно содрогнулась. — Изгнание из Дома…

— Хочешь сказать, что если ты не будешь меня слушаться или начнёшь саботировать мои приказы, я имею право учинить над собой собственный суд и вынести любое решение? Вплоть до смертной казни? — уточнила на всякий случай.

— Да! — зло посмотрел на меня, ожидая комментариев.

Думает, за его выходку с одеждой накажу? И как? Возьму в руки плеть и устрою показательный урок? За кого он меня принимает? Такая мерзость точно не в моём вкусе. Ладно, могу взять лёгкую плёточку в руки, натянуть там ботфорты, кожаные шортики и корсет для того, чтобы разнообразить занятия любовью… Но намеренно пытать или, что ещё хуже, казнить кого-то, не так посмотревшего и не то сказавшего… И как часто подобное практикуется в других домах? Рабство как есть. Столько продвинутой техники, и такие дикие обычаи. Долго мне придётся к этому привыкать.

— Буду иметь в виду, чем тебя приструнить, — внешне же не повела и бровью и нашла в себе силы на недобрую шутку. — Если слушаться не станешь. Теперь меня интересует вся информация, которая может пригодиться при прогулке без маски тэйалии.

Беседовали мы долго, ровно до того момента, как поняла — Морок выдохся и устал отвечать любопытной мне. Пожалела его и выставила вон из комнаты. Благо и сама вымоталась. Выставила и вспомнила, что не поинтересовалась самым главным — как достать попить и поесть. Заговорились, однако… И ответит ли он завтра на какие-либо вопросы, которые забыла сегодня задать? Вдруг, на него нападёт очередной приступ вредности?